Мечников. Щит мира (СИ)

Ярослав резко изменился в лице. Будто до него только сейчас дошло, что я пытаюсь донести.
— Слушай, так это ведь и вправду можно реализовать… — он задумчиво потёр округлый подбородок. — Мне уже доводилось заниматься чем-то подобным. Когда был самый разгар войны, мы с другими академиками готовили статью об уходе за ранами. Совсем небольшие брошюры, чтобы каждый солдат мог понять, что делать, если полевого лекаря нет рядом.
  
— О-о! Отлично! — обрадовался я. — Значит, опыт у тебя уже есть.
— Да, только нужно придумать громкое название. Мы ведь вели статистику, Алексей. Сначала раздавали бойцам статью с заголовком: «Правила ухода за рваными и колотыми ранами в условиях повышенной боевой готовности». Ну, что-то вроде того. По-моему, там ещё пару строк было в заголовке. И как показала практика, даже половина бойцов не прочла эту брошюру. Но потом мы поменяли название на: «Как не умереть на поле боя». Сразу все прочли.
— Немного перебор, как мне кажется, — подметил я. — Похожее название подойдёт для крестьян. Но дворянам и простым горожанам придётся подавать это в другой обёртке. Что-то красивое, как название для книги.
— А что надо передать? — спросил брат. — Какова основная мысль?
— Иммунитет мы должны людям объяснить, Ярослав, — ответил я. — Показать, что это — щит, который отделяет их от опаснейших инфекций.
— Лекарский щит Российской Империи! — недолго подумав, заявил Ярослав.
— Очень даже недурно, — согласился я. — И патриотично.
Правда, одной Российской Империей эта научная работа точно не ограничится. Уверен, она и за пределы нашего государства выйдет. У всех людей есть иммунная система. И щитом только Российской Империи называть теорию иммунитета некорректно.
Я бы сказал, что это — щит мира. Но такое пафосное название явно не подойдёт для жителей Империи. Идея Ярослава подойдёт лучше. Он в этом деле лучше разбирается. Я занимался статьями в современном мире — там правила были иные. А тут будет лучше, если распространением идеи займётся человек, сознание которого живёт здесь с рождения.
— Я правильно тебя понял: нам остаётся только объединить уже готовые статьи, перефразировать их для людей, не посвящённых в лекарское дело и… И всё? Приказ императора исполнен? — поинтересовался Ярослав.
— Нет, не всё так просто, — улыбнулся я. — Нужно добавить к общему делу ещё пару разработок. Вакцины и сыворотки. Вот тогда мы точно перевернём весь мир.
— Что-что мы должны изобрести? — не понял Ярослав. — Я впервые слышу эти понятия. Ты их только сейчас, что ли, придумал?
М-да, будет сложно пояснить миру, как работает главное оружие в борьбе с инфекциями. Но без него мы не обойдёмся.
— Давай так, Ярослав. Я всё тебе объясню, кратко. Буквально на пальцах. Но тебе придётся поверить мне на слово. Я знаю, что эта идея будет работать. Однако доказать тебе это я пока не могу.
— Я тебе на слово верю, не беспокойся, — кивнул Ярослав. — Пока что твои теории ещё ни разу не подводили ни мою академию, ни пациентов. А уж если сам император попросил передать тебе эту задачу… Я даже боюсь представить, как ты умудрился заслужить такое доверие от государя!
— Тогда перейдём к делу, — подытожил я. Рассказывать о моих взаимоотношениях с императором Ярославу я не собирался. — Смотри, начнём с вакцины. Чтобы создать этот препарат, нам нужно научиться ослаблять возбудителей инфекций, а затем вводить их здоровым пациентам. Внимание, здоровым! Не больным.
— Погоди-погоди, — оторопел Ярослав. — Ты сейчас шутишь? Мы собираемся вводить инфекцию здоровым людям, чтобы… Для чего⁈ Это же прямая противоположность лекарскому делу!
Типичное заблуждение. Не удивлён, что Ярослав пока что не понял сути. В двадцать первом веке было полно людей, которые не понимали смысла вакцин и активно боролись с ними. Правда, в моём времени было полно некачественных вакцин, но это уже вопрос другой. Сама концепция такого способа борьбы против инфекций работает идеально.
