Дракон, ты не узнаешь о доченьке!

Тут только слепой не увидит, как похожи несчастная и дитя! Тот же нос, те же глаза, даже форма ушей та же.
Дальше я читать не смогла. Уж больно такие новости били меня самое сердце. “Она – простая преподавательница, а он герцог, ректор, дракон”. Я прикрыла глаза, представляя, как Мию вырывают у меня из рук. “Мама!”, – кричит Мия, а я ничего не могу сделать. Нет, я буду сражаться до конца. Пусть это будет стоить мне жизни, но я буду сражаться за свою дочь.
  
“Но было бы намного лучше, если бы он о ней никогда не узнал!”, – вздохнуло что-то внутри.
Рванув газету, я стала пробегать глазами объявления.
Тут было все. Кто-то продавал свадебное платье с комментарием “Почти не ношенное. Шесть раз выходила замуж. Все браки счастливые”. “Продам гремлина, похожего на котенка. Мочить нельзя, а хочется!”. “Отдам в хорошие муки!”.
– Няни, няни, – шептала я, выискивая пальцем объявления.
“Отдам в хорошие руки мантикору! Яду в ней – кот наплакал. Брал для охраны. Он скачет от радости и иногда писается. Расчесал когтями все вокруг. Бегает за бабочками и ест их. Орет, как резанный. Денно и ношно. Пукает, храпит, промахивается мимо лотка! Заберите кто-нибудь!”.
– Да неужели няни кончились? – нервничала я, как вдруг уцепилась за слово.
Есть! Набираем! Я нарисовала на зеркале символ из газеты, прошептала заклинание вызова и затаила дыхание.
– Миссис Дарлинг! – приветливо поздоровалась я, видя благообразную старушку с чашкой чая. – Я вас беспокою по поводу няни…
– О, я вас внимательно слушаю, – расцвела миссис Дарлинг. – У меня отличные рекомендации. А у вас кто?
Боже, какая милая старушка.
– Девочка, – улыбнулась я. – Четыре года.
– О, какой прелестный возраст! К тому же девочка. Я не люблю сорванцов, но к девочкам питаю особую любовь… Мне девочки намного предпочтительней, чем мальчики, – улыбнулась миссис Дарлинг.
– Когда сможете приступить к работе? – спросила я. – И сколько это будет стоить?
– Хоть сейчас! – обрадовалась старушка. – Стоить это будет шестнадцать талий в день.
“Ай!”, – взвизгнул мой кошелек, который только что укусили цены. Он заскулил, требуя, чтобы я утешила его зарплатой, но я скрепя сердце кивнула.
– Хорошо, – согласилась я. – Шестнадцать так шестнадцать.
– Единственное, что, – заметила миссис Дарлинг. Ее лицо тут же стало подозрительным. – Я вижу, что вы – чародейка. Вы сразу уточните, ваш ребенок – маг?
– Да, у нее есть магическая кровь, – улыбнулась я, видя, как бабушка изменилась в лице.
– Да как вы смеете! – внезапно закричала она.
 
