Бугай. Инфильтратор (СИ)

Пока собирал рубашку, сожрал весь остаток запасов говна предсказателей, а когда набралось достаточно внутреннего ресурса, соорудил заклёпочный механизм. В качестве материала для заклёпок выбрал обычную хирургическую сталь хром-ванадий. Как работает заклёпочный механизм? Вставляешь в прозор кольца заклёпку, помещаешь кольцо в механизм и тянешь рычаг. Сталь сминается и блокирует кольцо быстро и надёжно.
Всего на мою новенькую «рубашку» потребовалось пятьсот девяносто девять колец, так как руки и ноги я закрыл обычными стальными поножами и наручами.
Отдельного слова достоин шлем. Его я изготовил из костяных броневых наростов, он представлял из себя вытянутый в области затылка салад с двойным забралом и обошёлся мне в тысячу единиц внутреннего ресурса.
В качестве оружия ближнего боя замутил клевец из короткого шипа мертвяка. Эскулап прокомментировал, что этот шип имеет происхождение из короны тринадцатиранговой твари, которую они завалили пару дней назад с помощью ПТРК в районе села Щучье. Основную её массу разобрали на запчасти и пустили в дело, а вот этот шип Эскулап оставил для исследований. Шип встал в качестве ударной части стального клевца. Я его никак не изменял, потому что он уже изначально был практически идеальной формы. То что надо.
Дополнительно к этому изготовил из костяных наростов восьмиранговой твари четыре мизерикордии, которые повесил на пояс.
В будущем придётся отказаться от всего этого счастья, ибо демаскирует и вызывает много вопросов, но конкретно сейчас это всё может спасти мне жизнь.
Эскулап вернулся и отрицательно покачал головой с печальным выражением лица.
— Как я и думал, — вздохнул я . — Ложитесь на операционный стол.
— Зачем? — не понял Эскулап.
— Трюк не удался, — ответил я. — Если всё-таки будут стрелять по вам, то лучше пусть в вашей груди не будет контейнера с нестабильной взрывчаткой.
Эскулап кивнул и лёг на прозекторский стол. Извлечь бомбу труда не составило: анестезия таким как мы не нужна, даже я уже привык к той имитации боли, которую мой организм генерирует при получении повреждений, а Эскулап вообще особо ничего не почувствует. Эмоции и чувства постинфицированных сильно притуплены.
Положив бомбу на стол, я поместил рядом детонатор и уселся на табуретку-вертушку.
— Получается, вы не врали про вакцину? — невпопад спросил Эскулап.
— Мы действительно были в Пирове и я лично разговаривал с Аспирантом, который передал нам все их наработки, — ответил я. — И вообще, я стараюсь не врать людям по любому поводу. Я честный врач.
— Это не может не вызывать уважения, — улыбнулся Эскулап. — Как думаете сбежать отсюда?
— Придётся с кровью и взрывами, — пожал я плечами. — Поверьте мне, я этого очень не хотел. В целом я человек мирный, мне чужого не надо, но за своё я буду стоять до конца. И в дела чужие я стараюсь не лезть. Но с последним получается плохо, потому что люди всё норовят сделать свои дела и проблемы моими делами и проблемами...
— Вот это данные для канала зашифрованной связи, — Эскулап передал мне вырванный из блокнота лист. — Для вас не составит труда связаться со мной в будущем. Я постараюсь убедить полковника изменить решение касательно вас, но пока что вам лучше уйти. Отходы из прозекторской сливаются в канализацию, прошу проследовать за мной.
Эскулап взялся за стальной люк под прозекторским столом и с неожиданной для себя лёгкостью сдвинул его в сторону.
— Грязновато, негигиенично и небезопасно с бактериологической точки зрения, но нам ли привыкать, коллега? — неловко улыбнулся он.
— Спасибо вам, коллега, — признательно кивнул я ему и полез вниз.
Шахта канализации была узкой, я слышал топот ног ворвавшейся штурмовой группы, пока стремительным ужом преодолевал метры по жутко воняющей жиже.
На определённом участке жижа превращалась в лёд, поэтому я даже немного ускорился, прежде чем выбрался в канализационную канаву.
Спринтом кинулся к ограде, услышал длинные пулемётные очереди, получил несколько пуль в спину, но ничего важного они не задели и задеть не могли. Как я понимаю, меня может вывести из строя только отрыв башки и повреждение позвоночника. Голову защищает шлем с толстым горжетом, а вдоль позвоночника идёт защита из спаянных вместе костяных наростов.
 
