Сумеречный стрелок 8 (СИ)
— Так вот, эта твоя Зиона, когда ей стукнуло сто лет, уже отправляла в различные миры свои ядовитые зелья. Да, конечно, там были и боевые. Но подавляющее большинство ее товаров было ядом. Теперь ты представляешь, сколько она принесла горя? И, кстати, в замке на свадьбе, ты был убит именно её зельем. Это тебе на закуску. Нравится тебе это или нет… Но это правда.
— Ты лжешь! — не выдержал я. — В моем мире было много алхимиков, которые…
— Да, в твоем мире их было очень много. Но ни один даже гроша ломаного не стоил. Ведь у тебя был иммунитет к их зельям. Разве нет? Да, был, — скривился в злобной улыбке Дорн-Верховный. — Но тебя всё равно отправили на тот свет. А это значит, что это зелье было из другого мира. Именно Зиона отправила его туда. Возможно даже зная, кого будут убивать.
Я молчал, переваривая сказанное Дорном. Он был весьма убедителен, но тем не менее верить я ему не хотел. Внутри меня бурлили противоречивые эмоции, а мысли метались в голове словно рой встревоженных пчёл.
— Я не верю ни единому твоему слову, — процедил я.
— А ты спроси у своей Зионы во время очередной встречи, — ухмыльнулся Дорн.
Да, он именно такой реакции и добивался. Чтобы я начал сомневаться. Что ж в чем-то он точно преуспел. В любом случае надо поговорить с Зионой, иначе червь сомнения начнет точить меня изнутри, пока всего не съест. И тогда, возможно, Дорн одержит надо мной верх.
— Подумай хорошенько над тем, что я сказал, — Дорн улыбнулся и нажал на какой-то предмет на столе в виде колокольчика. Раздался звон, и в комнате показался тот самый рослый прислужник.
— Мы закончили беседу, — махнул он ему.
Прислужник открыл дверь, приглашая меня на выход.
— Кстати, по моим сведениям шаман жив, — напоследок кинул мне Дорн-Верховный.
— Откуда ты знаешь? — с сомнением я взглянул в ответ. — Я лично видел, как он погибал в пещере.
Зиона мне уже сообщила о том, что Лютер выжил, но я хотел понять, как Дорн это узнал.
— Все просто, — Дорн, кряхтя, наклонился и достал с пола блестящую серебряную пирамидку. — Этот артефакт я принес из своего мира. Он и показывает три силы, которые в нем появились. Я, Зиона и Лютер. Лютер, между прочим, это красный огонек, — он показал на три горящие точки на вершине пирамиды. — Зиона — зеленый огонек, я, ну понятно, что синий. В какой-то момент да, он начал моргать. Лютер почти умер. Но потом загорелся вновь.
— Это ты к тому, что скоро нужно ждать нападения?
— Это я и хотел тебе сказать, — кивнул Дорн-Верховный. — Я тебе чуть позже дам одну вещицу. Тебе она пригодится, уверен. А теперь возвращайся к своим друзьям. У меня много работы.
Я выскочил из дома и быстрым шагом пошел к выходу из Обители.
— Эй, куда втопил? Подожди, — закричал за спиной здоровяк.
— Догонишь, если нужно, — грубо рыкнул я в ответ.
Распахнул тяжелую дверь, которая выпускала из Обители, и пошел прочь.
* * *Сегодня было жарко. Солнце выжигало буквально все, на что попадали его лучи. И Борис ощущал на себе его действие. Было трудно дышать и ни черта не было видно из-за дыма, приносимого сухим ветром со стороны ближайшей лесополосы.
— Моди, ты тоже чувствуешь это? — спросил он у дикобраза, который жалобно заскулил. О, да! Он чувствовал и ластился к своему хозяину. Всегда так делал перед тем, как наступал откровенный звездец.
Интересно, а сегодня он выживет? На остальных ему откровенно наплевать. Что на этого Гошу, который вечно разбрасывался тупыми шутками, что на Вову, что курил как паровоз. Он хотел выжить, чтобы вернуться и отомстить.
Что произошло на утёсе? Недооценил он Астафьева, вот что. И теперь он вынашивал план, который навсегда поставит крест на его злейшем враге, а и на его прихвостнях. Всех в топку! Всех до единого!
— Идут, ссуки! — крикнул Вова, туша сигарету ботинком и схватился за пулемёт.
— Ну, значит пришел черед ваш, красотки, — Гоша погладил ящик с ракетами для его базуки и открыл его, аккуратно забирая из ближайшего гнезда первую. Затем раскрыл трубу и открыл приемное устройство, бережно вкладывая туда ракету. — Ну, щас жахнем, хе-хе.
