Два в одном: Близнецы и древняя вражда (СИ)

«Слабак, — презрительно бросила она. — С ней все итак ясно. Последние события в универе, связанные с тобой породили много слухов и кривотолков. А еще — затронули какие-то потаенные фантазии в душе твоей новой подружки. Она воображает тебя кем-то… кем, возможно, ты не являешься. Но кто сказал, что это проблема? Пока этот котел бурлит — нужно пользовался. Ты должен понять, что именно ее волнует, чего она жаждет. И дать ей это…»
  
«Может покажешь мастер-класс?»
«Нет уж! Учись сам. И помни: если не справишься — мне придется снова выйти на… охоту.»
«Нет! Я против!»
Ответа я не услышал. А между тем, Моник распахнула двери, ведущие на крышу, и уверенно подошла к бортику, огороженному сеткой.
— Гляди! Отсюда почти весь город как на ладони! Смотри, как красиво!
Я приблизился, встал рядом, и попытался увидеть красоту, о которой говорила девушка. Но в моем понимании — урбанистичный город… ну, уважение вызывает конечно, но до красоты далековато.
— Хороший вид, — дипломатично согласился я. — Заставляет задуматься.
— Да? О чем же? — она улыбнулась, теребя тоненькую цепочку и свисающий на ней кулончик.
Мимо покатился смятый лист бумаги, гонимый легким ветром. Стало как-то тихо.
— О том, что ничто в этой жизни не вечно, все меняется и меняется слишком быстро- ответил я, отводя глаза от панорамы за краем. — Разговор, — напомнил я. — Ты хотела о чем-то поговорить.
Её губы трогает теплая и неуверенная улыбка, ветер играет её кудрями, а пальцы так и не выпускают цепочку.
— Ну, вообще хотела, — она неуверенно делает шаг вперед. — Если честно, я хотела спросить, чем закончился твой конфликт с Мазанакисом и И Су Йеном. И закончился ли…
— Почему тебя это волнует?
Она опустила глаза, взгляд стал немного расстроенный.
— Мой брат случайно попал в сферу их… интереса. Сначала просто отказался выполнять что ему говорят, потом пошел на конфликт…
— Понял. Можешь не продолжать. Как зовут твоего брата и где он сейчас?
— В армии. Его призвали этой осенью. Наверное, это хорошо, потому что только это его и спасло. Обычно эти не прощают, если им кто-то становится поперек горла…
— В курсе уже. Но не волнуйся, больше они не доставят проблем. Никому, — я поправил волосы, растрепанные ветром. Думаю, Никеас так и остался овощем, а Йен… скорей всего его уже нет в живых. Но вслух понятно этого говорить не стал.
Девушка подняла глазки и в них проскользнуло что-то новое.
— Как… ты с ними справился? Я же вижу, от тебя отстали. Более того — никого из их ансамбля уродов в универе нет. Расскажешь?
— Справился… долгая история. Просто поверь: проблем больше не будет.
— Я верю! — она снова заулыбалась и сделала еще небольшой шажок в мою сторону.
— А если будут — напиши, — я помахал телефоном в руке.
— Окей… напишу обязательно… — она снова опустила глаза, и немного поменяла позу, перешагнув с ноги на ногу, но при этом расстояние между нами еще сократилось. Я украдкой глянул на ее блузку и отвел глаза — пока не заметила. Интересно, Малисса права и она в самом деле меня клеит?
«Ох блин, ты серьезно? — раздраженно встряла демонесса. — Ты действительно не понимаешь?»
«Не понимаю чего?»
«У девчонки азарт. Она боялась стаи шакалов, но вот пришел лев — и шакалы разбежались. А лев к тому же симпатичный, и последнее время похорошел еще больше — крутые шмотки, дорогой телефон… она ждет только сигнала…»
«Какого сигнала?»
Демонесса раздраженно фыркнула.
«Смотри внимательно…»
И мое тело шагнуло вперед, сократив расстояние еще больше.
— Ты грустишь, малышка? — моя правая рука приобняла девушку за спинку, чем вызвала быстрый взгляд, но реакции отторжения не последовало.
— Немного, — ответила она, не поднимая головы, но Малисса аккуратно поддела ее подбородок повыше.
— А зря. Скажи лучше, почему ты выбрала такое странное место для обсуждения вполне простого вопроса? — голос стал низким и каким-то вкрадчивым. Моя рука протянулась и поправила прядь волос, выбившийся из-за уха Моник.
