Немыслимое (СИ)

Нет, были и боевые вылеты. Но не на уничтожение реальных целей, а для разведки. Для контроля, не нарушают ли побеждённые условия мирного договора, обязавшие их не вводить войска в демилитаризованную зону, примыкающую к границе с Особым районом.
Естественно, ребята ворчали на то, что так мимо них и весь остаток войны пройдёт. Урезонить их удавалось лишь примером того, что авиаполки, базировавшиеся в Закавказье, тоже были вынуждены «бездельничать» с 22 июня 1941 года и вплоть до начала вторжения турок. А лётчики на Дальнем Востоке до сих пор стерегут небо страны от японцев, которые, кажется, пока и не собираются нападать на СССР.
— Мы — советские офицеры, которые обязаны выполнять приказы командования. А другого приказа, кроме как быть готовыми защитить небо над Константинопольским Особым районом, нам пока не поступало.
Вот на это «пока» все в полку и надеялись.
Да, случилась пара вылетов на перехват немецких одиночных самолётов, направлявшихся к Проливам со стороны Греции. Но это — редчайшие, запомнившиеся всем случаи.
Потом полк наконец-то перебросили на аэродром близ Салоников, и дела пошли чуть-чуть веселее. По крайней мере, вспомнили такое «упражнение» как штурмовка вражеских позиций неуправляемыми реактивными снарядами. Но и то — нечасто вспоминали, поскольку с этими заданиями прекрасно справлялись поршневые Ил-2 и Су-2. Пожалуй, летали лишь для того, чтобы «реактивщики» не теряли боевых навыков.
А потом началось чёрт знает что: Лиссабонская конференция приняла ультиматум в отношении СССР, Италия объявила перемирие с англичанами и американцами, но не с Советским Союзом. А англичане (но не американцы) засобирались напасть на Союз Советских Социалистических Республик.
Если судить по срокам, отведённым на исполнение выдвинутого в Лиссабоне ультиматума, уже напали бы, если бы не смена британского правительства. Яростный русофоб Черчилль отправился сотрясать воздух в парламенте, а заменивший его лорд Галифакс, по слухам, тоже очень не любящий СССР, всё ещё взвешивает, следует ли ему исполнять «заветы Черчилля» или воздержаться.
Впрочем, если судить о данных разведки, у англичан для этого нападения почти всё готово. Средиземноморский флот Великобритании стянут к берегам Крита, с которого немцы беспрепятственно эвакуировали свои войска на юг Греции, английские самолёты, перебрасываемые из Африки, осваивают аэродромы этого острова, войска британцев и их колоний, также доставляемые с «чёрного континента», обживают критские полевые лагеря.
Разве факт беспрепятственного вывода немецких войск с Крита можно назвать как-то иначе, кроме предательства? Ведь именно из-за того, что эти 60 тысяч и 17 тысяч, выведенных с острова Родос, были переброшены на Пелопоннес, советские войска не только приостановили наступление на полуострове, но и местами были отброшены почти к самому Коринфскому проливу. Хотя, конечно, глупо продолжать считать союзником страну, открыто грозящуюся войной народу, благодаря которому она, может быть, и осталась на карте мира. Но в этом все британцы, бахвалящиеся тем, что у них нет постоянных союзников.
В этом плане даже итальянские фашисты выглядят более порядочно (если можно такое слово применить к фашистам), чем англичане. По крайней мере, они, выйдя из войны под угрозой военного разгрома, не грозятся объявить войну бывшему союзнику, Германии. Ведь Советский Союз ничем не грозит Британии, ни в какой области не «наступает на хвост» её интересам. Разве что, советский народ желает жить именно так, как сам видит свою жизнь, а подчиняться указкам британских империалистов.
Но если англичане только собираются на нас нападать, то те же самые итальянцы уже действуют. Говорят, у Гитлера случился припадок, когда ему доложили о заключённом итальянцами перемирии. И Муссолини, чтобы доказать ему верность союзническому долгу, перебросил часть войск с «сапога» в оккупированную Албанию и нанёс «упреждающий» удар по частям Красной Армии, не ставшей продвигаться к Адриатическому морю, пока их товарищи полностью не освободят Грецию.
