Вернуть Боярство 2 (СИ)

— Я согласна, — решительно кивнула девушка. — Два месяца, экзамен — и я отправляюсь в Кондратьевку!
* * *
Сегодняшняя глава — лишь Интерлюдия, дамы и господа. Но в виду её краткости, я намерен выпустить ещё одну главу завтра, в субботу.
  
Глава 8
 
— Идут! — тихо шепнул сержант Звягинцев. — По нашему берегу, голов пятьдесят-шестьдесят! Точнее посчитать не успел.
— Заряжай усиленными, — велел я, и сержант передал сигнал по цепочке.
Усталые бойцы выскребали последний боезапас, что был, готовясь к предстоящей схватке. На берегу мелкой местной речушки, хотя скорее даже просто ручья, в густых кустах был расположен весь наш взвод. Я и ещё двое Учеников, чародеев из народа лет тридцати, да наш комвзвода — Приходько.
Что мы здесь делали и какого черта вообще происходит? Всё просто — мы выдвинулись с обычной миссией патрулирования окрестностей одной из многочисленных шахт. И угодили в весьма неприятную ситуацию — нас оттеснили и отрезали от своих твари, ринувшиеся на штурм шахты. Собственно, они её буквально за десять минут штурмом взяли, и двинулись дальше, к самому городку. И сейчас тот находился в осаде, самой что ни на есть натуральной. После пары попыток штурмовать, окончившихся неудачно, твари разбрелись по округе, пожирая всё живое и накапливая силы.
Нам разом и повезло, и нет. Оказавшись в самом начале боевых действий в лесах, мы были вынуждены отступить в их глубину. С одной стороны, из-за этого мы не оказались в ловушке и не погибли вместе с гарнизоном шахты. С другой — к городу пробиться тоже не успели, а потому вынуждены были сейчас партизанить.
К реке неспешно вышел небольшой отряд. Полсотни разнокалиберных чудовищ и рогачи, как их называли местные — новая диковинка Разлома, вполне себе разумная раса, которая и командовала тварями. Те самые, о существовании которых ходило столько слухов, тщательно опровергаемых в цивилизованных землях, и ставшие главной особенностью нынешнего Всплеска. Собственно, их наличие и привело к тому, что банальный сезонный отстрел чудовищ превратился в самую настоящую войну.
Их было лишь пятеро. Четверо однорогих и один двурогий, почти ничем не отличающиеся от людей существа, одетые в архаичного вида доспехи из неизвестного мне металла, от которого исходили какие-то слабые эманации магии. Из оружия — луки, короткие мечи на поясах, явно магический жезл в руках двурогого.
— Нападение отменяется, — шепнул Приходько, тихо подползая ко мне.
— Почему? — возмутился я.
— Двурогий, — пояснил он. — Он может быть по силе как на уровне Адепта, так и Мастера. У них ранги по количеству рогов, и их вдвое меньше чем у людей. Я не хочу положить весь взвод зазря!
Риск, конечно, был, глупо отрицать. Но как мы заметили за последние дней десять, рогачей в том войске, что пришло под стены Кондратьевки, было немного. Дай бог сотня или чуть более, а именно они были командным составом и централизующей силой в орде разномастных и разнокалиберных чудовищ. Не будет рогачей — твари разбредутся кто куда, и угроза исчезнет.
И выбить разом пятерых, пусть и из младшего состава, было делом стоящим. Тем более когда у них под боком всего полсотни местных рысей и каких-то мутировавших помесей барсука и ящерицы, которые особыми защитными свойствами не обладали, а потому были вполне себе доступной добычей для солдатских винтовок.
— Я могу взять на себя двурогого, — подумав, заявил я. — Но только мне нужно подобраться к нему на расстояние удара и он должен быть занят кем-то другим. Выиграете мне минуту, и я его прикончу…
Неподалеку негромко рявкнула винтовка одного из моих бойцов, совсем ещё новичка буквально вчера выдернутого из деревни и отправленного защищать Родину и Императора. Голова двурогого, что присел на корточки и набирал воду из ручья в свою флягу, расцвела алым цветком. Ошмётками крови, мозгов и костей обрызгало девушку-рогачку, что стояла рядом и нескольких тварей.
— Виноват, ваши благородия!.. — в ужасе запричитал тот. — Разнервничался, ыть и дёрнулась рука сама, того-этого…
 