Глава 11
 
– А… что не так? – удивилась я.
Старушка теперь смотрела на меня, как инквизитор.
– Я не работаю с магически одаренными детьми! Ни за какие деньги! Так бы сразу и сказали! – почти гневно произнесла няня. – Вы хоть понимаете, что значит ребенок с магическим даром! Они же не справляются с магией! То пожар, то наводнение! Вы что? Смерти моей хотите?!
Я тут же погасила вызов.
Пуф! Я сдулась. Не очень-то ты мне понравилась! Так, быстренько ищем следующую…
– Миссис Бирман, – натянула я дежурную улыбку при виде сухой строгой тети, которая смотрела на меня поверх золотых очков. – Вы не заняты? Девочка. Четыре года. Маг…
– До свидания, – ответила тетя. – Я не работаю с детьми – магами.
– Но ей четыре года! – ответила я. – Всего четыре!
– У меня после одного маленького колдуна четыре пальца. Всего четыре! – ответила миссис Бирман. И показала.
Да что ж это такое! Неужели нет приличной няньки!
– Ну как там, дорогая моя, – послышался слабый голос миссис Виральд. – Только что был целитель. Он сказал, что мне нужно лечь в больницу…
– Пока ищу, – прошептала я, лихорадочно перебирая в уме знакомых.
Может, попробовать взять отпуск? За свой счет? Но я должна была подавать заявление за неделю и найти себе замену. Ректор отпуск сейчас не подпишет…
– Ладно, – выдохнула я, понимая, что если Мия пару дней тайно побудет в Академии, ничего страшного не случится. – Вы сможете отправить ее сюда? Я ее встречу.
– О, конечно, – прошептала миссис Виральд. – Доктор дал мне зелье. И пока оно действует, я еще могу колдовать…
“Нет, нет, нет!”, – что-то внутри меня уперлось. – “Ты не вздумаешь тащить ее сюда! А вдруг он ее увидит!”.
“Ну увидит, и что? На ней не написано, что она – его дочь!”, – успокаивала я себя. – “Всего пару денечков, а потом я переправлю ее няне!”.
– Так, мне нужно встретить Мию! – прошептала я.
Жизнь надеялась, что я стану гимнасткой, как я мечтала в детстве, поэтому нагибала меня во все стороны.
Ребенок в Академии магии! Да тут у нас что ни день, то приключения! Это же опасно! Рискованно!
Но я понимала, что выбора нет. Оставить кроху одну дома мне совесть не позволяла. У Мии нет ни бабушек, ни дедушек, ни отца, ни родственников.
Мои родственники остались в том мире, который сейчас кажется странным сном.
Я бросилась в солидные покои декана.
По сравнению с комнаткой, в которой я ютилась раньше, это был почти номер люкс! Кабинет, спальня и гостиная! Что еще можно желать? Зато какая мебель! Это не старичок – письменный стол! Глазу здесь был простор и наслаждение. Мягкие складки гобеленов факультета, бархатные шторы, роскошная двуспальная кровать с матрасом в десять пальцев высотой. Она либо намекала на то, что декану несолидно спать одному. Или на то, что к концу карьеры, он должен отъесться до нужных размеров.
Теперь осталось придумать, как протащить Мию в Академию, если все порталы проверяются.
Я обернулась на окно. Мне показалось, что на нем сидит черная птичка.
– Скворец? – удивленно спросила я, а внутри все похолодело.
 
Глава 12
 
С каких это пор скворцов интересуют подробности моей жизни?
Я вспомнила маленькую птичку, которая пасется на плече ректора, и мне стало как-то нехорошо.
Скворец посмотрел на меня, а я сделала вид, что схватила книгу и что-то усиленно ищу с умным видом.
Даже, если это – обычный скворец, пусть знает, что я тут делом занята. А если это – ректорский фамильяр, то пусть думает, что я что-то зашла проверить. Или что-то забыла…
– Ага, белладонна, – промурчала я, делая вид, что что-то выписываю на листочек.
Я тут же направилась к двери, а скворец вспорхнул и улетел.
– Дожили! Чтоб тебя орнитоз прохватил, шпион проклятый! – ворчала я. – Теперь при виде скорца мне становится нехорошо!
Я распахнула старинный шкаф с золотыми ручками, доставая огромную темную мантию, в которую поместятся еще три меня. Когда-то эти мантии были частью униформы преподавателей.
Она тут же вычитала сто очков привлекательности, добавляя пару очков солидности и злобы. Даже самая красивая чародейка в этой мантии выглядит так, словно по ней уже пенсия плачет, и некроманты по кладбищу ищут!
Но времена меняются. Пару лет назад мантии признали пережитком прошлого. И теперь они пылятся в шкафах, на случай, если министерству снова взбредет в голову вернуть старые традиции и устои.
Я натянула на себя пыльную, пахнущую плесенью и сыростью мантию, слыша, как она с шуршанием стелется по полу.
– То, что нужно! – выдохнула я.
Я помнила день, который разделил мою жизнь на “до” и “после”.
Я отработала в офисе, и забежала на пункт выдачи.
Помню, что до закрытия оставалось двадцать минут, поэтому я очень торопилась. Два платья, которые я заказала, я развернула под камерами. Одно точно не подошло. Я выглядела в нем, так, словно человек, пошивший его, видел до этого женщину только на картинке.
  
Второе платье я успела только натянуть на грудь, как вдруг темнота, звон в ушах и голоса: “Мисс Малиборн! С вами все в порядке?
И я очнулась в аудитории, окруженная студентами и преподавателями. “Пропустите!”, – послышался мужской голос, а я увидела его.
Красавец мужчина смотрел на меня, а я чувствовала, как сердце начинает биться чаще. Я никогда ее видела таких мужчин. Разве что только на фотографиях в интернете.