 
Итальянцы, конечно, те ещё «вояки». Да и оснащение их армии боевой техникой не идёт ни в какое сравнение с немецкой армией. Но, что касается авиации, им удалось сохранить её потенциал. Просто потому, что воевали с англичанами и американцами, а не с советскими войсками, где от их самолётов и никудышных танков давно остались бы лишь рожки да ножки. Вот они и решили «попытать счастья» в этом деле на Балканах.
Про никудышные танки Середа ничуть не иронизировал. По отзывам танкистов, пожалуй, самой серьёзной итальянской бронетехникой является самоходное артиллерийское, штурмовое орудие Semovente da 75/18. Пусть оно и представляет угрозу советским «тридцатьчетвёркам» на дистанции менее километра, но само легко поражается на этой дистанции даже старенькими «сорокопятками». Остальное — слабосильные машины со слабой 47-мм пушкой. Но Леонида, как лётчика-истребителя, гораздо больше интересовала не бронетехника, а авиация.
Больше всего в ней поражало обилие моделей истребителей: целая дюжина только собственного производства, не считая трофейных или поставленных Германией. Чаще всего, предоставленных небольшим количеством экземпляров. Включая лучший из итальянских истребителей — Macchi C.205 Veltro, способный достигать скорости 642 километра в час. Самые же массовые, Macchi C.200 Saetta и C.202 Folgore, выпущенные тиражами примерно по тысяче экземпляров (после участия в воздушных боях уцелело намного меньше), в целом проигрывают советским «Якам» и «Лавочкиным».
Бомбардировщики тоже разнообразны, малочисленны и слабы с точки зрения оборонительного вооружения. Самый мощный — четырёхмоторный Пьяджо P.108, сопоставимый по характеристикам с нашим Пе-8, но более медлительный и менее защищённый. Тем не менее, при массированном налёте весь этот «ноев ковчег» способен доставить неприятности, если вовремя его не перехватить.
Аэродромы в Албании бомбятся регулярно, поэтому итальянцы зареклись держать тяжёлую авиацию близко к фронту. На тщательно замаскированных площадках у них только истребители, взлетающие лишь при появлении в воздухе советской бомбардировочной авиации.
И тут вдруг на экранах локаторов, контролирующих едва ли не всё воздушное пространство над Албанией (с учётом горной местности, осложняющей этот контроль), отмечен взлёт нескольких десятков итальянских истребителей. Но советская бомбардировочная и штурмовая авиация сейчас действует по немецким войскам, давящим на Красную Армию на Пелопоннесе. К чему бы это?
Командование авиацией Балканского фронта сильно долго раздумывать не стало, дав приказ Середе поднять в воздух весь полк.
— В воздухе с обстановкой разберёшься! У тебя для этого локаторы есть.
Впервые Миг-15 в модификации «Перехватчик» несли на боевое задание противосамолётные ракеты. Не все, конечно, поскольку не было времени на их подвеску к крыльям всех истребителей. Всего-то одно звено. И именно его Леонид направил навстречу пришедшим со стороны Адриатики бомбардировочным формациям. Остатки этой эскадрильи и ещё одна должны были завершить то, что не доделают реактивные снаряды, а сам вместе с третьей ввязался в «собачью свалку» с истребителями, бросившимися прикрывать бомбёров от неожиданно явившихся русских.
Разница в классе самолётов сыграла свою роль. Но возвращались на аэродром под Салониками всё-таки не в полном составе: война есть война, и на ней всякое случается. Но потери полка, фактически обескровившего истребительную группировку итальянцев в Албании и нанёсшего серьёзнейший удар по их бомбардировочной авиации, более чем вдвое уступали даже количеству самолётов, сбитых одним майором Покрышкиным. На обратном пути с довольным видом помаячившим Леониду через стекло блистера семью оттопыренными пальцами.
32
Вот уж не ожидал сержант Кудин, что осенью 1943 года советский фронт будет пятиться, отступать с боями на восток. А всё из-за англичан, позволившим фрицам перебросить войска из Франции и Бельгии на восток, против Красной Армии.