Два в одном: Близнецы и древняя вражда (СИ)
— Если вы не против, я хотел бы поделиться произошедшим здесь с Китсу и услышать ее мнение…
Глава Сирогане нахмурился, но я выдержал его тяжелый взгляд.
— Вообще-то она наказана, — начал было он, но осекся и поморщился. — Ладно, позднее решим, — он повернулся куда-то в сторону и что-то приказал по-японски, после чего снова повернулся ко мне. — Сейчас у меня к тебе еще один разговор.
— Кажется я догадываюсь, на какую тему он пойдет, — я посмотрел на Танаку, изображавшего из себя вселенское спокойствие.
— Ну, тут не такая уж и загадка, — подтвердил мое предположение Исао. — Итак, ты каким-то чудом наделил моего верного и несомненно достойного, но тем не менее — абсолютно неодаренного начальника службы безопасности способностью чувствовать и пользоваться ё-дзюцу. Причем, сделал это играючи, насколько я понял…
Я тяжело вздохнул, и Исао замолк, видя мою реакцию.
— Я бы не сказал, что это было… играючи. Аки… в смысле Akakitsu уже терзала меня на эту тему сегодня. Есть много достойных учеников, показали себя идеальными во всем, но им не повезло, так она говорила… я все понимаю, Сирогане-сама. К сожалению, все куда сложнее, чем кажется. Это все моя демонесса… онни. Понятия не имею, как она это сделала с Танакой, возможно ли повторить подобное, и с каждым ли кандидатом.
— Ранее ты говорил, что твое ё-дзюцу исходит от нее, и все твои способности ты получил, наблюдая как она их применяет.
— Все верно. Но то, как она это сделала — это не тенебрис… в смысле — то, что она сделала для Танаки — там несколько другой принцип. Вмешательство было совершенно на ином уровне, и не думаю, что смогу повторить такое. Только если она согласится сотрудничать.
Исао и дедушка Йоши переглянулись, последний кивнул Исао и вдруг заговорил со мной сам.
— Насколько я понимаю, онни никогда не одарит человека просто так, всегда их дары либо имеют изъян, либо цена за них слишком высока.
— Все так, — я согласно опустил голову. — Тем более, здесь была ее собственная инициатива, и несомненно она преследовала какую-то свою цель. Простите, если разочаровал.
— Я говорил тебе, ты зря надеешься получить эту возможность так легко, — сказал он в сторону главы.
Исао вздохнул и медленно кивнул.
— Попытаться стоило. Ты точно не сможешь повлиять на свою онни? Может быть она согласится хотябы попробовать…
— Я могу спросить, и да, она согласится. Вопрос лишь в том, чего попросит взамен…
Справа от меня послышалось едва слышное шуршание и повернув голову я увидел приближающуюся… сначала мне показалось, что это служанка, каких тут бродит вокруг великое множество, но эти шикарные серебристые волосы и надменный взгляд не перепутаешь ни с кем. Китсу. Девушка стояла ровно, сложив руки перед собой в позе покорности, но вздернутый носик и горящие глаза говорили, о чем угодно, кроме смирения.
— Присядь пожалуйста, — тихо попросил Исао на русском, а та в ответ быстро поклонилась:
— Простите, господин, недостойной служанке не пристало сидеть в присутствии главы рода. Благодарю за доброту, но я не смею…
Только вот в ее голосе по-прежнему никакого смирения не ощущалось, скорей сквозили ехидство и наглость.
— Дерзишь⁈ — рыкнул Исао так, что даже я вздрогнул, но Китсу никак не отреагировала.
— Что вы, Сирогане-сама, как я смею⁈ Нижайше прошу меня простить, если своим поведением я…
— Замолчи, — перебил ее он, сжав губы. — У нас тут сложилась непростая ситуация. Князь Демидов, являющийся как тебе известно одним из наших верных и искренних союзников попросил помощи в одном деликатном вопросе. Если коротко — им требуется участие Яромира в одном мероприятии в качестве приглашенного специалиста. Но у нас тут возникла досадная помеха. Твой… — Исао поморщился, — Яромир слишком принципиален в вопросах договоренностей, и, в частности, заявил что ему требуется твое одобрение. Предоставь его, и можешь быть свободна.
Девушка резко развернула голову в мою сторону, даже не дослушав Исао.