— Огонь! — не таясь, громко скомандовал старший лейтенант, не обращая никакого внимания на оправдания солдата.
Наша позиция была заранее подготовлена, как и несколько похожих в окрестностях — наложены специальные печати, что работали глушителем, поглощающим весь звук и не позволяющим ему нас демаскировать. Изумлённые твари и рогачи вскинулись, пытаясь понять, откуда пришла беда, но в первые же несколько секунд боя было выбито больше половины тварей, а когда они наконец поняли, что к чему — бежать оказалось уже поздно.
Меньше минуты, и грозный отряд, способный в лобовом столкновении нас если и не одолеть, то изрядно потрепать, оказался выкошен. Причем безо всякой магической поддержки с нашей стороны — мы лишь подпитывали маскировочные чары да печати-глушители.
— Вот тебе и не то Адепт, не то Мастер, — заметил я. — Одна пуля и всё, готов.
— Повезло, — констатировал старлей повернулся к бедолаге, у которого дернулся палец на спусковом крючке. — Боец! Ёб твою больную башку, обезьяна жопоголовая! Отныне каждый второй наряд до возвращения в расположение полка — твой! Ясно, свинорылый ту ущерб?!
— Так точно, ваше благородие, — уныло вздохнул парень.
— Но добыча с двурогого — твоя, — обрадовал я парня. — А теперь ноги в руки и бегом собирать трофеи!
— Уверен, что собираешься оставить парню трофеи? — уточнил старлей.
— У меня меч, револьвер и винтовка, плюс неплохой комплект из кирасы, наручей и поножей, — пожал плечами я. — А парень, что не говори, молодец. С трёхсот шагов и прямо в башку, в столь неудобной позиции — голова же лишь немного была видна за тушами тварей — это талант. Пусть забирает.
К сожалению, много трофеев взять возможности не было. Ну не брали мы с собой зачарованных контейнеров для хранения органики, да таскать с собой всё это добро было недосуг. Одно дело убей мы действительно сильную тварь, там бы риски и неудобства оправдывались ценностью добычи, но нет — это была сплошная мелочь.
Спустя несколько минут дело было закончено, и мы двинулись вверх по ручью. Причем зайдя в него по пояс — одни лишь чары, которыми мы заметали следы, старлей посчитал совершенно недостаточными. Нам, одарённым, было в целом не слишком неудобно — организм мага куда крепче и легче выносит холод и прочие неприятности, но вот солдатам придётся тяжело.
— Ваше благородие, господин лейтенант! — обратился ко мне тот самый стрелок. Семёнов, кажется? — Я тут это… Ну, того… Спасибо, в общем! И энто… Во!
Я взял у стремительно теряющего связность речи парня протянутый мне жезл убитого рогача. Парень дико робел и смущался магов, почему — мне было не ясно, и разбираться времени не было.
— Спасибо, Семёнов, — кивнул я, шагая против течения ледяного ручья. — Но ты уверен? Это твой трофей.
— Ну, дык энто… Мне с него никакого проку не будет, а вот вам, случись энто, драка большая али бой с тварями, она пригодится. Всем от того лишь польза будет, думаю.
Спорить я не стал, как и расстраивать парня. Молодой ещё совсем, лет пятнадцать, хоть и вымахал немалым увальнем. Эх, государевы вербовщики совсем совести не имеют — он же ребёнок ещё, а уже в эту жопу мира помирать отправили. Ладно б одарённым был, а так — он ведь простой паренёк. Ну да ладно, не до того сейчас.
Жезл был несомненно артефактом, и его было бы интересно изучить чисто в научных целях — магия здешнего мира была построена по тем же законом, что и моего предыдущего, а потому подавляющее большинство знаний у меня сходилось со здешними. Но вот артефакты тех, кто прибыл из Разлома, были иными, и действовали по неведомым мне пока принципам. В каждом из них была словно бы небольшая искорка той неведомой силы, что привела их сюда, и смешиваясь с маной этого мира, она позволяла творить им свою магию, но как именно — ещё только предстояло понять.
Да и на кой мне жезл? Говоря откровенно, я один был сильнее всего нашего взвода, вместе взятого. Собственно, только моё наличие в нем позволяло этим людям надеяться на выживание. Правда, понимал это лишь наш взводный, и то лишь отчасти — иначе б не ходил с настолько мрачной рожей.