Свидание в лифте (СИ)

Маленькая, тёпленькая, смешная.
В груди усилилось желание стать её щитом. Большим и надежным. Чтобы ни одна тварь даже мысли плохой не позволила себе в её адрес.
— А почему я у мамы спала? — сонно пробормотала она. — Я же уже большая.
— Большая, конечно, — шепнул я, поглаживая её по спине. Зашторив шторы, к нам подошла Юля и тоже положила ладонь на спину дочери. Прильнула щекой к другому моему плечу и устало выдохнула, обняв нас обоих. Обняв своих девочек, я, наверное, впервые почувствовал, что такое ответственность не только за себя. И я хотел, чтобы эта ответственность у меня была. Оказывается, она совсем не в тягость.
В дверь тихо постучали.
— Кто это? — встрепенулась Юля.
— Охрана. Я отойду ненадолго. Они останутся у двери. Никого, кроме меня не впустят. Посидите сегодня с Варей дома?
— Да, конечно, — слегка недоумевающе кивнула Юля.
Я аккуратно передал ей Варю и, чмокнув обеих в щеки, вышел из квартиры, быстро обувшись и накинув куртку.
— Здорова, пацаны, — пожал руки двум амбалам, ждущим меня за дверью. — Никого кроме меня и семьи не впускать.
— Понято, — кивнули они.
Спустившись вниз, я с грустью посмотрел на догорающий «матиз». Хоть полноценной машиной его назвать сложно, но, в какой-то степени, благодаря ему мы с Юлей познакомились.
Из своей машины я взял пистолет и незаметно засунул его под пояс джинсов за спиной. Накрыл курткой и, обойдя дом, увидел парней из охраны. Один из них прижимал ботинком к земле какого-то щуплого пацана, который хныкал и просил его отпустить.
Понятно, что он всего лишь исполнитель, но он может владеть нужной информацией.
— Мне сказали просто бросить коробку под машину и всё! — кричал картавый пацан лет шестнадцати.
— Кто сказал? — спросил я, присев рядом с его башкой на корточки. Вынул из-за пояса пистолет и многозначительно переложил его из руки в руку на глазах у пацана.
Рядом пискляво лаяла мелкая собака, поводок которой влачился по вытоптанному снегу.
— Я не знаю, — уже спокойнее ответил малой, с опаской поглядывая на пистолет в моей руке, который «случайно» оказался направлен в его лицо.
— И что ты так рано делаешь на улице, малой?
— Я с собакой гулял. Матушкиной! Ко мне подошёл какой-то тощий мужик. Сказал, чтобы я оставил подарок его жене под машиной. Под капотом. Тысячу заплатил. Дал маленькую коробку с красным бантиком… Я же не знал, что там что-то гореть начнёт! Он сказал, что это подарок!
— Этот мужик заплатил тебе? — вопросил я, ткнув малому телефон с фотографией Юлькиного бывшего.
Малой несколько секунд смотрел, пытаясь узнать, а затем кивнул:
— Да. Только он тощий какой-то. И курит постоянно.
— Ясно, — выронил я и кивнул пацанам, чтобы отпустили малого.
— Свободен, — бросил ему зычно один из охраны.
Малой, не теряя время на то, чтобы отряхнуть одежду от снега, резко встал, поймал поводок и без оглядки ушуршал по свежему снегу вместе со своей истеричной псиной.
— Этот тип точно должен быть где-то рядом, — подошёл ко мне один из спецов. — Он точно захочет посмотреть на происходящее. Похоже, с башкой у него пиздец.
— Понял, — оглядевшись по сторонам, я пошёл к подъезду. Вынул из кармана звонящий телефон и увидел номер брата. Потом. Сейчас не до болтовни о работе. Снова спрятал пистолет за пояс.
Юлину машину у подъезда уже тушили. Пройдясь ладонью по колючему ёжику на башке, я думал о том, как поймать этого гондона и при этом успеть раньше, чем он доберется непосредственно до Юли с Варей.
Выманить его на себя?
Ему нужен не я, а только мои бабки.
Выйти с ним на контакт, когда он вновь позвонит Юльке и пообещать бабки?
Этот вариант мне нравится больше.
Поднялся в Юлину квартире на лифте. Пацаны сказали, что никто на площадке не появлялся.
Варя уже завтракала, смотря мультики. Юля разговаривала с кем-то по телефону.
Рванул к ней, но услышал, что она разговаривает с Катей. Походу, с той истеричкой, трахающейся в детских пледах.
