Путь попаданки. Книга 1 (СИ)

Я повернулась, чтобы уйти, но комендант ухватил меня за руку. Я посмотрела на него так, что тут же получила свободу.
Гранд побледнел и отступил с лёгким поклоном, и когда уже я оказалась у двери, взялась за ручку, чтобы скорее оказаться в безопасности коридора, как комендант произнёс:
— Ваше величество, вы ещё вспомните мою доброту. И пожелаете о принятом решении. Герцог Каста далеко не так любезен и щепетилен, как я.
  
— Возможно, пожалею, гранд. Но сохраню честь и бессмертную душу.
Португалия тех лет была католической и крайне религиозной. И пусть это не совсем реальность, а книга, всё же написана по мотивам истории.
Значит, упоминание Бога поможет привести в чувства любого благородного идальго.
По крайней мере, спасёт меня от насилия или принуждения. То, что я королева, ничего не значило без поддержки короля. Я чужачка, опальная и ненужная жена.
И все вокруг это прекрасно понимали. Некому меня защитить, значит, буду сама стараться. На моей стороне знание истории, людей той эпохи и страстное желание вернуться домой.
Я вышла в коридор, где меня уже поджидала Ирен, присевшая на табурет у противоположной стены. И тут же увидела, что не она одна.
***
Чуть поодаль, оперевшись о стену и сложив руки на груди, стоял великан, которого представили как слугу герцога Каста.
Хотя он более походил на разбойника с большой дороги или кузнеца, не научившегося в своё время обращаться с огнём: правая щека Хьюго, как звали его, была обезображена ожогом.
Завидев меня, он встал прямо и поклонился. И так же молчаливо исчез. Побежал докладывать господину.
— Он давно здесь? — шёпотом спросила я Ирен.
— Пришёл сразу после нас, но стоял тихо, меня ни о чём не спрашивал. Что случилось, ваше величество? Вы бледны и рассержены.
Ирен знала настроение королевы едва ли не лучше её самой.
— Комендант мне не поможет, — бросила я, и уже когда оказалась в своих покоях, отозвала других служанок, чтобы поговорить с Ирен.
Та кивнула и активировала артефакт молчания. Он походил на хрустальный шар и имелся в каждом доме, где того требовали обстоятельства. Подслушать при его активации невозможно, он одинаково хорошо действовал в любом закрытом помещении.
И к счастью, у королевы его не отобрали. Вероятно, считали Бланку покорной овцой, неспособной к серьёзным тайнам.
— Мне нужно написать письмо брату-королю. Сможешь найти человека, чтобы письмо отправили?
Ирен призадумалась.
— Дело трудное, ваше величество. Вы пытались раз с год назад, но гонца перехватили. Нас тогда и отправили в эту дыру, потому что здесь комендант справно выполняет свои обязанности.
— Я только что с ним рассорилась. На него надежды нет.
Я быстро пересказала Ирен всё, что случилось. Она вспыхнула и тут же потянулась к ножику, всегда висевшему у неё на поясе. Многие мужчины посмеивались и называли его не иначе как зубочисткой, но Ирен метала ножи не хуже заправского ярмарочного фокусника, зарабатывающего этим себе на жизнь.
И те, кто в этом убедились на своей шкуре, уже никому ничего не расскажут.
— Не стоит о него мараться. Его наказание — быть заточенным здесь до конца его дней. Принеси бумагу и чернила. Я попытаю счастье вновь. Дай мне подумать.
Ирен кивнула. Она оберегала тело и душу королевы больше, чем мать Бланки. И была её единственной подругой.
Однако и она посмотрела на меня с неким удивлением. Мол, что на вас нашло!
Бланка смирилась и быстро угасала, а сейчас перед ними была особа, желающая действовать.
Видимо, это настолько не вязалось с прежним обликом королевы, мирно вышивающей крестиком у окна и глотающей слёзы, что было даже подозрительно. Ирен украдкой делала в мою сторону охранные знаки, призванные изгнать нечистого.
Пока она возилась с сундуками, где хранила письменные принадлежности (Бланка не любила писать и читать что-либо, кроме Писания),я подошла к столику для вышивания у окна. Бланка развлекала себя тем, что рукодельничала над рушником для иконы Богоматери для местной часовни.
Работа была закончена на две трети. Искусная, тонкая, я никогда не видела такой красоты, сотворённой человеческими руками!
В душе что-то откликнулось. Работа была важна для королевы. Она знала, что скоро покинет этот свет, хотела оставить после себя память.
Я протянула руку, коснулась лика Богоматери, и меня осенило! Вот он, выход. Конечно же!
— Ирен, готовь ещё одну бумагу! — крикнула я так, что служанка чуть не упала, присев на корточки. — Мне надо написать записку герцогу. Мы встретимся с ним в часовне через полчаса.
  