— Просто… не хотела… при свидетелях… обсуждать — она опустила глазки, слегка смутившись, и заметно нервничая.
— Прости, не хотел тебя расстраивать, малышка. Тебе не к лицу грустить и прятать такие очаровательные глазки. Поверь мне, грустить — не твое.
— А что мне к лицу? — вдруг спросила она, с вызовом подняв голову.
— Улыбаться. Шутить. Флиртовать… а еще… — я нагнулся и прошептал на ушко: дразнить… заводить… возбуждать…
При этих словах Моник слегка зарделась, неуверенно заулыбалась, но взгляд уже не опустила, а напротив легонько куснула нижнюю губу и с вызовом посмотрела мне в глаза.
— Примерно вот так? — уточнила она, поправляя волосы и делая уже уверенный шаг ближе, едва не прижимаясь.
— Почти. Не хватает пары штрихов.
Я кладу руки ей на талию и снова шепчу на ухо:
— Еще тебе очень к лицу закрытые глазки, твои приоткрытые пухлые губки со вкусом персика, и стоны удовольствия, от медленного таяния в моих руках…
Девушка задышала чаще и заулыбалась уже не так стеснительно, а в глазах заплескался чистейший азарт и… похоть.
— Пример покажешь? — прошептала она в ответ прикрыв глаза. И прильнула к моим губам, а секунду спустя — всем телом.
— Ты хорошо подумала? — осторожно спросил я, когда спустя минуты полторы она отпустила мой язык из плена и улыбаясь снова прикусила уголок губ. — Потому что, если мы сейчас не остановимся — последует сценка из порнухи про тинейджеров. А по итогу у тебя не останется сил даже стонать на ближайшие пару дней…
— Обожаю порно про тинейджеров. И хватит трепаться, лучше покажи на деле так ли ты хорош, как обещаешь, тигренок…
≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡
Интерлюдия.
Темноволосая красивая женщина лет двадцати восьми, с азиатскими чертами лица, в темных очках, длинной юбке и кожаной куртке сидела в кафе на втором этаже в ожидании. Вскоре невысокий полноватый мужчина аккуратно присел за столик напротив и протянул ей небольшую папку.
— Вот. Все здесь. Полное досье, психологический портрет и вся последняя информация от наших шпионов. Мы все проверили. Мнения аналитиков разделились. Половина уверена, что оптимальный способ — это надавить, дать понять что если он не согласится — конца этой войне не будет. Шанс того, что он согласится — больше 50 процентов. Другие — и среди них ваша любимая Ким Хе Сон — утверждают, что больше шанса добиться успеха если… унизиться и попросить. По ее мнению — шанс успеха велик, особенно если сыграть на чувстве сострадания и привести разумные доводы, а так же предложить хорошую компенсацию… но я склоняюсь к первому варианту.
— Ваше мнение меня не интересует. Только аналитика.
Женщина открыла папку, пробежала глазами по содержимому. Ее брови полезли наверх, почти слившись с прической.
— Касательно этого… это точно?
— Да, госпожа. Это буквально сегодня произошло. Я думаю, можно воспользоваться и…
— Я не просила вас думать. Ваша задача — выполнять приказы. Подготовьте на завтра встречу. По второму варианту.
— Но госпожа!..
— Выполняйте. У меня нет права на ошибку…
 Лирическое отступение 1 
Внимание! Сцена 18+ Присутствует деталь сюжета, но в следующей главе будет
краткое пояснение, кому не нравится откровенное эро — можно пропустить!
Это было… быстро. Вот еще минуту назад она хорохорится, кокетничает, и вертит попкой — мол смотри, желай, но близко не подходи! А вот мы уже не размыкаем губ. Похоже, Малисса опять оказалась права. Вероятно, у девчонки какие-то странные фантазии, потому что едва наши губы соприкоснулись, она закрыла глазки, а ее пальчики, которые ранее робко теребили цепочку с кулоном — теперь оказались в зоне моего паха, и сквозь ткань одежды исследовали форму и размер моего младшего дружка. Причем, в те мгновения, когда она отстранилась отдышаться, я поймал взгляд ее блядских глазенок, и жадных пухлых губ. Девушка, уверенно гладила моего дружка, одновременно сложив губы трубочкой и в такт ритму поглаживания двигая губами и языком: мол смотри что его ждет, когда я туда доберусь.