Как мартышка под убойной дозой экстази я взобрался на стену и свалился в сугроб на противоположной стороне.
Далее был длительный марафон, который с моими физическими показателями практически не отнял сил.
Ночь темна и полна снега. Луну я не видел уже давно, непроглядные облака пыли, поднятые самым массированным в истории применением ядерного оружия, надёжно закрывали Солнце Мертвецов.
У посёлка Новогорный я заметил хвост. Какой-то тип упорно бежал за мной с винтовкой наперевес. Вообще, я больше почувствовал пристальный взгляд, чем заметил признаки преследования.
Я резко развернулся и побежал на преследователя. Вжикнула пуля, пролетевшая рядом с головой, по вспышке я определил положение стрелка и разрядил в его направлении магазин выхваченного пистолета. Не попал.
В голливудском кино определённо преувеличивают эффективность пистолетов. Сколько было фильмов, где бравый главный герой с помощью пистолета буквально убирает вооружённых штурмовыми винтовками противников? Только вот реальность такова, что действенная дальность пистолета редко достигает двадцати метров. Штурмовая винтовка эффективна на дистанции до четырёхсот метров, а оружие винтовочного калибра на дистанции до километра. А ещё штурмовые винтовки имеют режим стрельбы очередями. Нет, есть и автоматические пистолеты, но проблема эффективной дистанции зачастую от этого только усугубляется.
Именно поэтому я только что выпустил восемь патронов без какого-либо эффекта, ведь дистанция между мной и противником была явно больше сорока метров. Был шанс на случайное попадание, но не повезло, не фортануло.
Перемещался зигзагами, винтовка неизвестного была с продольно-скользящим затвором, поэтому он так и ни разу в меня не попал. И я бы не попал.
Со всей дури шарахаю ублюдка прямым в челюсть. Что-то хрустнуло.
+6 очков опыта
Достигнута новая подстадия «Альфа-1»!
+7 очков навыков
+5 очков эволюции
Что ещё за, нахрен, эволюция? Ладно, потом разберусь.
Даже не стал особо смотреть, что за атакующий, просто парень лет двадцати, искавший приключения в эту смутную пору. Забрал его винтовку, боеприпасы и рюкзак, а затем продолжил путь к Озёрску.
Обогнув посёлок, во избежание, побежал дальше.
Если верить карте и таймеру, я преодолел двенадцать километров, остававшихся до Озёрска, ровно за тридцать минут. Это по две с половиной минуты на километр. Почти что рекорд. Правда, рекордсмены бегают не по покрытой снегом пересечённой местности, а по подготовленным беговым трассам.
Тут следовало быть поосторожнее.
Мертвяки не спят, я слышу скрип снега, доносящийся со стороны завода РТ-1, моей цели.
Пробрался на территорию. Страшно не было. У меня откуда-то была уверенность, что я затащу любого, кто здесь обретается. А ещё было ощущение, что удастся разобраться без боестолкновений.
Пришлось врубать фонарик, потому что у меня больше нет преимуществ постинфицированных.
«Нулёвки» стояли в кабинетах, нескольких я обнаружил в производственном цеху, но трогать не стал, пусть они и поволочились вслед за мной.
Нашёл зону отгрузки готовой продукции.
Охренеть, тут целый поезд стоит!
Спрыгнул с платформы и залез в первый попавшийся вагон. Маркировка грузов мне непонятна... Сука.
 
Начал искать хоть какие-нибудь документы в обозримом пространстве. На столе нашёлся акт приёма-передачи. Ага, второй вагон...
Вот и родименький гелий-3. Никому тебя не отдам! Весь оприходую!
В опорожнённый трофейный рюкзак поместилось только восемь баллонов, это уже достаточно много, но я хотел больше.