Глава 6
 
Сев за стол для письма, я призадумалась. Вот я, Оля Богуславская, обычная жительница мегаполиса двадцать первого века, сижу и сочиняю письмо средневековой королевы к её брату-королю соседней страны.
У Бланки с ним были неплохие для того времени отношения. Брат был старший, двоюродный, но всё же ближайшая влиятельная родня.
Иоанн или Жан Добрый, так его назовут после, но сейчас, копаясь в памяти королевы, я понимала, что добрым он был по канонам четырнадцатого века.
То есть насилия не чурался, но не прибегал к нему без нужды. Здоровье имел хрупкое, был некрасив, но умён. И при этом не самодур. То есть, помощи от него было ждать можно.
Начитанный и разбирающийся в законах король — уже редкость по тем временам.
Как писать письмо королю, я знала.
«Милостивый государь мой, брат мой!
Пишу тебе из бездны своего отчаяния. Я уже несколько лет томлюсь в замке Мендоса, не видя белого света и лика своего венценосного супруга.
Пользуясь редким случаем послать о себе весточку моего доброму брату-королю, умоляю тебя избавить меня от бесплодности моего существования. Я должна сидеть на троне рядом с мужем, быть его оплотом и поддержкой, рожать ему наследников, но до меня дошли слухи, надеюсь, это клевета, что мой супруг взял себе в наложницы некую Марию Товару, дочь местного канцлера, и одарил её тремя отпрысками.
Молю тебя донести эту весть об оскорблении дома Бурбонов и Валуанцев до Его святейшества, чтобы он своим мудрым отеческим наставлением вернул меня на законное место, а Марию отослал замаливать грехи, как и полагается прелюбодейке.
Я же, в свою очередь, обещаю тебе полную поддержку твоего мудрого царствования со стороны своего мужа.
Твоя любящая и преданная сестра Бланка де Бурбон, законная королева Лузитании и Клермондии».
Я бы написала ещё что-нибудь, но боюсь, для средневекового короля и эти мои послания слишком длинны. Ничего, потерпит ради дела. Я намекнула, что буду влиять на мужа в интересах дома брата, тут он точно ухватится.
Благо, Жан не был дураком по воспоминаниям той же Бланки. Хотя бы потому, что здоровье не позволяло скакать на коне день и ночь, пришлось развивать не тело, но ум.
Я наморщила лоб. Так, по истории Жан написал папе Инокентию VI , но тот отказался отлучать короля Португалии от церкви. Но ведь король в книге и король в истории не один и тот же человек, это раз.
Да и сюжет книги и истории немного различался, это два. И вишенка на торте — раз я попала в тело королевы, значит, её можно было спасти, это три. По крайней мере, я на это надеялась.
Запечатав письмо к королю-брату своей личной печатью, я принялась за послание герцогу Каста. Вот этот персонаж был для меня настоящей тёмной лошадкой.
В книге фаворитка упоминала о нём вскользь. Тёмный маг, значит, способен на любую низость, как бастард короля-отца. Забывая при этом, что её собственные трое детей тоже были незаконнорождёнными.
Одно ясно точно — человек он опасный. И прибыл сюда с вполне определённой целью — не позволить Бланке добраться до короля, при этом обставив всё так, что королева умерла от болезни или несчастного случая. Ненужная королева, наконец, перестала мешаться под ногами.
  
«Ваше сиятельство!
Молю вас о встрече в часовне Святой Терезы.
Мне есть что вам сказать и сделать это я хочу под сводами храма. Это касается предстоящего путешествия».