Борис же схватил снайперскую винтовку и уже занял позицию в амбразуре справа.
Он посмотрел в оптический прицел и тут же отвел взгляд.
— Ого! Это откуда их столько. Вы видели? — обратился он к своим сослуживцам.
— Да, уже видим, — оскалился Вова, поворачивая пулемет и прицеливаясь. — Пусть подойдут поближе.
Так. Спокойно. Надо выявить лидеров среди этих тварей. Борис еще раз посмотрел в оптический прицел.
Стая огромных как слоны медведекрылов быстро преодолевали расстояние до их позиций, подпрыгивая и пару раз взмахивая крыльями. Скорость их движения была просто невероятная.
— Контакт! — крикнул Борис и выстрелил в глаз бегущего первым медведекрыла. Когда пуля пробила его черепушку, его швырнула назад, и он упал на набегающих сзади тварей. — Один лидер готов!
— Красава! — закричал Вова, и пулемет его заработал, звеня отработанными гильзами, вылетающими с левой части оружия.
— Сссууки! Ловите подарок! — закричал Гоша
— БА-БАХ! — он выпустил ракету, которая ухнула, делая прореху в шевелящемся ковре из тварей. Огонь выплеснулся, поджигая сотни существ. До них донесся визг умирающих гадов. Но через секунду прорехи не было.
— Ещё держите, уроды! — заорал Гоша, выпуская следующую ракету.
У Бориса с непривычки заложило уши, но он не отвлекался. Черт, монстры уже пробежали половину поля. Он выстрелил, уничтожая ещё одного лидера, и того захлестнула волна напирающих тварей.
Теперь он заметил и каких-то гиен с шипами, и колобков с щупальцами.
С холма заработал артиллерийский расчет, прореживая первые ряды, но… еще секунда, и будто не было у этих гадов потерь. На смену уничтоженным приходили новые гады.
Вдруг по их укрытию что-то забарабанило. Это шипы! Они стреляют в ответ!
— А-а-а! — закричал Вова, хватаясь за глаз, из которого торчал здоровенный шип. Он упал в лужу собственной крови, испуская последний вздох.
Борис успел сделать ещё два выстрела, когда три шипа ударили рядом с ним. Еще один выстрел, и с десяток шипов изрешетили то место, где он находился только что.
— Все, хана, — ответил Гоша, когда какой-то вязкий зеленый шар влетел в амбразуру, сбивая его с ног. Через секунду он был полностью растворен кислотой. Осталась лишь красная лужица на его месте.
Борис подскочил к пулемету и открыл огонь по приближающейся орде.
Все основные силы на другом участке. Кто же знал, что это был отвлекающий маневр. Кто же управлял этими тварями? У них не было явных лидеров, а это значит, что кто-то, словно кукловод сейчас дергает за ниточки. Кто это и зачем ему это надо⁈
Ну все. Теперь уже всё…
Он примерно определил, когда волна тварей сметёт это укрытие. С такой скоростью ещё семь секунд, может восемь.
Борис улыбнулся. Ну что ж, граф Астафьев, встретимся с тобой на том свете.
Внезапно откуда-то сверху что вспыхнуло. А потом… Ох, ну ни хрена себе! Огромный шар упал на поле, и огненные столбы взметнулись до небес. Пламя не стихало ещё минуту, и Борис даже отсюда слышал, как шкворчат твари в этом странном огне.
Когда все стихло, парень взглянул на поле, покрытое толстым слоем пепла. Ни одной живой твари не осталось. Получается, нашествие захлебнулось! Он жив!!!
— Рано ещё себя хоронить, — раздался позади него тихий голос.
Борис обернулся. Какой-то парень с оспинами на лице, взгляд у него уж больно дерзкий. А самое главное — рядом сидел призрачный волк. Он смотрел на Моди и облизывался. А его дикобраз прижался к ноге, покалывая иголками щиколотку.
— Это твоих рук дело? Кто ты? — спросил его Борис.
На это парень ещё больше оскалился.
— Зови меня Лютер.
— И чего ты хочешь?
— Я ищу союзников, — ответил Лютер, поглаживая своего волка. — Чтобы отомстить графу Астафьеву. Вот узнал, что у него есть ещё один серьезный враг. Мы можем объединиться, и тогда Астафьеву придет пи… кранты ему, в общем, полные и безоговорочные. У меня есть, кстати, отличный план.