Два в одном: Близнецы и древняя вражда (СИ)
Не против… Прокатиться?
Как и говорила Аки, спустя несколько часов сна я ощутил первые признаки болезненных ощущений. Сильно тянуло спину, мышцы на внутренней части бедер, плечи. Кое-как поднялся и походил по камере, разминая затекшие части тела, когда услышал тихий голос демонессы.
' Забавные ощущения, да? Будь я поборником боли и страданий наверное сейчас бы кайфовала… но, к сожалению, мне нравится боль только умеренно дозируемая, и в определенных… ситуациях, — в ее голосе послышались игривые нотки. — Поэтому, я бы тебе посоветовала немного… прогуляться. Размяться и провести время с пользой', — она тихонько хихикнула.
«Ты имеешь в виду…»
«Ага. Именно.»
Мне осталось только покачать головой и фыркнуть.
«Я под замком, забыла?»
«Нет, конечно. Но еще я помню, что жутко… голодна. Строго говоря каждую секунду ощущаю напоминание. И мне крайне необходимо небольшое… приключение.»
«И что предлагаешь? Ну, допустим я отсюда выберусь, использую то… призрачная поступь, да? Допустим. А если попадусь охране? »
«А ты не попадайся. Будем учиться отводить глаза. И в этот раз поступим слегка по-другому. Запоминай. Этот конструкт открывает простые и механические замки, неважно есть ли у них замочная скважина или рычаг. Просто приводятся в действие подвижные части любого запирающего механизма, даже если это простой засов. И да, с первого раза может не получиться, нужно наловчиться. Но это несложно… »
Получилось у меня раза с двенадцатого. Замок тихонько щелкнул и дверь со скрипом открылась настежь. Далее, демонесса несколько раз повторила знак и слова тенебриса, отводящего глаза окружающим, после чего я наконец медленно двинулся к лестнице.
«Не наверх, дружочек. Вниз,» — подсказала демонесса с каким-то ехидством в голосе.
«Вниз⁈ — удивился я. — Но почему туда…»
«Потому, что там еще один уровень тюрьмы. Я ощущаю там несколько живых существ. Людей. Думаю, там есть кое-кто хм… интересный…»
Я медленно выхожу из камеры, прикрываю дверь, и направляюсь к лестнице. Осторожно начинаю спускаться и замираю: ступеньки скрипят причем очень громко!
«Не волнуйся, малыш, — прошелестела Малисса. — Вспоминай ключевые слова и нужный жест…»
Сглатываю и спускаюсь ниже, одновременно складывая пальцы левой руки щепотью и прикрываю левый глаз.
' Fuga Visus…'
— Кто здесь? — послышался окрик впереди, и навстречу вышел низкорослый японец с винтовкой наперевес. Он быстро осмотрелся, взгляд его скользнул по мне, но не зацепился, словно я старая тумбочка, о которую все спотыкаются уже лет двадцать, но все руки не доходят выбросить на свалку.
«Действуй. Психосоматическая блокада. Постарайся отрегулировать прилагаемую силу. Слишком мало — он быстро придет в себя. Слишком много — может и не восстановиться. Как с тем твоим приятелем с длинной зубодробительной фамилией…»
Я указал на его лоб пальцем и прошептал слова оглушения, сопроводив это мысленным посылом. Взгляд охранника остекленел, и он так и застыл, устремив взгляд в никуда.
«Перебор. На обратном пути придется развеять. Идем дальше…»
Я проследовал мимо оглушенного стража, осторожно оглядываясь по сторонам. Первые две камеры были пусты. В третьей обнаружился какой-то смутно знакомый японец. Напротив него камера пустовала. А вот следующая пара камер была заполнена. В одной из них — молодой парень, азиат, который тоже уже как-то мелькал перед глазами ранее. А вот вторая камера… внутри, на лежанке, сидела женщина. Стройная, фигурная. с коротко остриженными пепельного цвета волосами. Она что-то тихонько пела на иностранном языке. Кажется — на итальянском или испанском. Лицо так же показалось знакомым, но в полумраке точнее рассмотреть его не удавалось.
«Выведи из строя этого, слева, — предложила демонесса. — Так будет… удобнее. И заходи поздороваться с нашей старой знакомой.»
Пожимаю плечами и снова шепчу слова «глушилки», а затем — «отмычки». Дверь в камеру женщины открывается со второй попытки, и она вздрагивает, лицо становится перепуганным. Вжимается в стенку, уставив в мою сторону свои большие глазенки.
