Новый горизонт (СИ)

— Папа, не стоит… — смутилась девушка.
Я же не без удовольствия наблюдал за их робкими переглядываниями с Холмским. Было очевидно, что мой стажёр по уши влюблён в подругу детства.
Но связывать себя отношениями им пока было рано. В купеческой среде принято, что будущий супруг должен сперва сам хоть немного встать на ноги и доказать способность содержать семью. Впрочем, Овчинников явно благоволил Николаю.
  
К концу трапезы у меня сложилось чёткое впечатление: с Павлом Акимовичем можно иметь дело. Человек надёжный, думающий, с правильными приоритетами.
После обеда мы перешли в кабинет — просторную комнату с массивным дубовым столом, где хозяин принимал деловых партнёров. Холмский аккуратно выложил на стол наши образцы: базовый браслет из стали, набор сменных элементов с камнями разных порядков и подробные технологические карты.
— Итак, господа, — начал я, взяв в руки браслет-основу, — позвольте продемонстрировать принцип работы нашей системы.
Овчинников придвинулся ближе, его дети расположились по сторонам. Татьяна села прямо напротив меня, внимательно следя за каждым движением. Приятно работать под таким заинтересованным взглядом.
— Основа изготавливается из стали. Главное требование — точность размеров и надёжность замковых соединений.
Я показал механизм крепления — небольшие пружинные защёлки, которые надёжно фиксировали элементы, но позволяли быстро их менять.
— Элементы крепятся вот так, — продемонстрировал я, устанавливая модуль с опалом. — Слышите щелчок? Это значит, соединение надёжно.
Арсений внимательно изучил замок:
— Хитроумно. А не ломается от частого использования?
— Проверяли. Система выдерживает более тысячи циклов установки-снятия без потери надёжности.
Павел Акимович взял браслет в руки, повертел, испытал замки:
— Точность изготовления должна быть очень высокой. Малейшая погрешность — и элементы не встанут.
— Именно поэтому нам нужен серьёзный производственный партнёр, — подтвердил Василий. — Наша мастерская может обеспечить такую точность, но в ограниченных объёмах.
Татьяна осторожно взяла один из элементов — изящный модуль с аметистом в оправе из золота:
— Красиво… Могу я примерить его?
— Конечно.
Я протянул ей браслет и несколько элементов. Девушка быстро разобралась с креплением и надела набор.
— Превосходно, — Татьяна улыбнулась. — Сидит как влитой. И совсем не тяжёлый. Очень удобно!
Тем временем Павел Акимович изучал наши производственные выкладки и прикидывал стоимость.
— Да, теперь я понимаю… Вы максимально снизили себестоимость производства, полагаетесь на оптовые закупки самоцветов и за счёт этого делаете изделия самыми доступными артефактами на рынке. При таких ценах спрос должен быть огромный. Это же в два-три раза дешевле традиционных артефактов сопоставимой мощности…
— Именно в этом суть, — подтвердил я. — Мы демократизируем рынок магических украшений.
Овчинников внимательно изучил технологические карты:
— Сложность изготовления основ сама по себе низкая, только с замком нужно повозиться. Наши мастера справятся. А вот элементы с камнями… Это уже ювелирная работа высокого класса. Сможем сделать заготовки под инкрустацию.
— Инкрустацию мы будем делать сами, — объяснил Василий. — Нам нужны только основы — браслеты и простейшие модули под закрепку из трёх видов металлов.
— Разумное разделение труда, — кивнул Павел Акимович. — Василий Фридрихович, предложение серьёзное и, не скрою, для нас очень интересное. Нам нужно время всё обдумать, просчитать затраты, оценить риски. Можете оставить образцы и документацию до завтра?
— Конечно, — согласился отец.
— Естественно, ваша тайна останется под защитой. Мы понимаем, что у вас патент. Сегодня изучим всё с моими главными мастерами и завтра к одиннадцати будем готовы дать ответ.
Василий улыбнулся.
— Разумеется, Павел Акимович. Мы остановимся в «Метрополе». Если у вас возникнут вопросы, мы с сыном на связи и готовы приехать.