Сел за стол рядом с Варей, улыбнулся малышке, а она поделилась со мной кашей, которую, похоже, сама не очень любила.
  
— Кушай, папа. Тебе же много сил надо, — сказала она, вновь растопив моё сердце.
— Спасибо, булочка.
На телефон вновь звонил брат. Не время.
Спецы, которых я нанял под утро, уже шерстят район. А в моей голове четко сидит понимание того, что этот хрен уже гасится в другом месте. Он сделал своё грязное дело, убедился в том, что всё получилось, и сидеть здесь и дальше для него уже бессмысленно. Засел в норе и придумывает новую дичь.
Юля закончила разговор с подругой. Сказала, что от мудака больше не было ни звонков, ни сообщений. В её синих глазах и читал страх, который увеличивался по мере того, как она смотрела на дочку и понимала, что бывший мудак всерьёз может добраться теперь и до неё.
Это резало изнутри без ножа. Я чувствовал себя тряпкой. Бесполезной тряпкой, у которой нет ничего кроме понтов. Даже пистолет за пояс джинсов казался сейчас бесполезной игрушкой.
Сидеть на месте и ждать чего-то оказалось невыносимо. Чувство собственной несостоятельности пожирало изнутри.
Входная дверь квартиры открылась. Юля в немом шоке схватила Варю на руки и вжалась в стену, не моргая глядя на вошедшего.
Она успокоилась, поняв, что это не её бывший, а я здорово напрягся, увидев своего брата здесь.
— Ты что здесь забыл? — наехал я на него и между делом представил Варе. — Мой старший брат. Макс.
— Здравствуйте, — кивнул этот сраный интеллигент Юле.
— Здравствуйте, — ответила она, скорее, на автомате.
— Отойдём на минуту, — сурово припечатал братец и первым вышел из квартиры. Я, подмигнув своим девчонкам, пошёл вслед за ним. — Ты думал, мне не сообщат, что ты наших спецов поднял? — пробасил он недовольно.
— Ты здесь что забыл? — бросил я нервно.
— Спасаю тебя, идиота, от хрени, которую ты точно сотворишь.
— У меня всё под контролем.
— Да? — хмыкнул Макс нервно. С силой ударил по плечу кулаком и, пока я охреневал от происходящего, вынул из-за пояса моих джинсов пистолет. — Это что, твою мать?! — потряс он моим же стволом перед лицом. — В бандита решил поиграть? По закону, Лёха. По закону всё должно быть. Не уподобляйся всякой падали.
— У меня нет времени на то, чтобы строчить заявы в полиции. Ты видел, что этот мудень сделал?
— Видел. Видел, — кивал брат. — И именно поэтому ты сделаешь всё правильно. Ясно? Иначе чем ты лучше?
— Может, мне ему медаль ещё вручить?! — злился я. Отобрал у брата пистолет и снова заткнул его за пояс. — По закону, бля… — ворчал я себе под нос. Стал мерить узкое пространство лестничной площадки, разминая шею ладонью. — Сколько месяцев я буду ждать, когда твой закон сработает? А? Я не хочу ждать. Проще поймать его сейчас и закончить всё сразу.
— Ты думаешь, я не хотел сделать то же самое с теми, кто убил наших родителей? — брат поймал меня за куртку и заставил смотреть ему в лицо. — Хотел. Каждую секунд представлял, как расстреливаю каждого из них из автоматов. Всех. От исполнителей до заказчиков. Но я не мог себе это позволить. Не мог, потому что понимал, что у меня есть ты и Ольга. Если бы я сделал то, что хотел, у меня отобрали бы и вас. Понимаешь? Я не смог бы дать вам ни свою защиту, ни своё присутствие рядом по жизни. Сел бы или меня бы убили там же на месте. Сейчас у тебя аналогичная ситуация, братишка. Ты не можешь действовать на горячую голову. Не имеешь права. Ровно так же, как когда-то не имел я. Возьми себя в руки, включи башку и подумай. Похоже, у тебя с той девушкой всё серьёзно? Это её дочь?
Всё ещё прижатый братом спиной к стене, я кивнул. Сглотнул тяжелый ком воспоминаний, застрявший в горле, и тихо добавил:
— Она вчера назвала меня папой, — улыбка тронула мои губы. — Прикинь? Я — папа.
Взгляд брата стал мягче. Улыбнувшись мне в ответ и шумно выдохнув, он обхватил мою башку пятерней и обнял, вжав мордой в пальто.