— Тише, не бойтесь. Я ничего вам не сделаю!
Но она словно меня и не слышит, опасливо заглядывается на захлопнувшуюся дверь.
А, ну да, конечно…
Я встряхиваю рукой, прерывая отведение глаз, и женщина только теперь на меня смотрит.
— Ой, — тихо вздыхает она. — Что… Ты ведь… Ярик?
— Привет, Вивьена, — наконец узнал я ее.
Она зажмурилась и встряхнула головой, словно отгоняя сон.
— Прости, я… видимо совсем мозги плавятся от сидения тут, — она виновато улыбнулась. Похоже, все то время с момента нападения монстра — похитителя тел она провела здесь, в застенках посольства. — Я… а как ты тут оказался?
Пожимаю плечами, разглядывая женщину. Да уж, тюрьма явно не пошла ей на пользу. Весь шик и блеск томной светской львицы с нее словно соскоблили. Серый балахон, похожий на тот, в котором был одет И Су Йен, босиком, без украшений и без косметики, она напоминала потрепанную замарашку. Но внешне все еще оставалась красивой: пухлые губы, большие серые глаза, аккуратные руки и выдающихся размеров бюст, натягивающий балахон в характерной области.
— Да так, решил прогуляться на ночь глядя, осмотреться. И наткнулся на тебя… как поживаешь?
— Не так как привыкла, и как хотелось бы, — она пожала плечами и белозубо улыбнулась. — Впрочем я не жалуюсь, лучше так, чем кормить червей… я так понимаю Гэнто и остальные… мертвы?
Я неопределенно покивал, не подтверждая, но и не отрицая.
— Понимаю тебя. Но ты сама виновата. Не стоило участвовать в покушении на Китсу…но-ити Сирогане. И скажи спасибо, что я тогда тебя просто временно оглушил. У тебя были еще худшие варианты исхода, знаешь ли.
— Догадываюсь, — она грустно улыбнулась. — И спасибо. Правда. Только вот у меня не было особого выбора, знаешь ли. Если бы я отказалась, меня бы убили. Или еще что похуже… — ее лицо стало вдруг собранным, а плечи вздрогнули словно от внезапного холодного порыва. Но спустя пару мгновений она снова улыбалась. — Скажи, а ты пришел с какой целью? Явно же не узнать у меня как дела и предложить помощь…
Вот хитрая! Вроде как и не просит ничего, а взгляд кота-в-сапогах я узнаю из тысячи. Но не поддамся, извини.
— Если честно я шел сюда не лично к тебе, а скорей из любопытства. И то, что ты оказалась тут стало сюрпризом.
— Приятным, надеюсь? — улыбка стала откровенно провокационной. Она словно между делом поправила волосы, хотя будем честны — ничего от этого не поменялось.
— Пока не знаю, — честно ответил я. — От тебя зависит.
— Я очень надеюсь, что он приятный… Ярик… — она закрыла глаза и вздохнула мечтательно. — Эх, я бы все отдала за кусок хорошо прожаренного говяжьего стейка, и за возможность принимать душ чаще чем раз в неделю. Ну и за еще одну… возможность… Ярик.
Она как-то игриво и плотоядно на меня глянула, потом опустила глаза, словно разочарованно.
— Ну, говядины не обещаю. Но с едой что-нибудь попробую придумать. Как выйду отсюда — может даже сам принесу тебе что-нибудь вкусное…
— Обещаешь?.. — она как-то скептически вытянула губы трубочкой, снова их поджала, опустила глаза. — Я понимаю, что ты вряд ли выпустишь меня отсюда. Жаль, что отсюда нельзя выйти хотя бы ненадолго. Я бы не прочь прогуляться, или… прокатиться… Ярик. — последние два слова она произнесла шепотом, осторожно глядя на меня снизу вверх, словно ожидая ответа.
— В смысле прокатиться? — не понял я.
— Ну, это… как сказать. У нас так молодняк называет вполне однозначное и конкретное предложение. Прокатиться, — она медленно повела плечами, грациозно извиваясь, томно прикрыла глаза. — Например, на мне…
Медленно облизнула пухлые губы. Мда. Вот что значит взрослая и уверенная в себе женщина. Даже здесь, в полумраке застенка она держится твердо, откровенно флиртует, и двусмысленно подначивает — наверняка зная, как зажигает воображение своим тоненьким голосом и нежным шепотом.