— Ты упустил главное слово, — отметил я. — Мы будем вводить ослабленные микроорганизмы. Либо же их убитые формы. Или даже частички этих вирусов и бактерий. Всё зависит от того, с какой инфекцией мы имеем дело. Послушай, смысл тут следующий… Вакцину вводят здоровому человеку, чтобы его иммунитет научился самостоятельно бороться с введённой ему инфекцией. Например, ты уже слышал про туберкулёз. Помнишь об этой инфекции?
— Конечно, — кивнул Ярослав.
— А теперь представь: мы вводим человеку вакцину от этого заболевания ещё в детстве, и вероятность того, что он заразится этой инфекцией, стремится к нулю, — пояснил я.
— Так… Кажется, я понял, о чём ты говоришь! Это как тренировка, верно? Фехтование. К примеру, если наш брат Кирилл с детства тренируется фехтовать, то в реальном бою он, скорее всего, победит.
— Отличный пример, — согласился я. — Да, так и есть. Только вводить вакцину годами не нужно. С некоторыми инфекциями достаточно одного введения. С остальными же придётся обновлять иммунитет регулярно. Делать прививку, то есть — вводить вакцину — раз в год.
— Я всё понял. Если это действительно будет работать — ты прав. Это — настоящий прорыв! — воодушевился Ярослав.
— Подожди ещё, — рассмеялся я. — Мы ещё не поговорили про сыворотки. Эти препараты тоже очень важны. И их до сих пор никто не производит.
— А это что? Аналог вакцин?
— Нет. Совсем нет. Хотя их будут часто путать, — ответил я.
В моём мире люди очень часто путали эти два понятия. Хотя между ними есть одно фундаментальное различие.
— Вакцину вводят здоровому человеку, чтобы не болел. А сыворотку — больному человеку, чтобы выздоровел, — пояснил я.
— То есть сыворотка — это тот же антибиотик? — нахмурился Ярослав.
— Намного лучше. Но использовать сыворотку налево и направо нельзя. Только для особо опасных инфекций, — продолжил свой рассказ я. — Смотри, мы только что обсудили, что вакцина состоит из ослабленных микроорганизмов. Сыворотка же, наоборот, состоит из продуктов иммунитета. Сейчас опишу тебе очень банальный пример. Представь, что в мой организм попал один конкретный вирус. Я им переболел, затем извлёк из своей крови те части иммунитета, которые образовались, чтобы бороться с этим вирусом. Вот это — сыворотка. И если ты тоже заболеешь, то я могу ввести тебе эту сыворотку, и ты выздоровеешь гораздо быстрее.
— Похоже, даже император не понимает, какой процесс он запустил… — ошарашенно пролепетал Ярослав. — Алексей, если мы действительно сможем это сделать, я вообще не могу представить, как изменится мир.
В этом Ярослав был прав. Но наш проект «Щит мира» я планировал расширить. Если уж мы хотим укрепить здоровье людей — одной работы с иммунитетом недостаточно. Хронические заболевания тоже нужно брать под контроль. Создавать систему диспансеризации, выявлять болеющих, брать их на учёт, следить за динамикой заболеваний.
Нечто похожее я уже создавал на уровне Хопёрска. Пора расширить эту систему на всю Империю!
Мы проболтали с Ярославом ещё несколько часов и разошлись уже ближе к вечеру, когда начало темнеть. Спать мне не хотелось, поэтому я решил заскочить домой, чтобы проведать Доброхота, а уже после этого пойти в орден лекарей и начать разбираться в том бардаке, который устроил Дмитрий Лазарев вместе со своей шайкой.
Доброхот и его команда полностью восстановили повреждённый дом. Сам домовой уже ждал меня в квартире. Довольный, как накормленный кот.
— Мы справились, Алексей, — произнёс он, когда я вошёл в квартиру. — И всё благодаря тебе. Как только Лихой исчез, мы сразу же взяли штурмом подвал, освободили всех домовых, которых он держал в своей темнице. И теперь… Теперь я владею этим зданием.
  
— Поздравляю тебя, друг, — улыбнулся я. — Ты это заслужил. Я помню, как ты старался, чтобы достичь этого статуса.
— И всё равно без тебя бы ничего не вышло, — помотал головой Доброхот. — Остальные домовые, кстати, тоже хотели тебя поблагодарить, но я их прогнал. Подумал, что ты не захочешь увидеть армию духов у себя в квартире.