— Спасибо, Василий Фридрихович. — Овчинников поднялся. — А сейчас, с вашего позволения, поеду на завод. Будем думать, что сможем вам предложить.
Овчинников предлагал отвезти нас до «Метрополя», но мы решили прогуляться.
Я столько лет не был в красавице-Москве и не мог отказать себе в удовольствии пройтись по её старым улочкам. Идти было неблизко, но я наслаждался видами города и дышал воздухом древней столицы.
— Ну что, Николай, какие впечатления? — спросил я, когда мы свернули на Театральную площадь.
Холмский улыбнулся:
— Могу вас поздравить. Вы произвели на семью Овчинниковых прекрасное впечатление. Особенно на Павла Акимовича — я редко видел его таким заинтересованным.
— И я не сомневался, — кивнул Василий. — Николай — толковый парень, не стал бы связывать нас с несерьёзными людьми. Да и Овчинников мне тоже понравился. Серьёзный человек, понимает в деле. И семья приятная — видно, что дружная.
Мы остановились у входа в гостиницу. Швейцар в золочёных ливреях распахнул тяжёлые двери.
— Кстати, — вспомнил Холмский, — мой отец просил передать приглашение на завтрашний ужин. Хочет познакомиться с людьми, с которыми работает его сын.
— С удовольствием, — откликнулся Василий. — Будет честь встретиться с Михаилом Петровичем.
— Отлично. Тогда завтра после завода заезжаем к нам…
Холмский попрощался и направился к стоянке такси. Я отпустил его до завтра, чтобы провёл время с семьёй.
В этот момент телефон в кармане пискнул — пришло уведомление о новом сообщении. Я открыл текст и сразу же узнал немного игривый тон Самойловой:
«Добрый вечер, Александр Васильевич? Как Москва? Надеюсь, не случилось ничего страшного, раз вы так резко сорвались и перенесли нашу встречу?»
Я улыбнулся и набрал ответ:
«Добрый вечер, Алла Михайловна. Ничего страшного, но вопрос действительно срочный. Благодарю за понимание».
«Раз уж вы в Москве, могу я попросить вас об услуге? Разумеется, если у вас есть время…»
«Чем могу помочь?»
«Мне нужно забрать промо-набор из Шоколадной лавки сестёр Сладковых. Они должны были прислать посылку на мой домашний адрес, но курьерская служба что-то напутала и посылка потерялась. Хотя, возможно, её просто съели… Словом, я буду вам очень признательна, если вы окажете мне любезность…»
Я улыбнулся ещё шире. Спасти даму в беде, особенно если кто-то посмел лишить даму сладкого — долг любого уважающего себя джентельмена. Тем более что мне это ничего не стоило.
«Сбросьте адрес — заеду».
«Благодарю! Вот ссылка на карту. Это в Верхних торговых рядах на Красной площади. Магазин на первом этаже. Я сейчас предупрежу их пиарщика, и они всё подготовят к вашему приезду. И, к слову, рекомендую приобрести там что-нибудь для ваших матушки и сестры. У сестёр Сладковых изумительные конфеты ручной работы…»
Я ответил на сообщение и убрал телефон в карман. Да уж, Самойлова не давала забывать о себе, но делала это с присущими ей лёгкостью и тактом.
— А мы чем займёмся до отбоя, Саша? — спросил Василий Фридрихович.
Я взглянул на возвышающиеся башенки Кремля и хитро улыбнулся.
— Сходим в Верхние торговые ряды на Красной площади. У меня как раз появилось там дело…
  
Глава 3
 
Холмский приехал за нами ровно в десять, как и договаривались. По лицу было видно — парень волновался больше нас.
— Как дела, Николай? — поинтересовался я, садясь в автомобиль.
— Павел Акимович всю ночь просидел с главными мастерами, изучали ваши чертежи, что-то пробовали. Утром созывал производственное совещание. Думаю, новости будут хорошие.
  
На заводе нас встречал уже знакомый приказчик Краснов, но на этот раз в сопровождении троих мужчин в рабочих халатах — видимо, те самые старшие мастера.
— Павел Акимович ожидает в конторе, — сообщил Краснов. — Велел сначала показать вам кое-что.
Мы прошли через двор к первому цеху, где вчера наблюдали литейное производство. Но сегодня картина была иной — одна печь стояла холодной, зато у стены расположились столы с нашими образцами и какими-то новыми изделиями.