— Какие подробности? Зачем ты им? Что сам думаешь?
Вместо ответа я протянул ей письмо, и когда она дочитала — добавил:
— Княжич своим поведением во время нашего ним недолгого общения сложил о себе хорошее впечатление. Я не думаю, что будет подвох, и я действительно ему обещал. Поэтому, если ты не возражаешь я бы принял его приглашение
— Ты сам так решил? Никакого давления или подталкивания ни с чьей стороны? — прищурилась она, возвращая письмо.
— Ты не слишком много на себя берешь? — уточнил Исао нахмурившись, но Китсу приопустила голову, возражая:
— Простите господин. Я вообще не понимаю, для чего спрашивать моего мнения, ведь у служанок его быть не может по определению.
— Равно как и слуг или телохранителей, — рыкнул Исао. — И я начинаю жалеть, что не отослал тебя на Хоккайдо, в качестве наказания. Впрочем, еще не поздно все исправить.
Китсу никак не отреагировала на такую угрозу, но я словно почувствовал, как она напряглась. А меня это все стало раздражать. Ее странный бунт, язвительность, какое-то несвойственное ей легкомыслие, желание поспорить…
— Присядь, пожалуйста, — тихо но твердо произнес я, глядя на стоящую справа девушку и сверлящую меня глазами. — И заканчивай этот спектакль.
— Какой спектакль? — она сделала удивленное личико. — Я всего лишь напомнила главе, что служанки не имеют права голоса…
Но я не ответил, глядя ей в глаза, и постаравшись придать своему взгляду обиженный, разочаровали вид… и девушка замолчала, не закончив фразу. Стиснула зубы, затем взяла один из ковриков для сидения, лежавших равноудаленно возле столика, пододвинула ближе и аккуратно присела рядом, буквально едва не касаясь моего плеча.
Вот же… сейчас Исао психанет и будет нам двоим весело, но тот сделал вид, что ему абсолютно все равно.
— Перестань, пожалуйста, — попросил я. — Это выглядит как подростковый бунт против родителей, утрированно яркий, словно в каком-нибудь дешевом сериале. И я не хочу в нем участвовать. Я не твой домашний зверек, с которым можно играться и ставить свои эксперименты.
— Но я не…
— Китсу, я верну тебе тот вопрос, который мне недавно задала Аки: кто я для вас? А точнее — для тебя?
— Ну…она отвела глаза в сторону, явно не желая отвечать и ее ушко, пробившееся через пряди волос слегка покраснело. — Ты хочешь сейчас об этом поговорить?
— Чего я хочу… точнее — не хочу быть разменной фишкой в твоих попытках самоутвердиться. Или чьих-либо в принципе. Поэтому, если хочешь показать своему отцу, какая ты стала взрослая и независимая (а он думаю, итак, это знает лучше тебя) — давай без меня, ладно?
Золотистые глазки Китсу буравили меня секунд двадцать, но потом девушка вдруг опустила голову и тихо произнесла:
— Прости пожалуйста. Я… увлеклась.
На лице Исао проскользнуло какое-то неуловимое выражение, а вот Танака на этот раз не выдержал, потому что в его широко открытых глазах плескалось чистое удивление
— Предложение Демидова — если ты сам считаешь, что это не обременяет тебя — можешь принять или отклонить на свое усмотрение. Только будь осторожнее пожалуйста.
— Хорошо, я кивнул и украдкой подмигнул, а в ответ получил теплую улыбку.
— С этим разобрались, — выдохнул Исао. — Касательно просьбы Демидова, моя дочь права: ты не обязан ее выполнять. Я уточню подробности, и если что-то покажется подозрительным или обременительным — я им откажу. Kitsu-no-iti ты можешь быть свободна…
Я прикрыл глаза, собираясь с мыслями, сделал вдох и подал голос:
— Одну минуту, Сирогане-сама. У меня есть просьба. Если это возможно, я хотел бы попросить вас освободить Китсу-но-ити от наказания.
Исао вскинул брови, и хотел было что-то ответить, но я не позволил себя перебить и продолжил:
— … в конце концов, наш необдуманный поступок не повлек за собой последствий, наоборот даже принес свои плоды, которые оценили даже вы, — осторожно добавил я, едва заметно поведя бровью, как бы намекая: я прекрасно раскусил твою тонкую игру с И Су Йеном, старый лис.