Когда тепло (СИ)

  
12. Неспециальное специально
 
Он вошел в кабинет. Краем глаза заметил что-то лишнее в кресле. Остановился и уставился на туфли и аккуратно сложенное платье. Усмехнулся. Отправил ей сообщение, что завтракать будет в кабинете.
Она постучала, вошла с подносом.
— Доброе утро! Ваш кофе.
— Доброе утро!
Она поставила чашку перед ним.
— Прошу прощения, что приехала впритык по времени.
— Вы не опоздали.
— Я понимала, что приеду без запаса по времени. Поэтому захватила с собой, — она немного помедлила, но выставила на стол блины и варенье. — Еще горячие, варенье черничное, домашнее. Если не захотите, то через полчаса будет готов ваш обычный завтрак.
— Наталья, — она остановилась в дверях. — Вы специально испекли для меня блины?
Она покраснела.
— Нет, не специально для вас. Я их испекла специально для сына, но захотелось угостить и вас. Вы любите простую бабушкину еду.
Он улыбнулся и хмыкнул. Внимательно на нее посмотрел.
— Спасибо, я люблю блины. А с домашним вареньем не ел их лет сто.
Через полчаса она вернулась убрать со стола. Тарелка была пуста, и она обрадовалась. Он разговаривал по телефону, расхаживая вдоль окон, но жестом попросил ее задержаться. Она составила посуду на поднос, тихо подошла к креслу, добавила небольшой пакетик и отошла обратно к столу. Он перестал ходить и смотрел на вещи, завершая разговор. Перевел взгляд на нее.
— Что это? — повел головой в сторону кресла.
Она выдержала взгляд.
— Вещи, в которых я была на вчерашнем обеде.
— Я вижу. В пакете, я так понимаю, белье.
Она снова слегка покраснела.
— Да. И чулки. Выстирано.
Он разозлился, неожиданно для себя самого.
— И что прикажете мне с ними делать? Носить самому?
Она удивленно смотрела на него.
— Вы ожидали, что я просто заберу их себе?
Теперь удивился он.
— Они были куплены на вас.
Она вздохнула.
— Вот именно. НА меня. А не ДЛЯ меня.
Он непонимающе смотрел на нее.
— Эти вещи — часть моего выступления в качестве вашей спутницы на деловом обеде. Вы мне их не дарили, я у вас их не просила. Они были необходимым антуражем на необходимом мероприятии, поэтому пусть вас не вводит в заблуждение моя покладистость при их выборе и мое молчание об их стоимости. Обед состоялся, моя роль окончена, вещи свое дело сделали. Вы их покупали, вам и решать, что делать с ними дальше.
Он усмехнулся.
— Вам они нравятся?
— Дело не в..
— Наталья! Вам они нравятся?
— Да, нравятся. Я бы не надела то, что совсем не моё или сидит на мне глупо. И у вас хороший вкус, чтобы выставлять свою пару в непонятно чем.
Он довольно улыбнулся и снова хмыкнул. Она стрельнула в него взглядом.
— Не цепляйтесь к словам. Вы понимаете, о чем я. Пусть на час, но у вас достаточно чутья, что уместно, а что нет.
— Значит, мне решать, что с ними делать дальше?
— Безусловно.
Он кивнул.
— Я хочу, чтобы вы оставили их себе.
Она не изменила положения, но словно отгородилась от него.
— Это очень дорогие вещи. Они стоят гораздо больше моей месячной зарплаты. Я не могу их принять.
Он присел на подлокотник.
— У нас был деловой обед. Именно я попросил оказать мне услугу. Вы справились на отлично.
Она слегка прикрыла глаза и часто заморгала.
— Будем считать это удачной деловой сделкой, а значит, каждая сторона получает свою выгоду. Я — состоявшиеся переговоры по договору. Вы — материальную премию, к тому же вещи вам нравятся.
— Денис…
Он ее прервал.
— Через пару недель в пятницу у меня приглашение на мероприятие с ужином и мне снова может понадобиться ваша помощь. Надеюсь, в тандеме мы получим другого партнера в мой проект.
Она улыбнулась одними губами, глаза же оставались задумчивыми.
— У меня редко бывает свободное время вечером.
Он изучал ее лицо:
— Давайте обозначим такой ужин как сверхурочное?
— Дайте мне знать не позднее среды накануне, пожалуйста.
— Договорились.
Она вздохнула.
— Я оставлю вещи здесь, только уберу их в шкаф. Разрешите воспользоваться вашим гардеробом? Боюсь, в подсобном помещении они пропахнут кухней и прочими сопутствующими ароматами.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Он кивнул.
— Хорошо.
Она подхватила поднос.
— На приеме будут присутствовать те же люди, что на вчерашнем обеде?
Он с интересом взглянул на нее.
— Нет, это другая область сотрудничества. А что?
Она ухмыльнулась.
— Тогда платье безопасно совершит свой второй выход. Полагаю, ваша постоянная спутница не показывается дважды в одном наряде.
За ней захлопнулась дверь, а он сидел на подлокотнике и улыбался ей вслед.
  
13. Удобные хлопоты
 
— Наталья, вам нехорошо?
Она подняла на него взгляд.
— Немного болит голова. Сейчас прогуляюсь и все пройдет. До свидания.
Он стоял и смотрел ей вслед. Она поравнялась с розами, качнулась и упала прямо в колючие кусты.
Она пыталась подняться, но голова кружилась, и она была дезориентирована. К тому же тысячи иголок впивались в тело со всех сторон. Он подбежал к ней. Она слабо барахталась на примятом розовом кусте, раня кожу. Он рывком поднял её на руки, заметил затуманенный взгляд и бледность и понёс обратно в дом. Уложил её на диван в гостиной и вызвал врача.
Она более-менее пришла в себя, но головокружение ещё не отпустило, и она лежала с закрытыми глазами. Руки и левый бок саднило. Она пыталась вспомнить, куда упала и чем так себя исколола. Розы, боже мой, те шикарные розы вдоль дорожки. Она простонала от досады. Тут же ощутила, что он рядом.
— Врач едет, не вздумайте встать.
Она приоткрыла глаза, стараясь не двигать голову.
— Я пока не смогу.
— Вот и лежите. Дать вам воды?
— Да, пожалуйста.
Он сходил на кухню и быстро вернулся. Она попыталась сесть, но лишь снова откинулась на подлокотник. Он просунул ладонь, придерживая ее шею и обхватывая затылок, и слегка приподнял. Она взяла стакан обеими руками и сделала несколько глотков.
— Благодарю.
Он осторожно отпустил ее голову.
— Денис, — он наклонился к ней, слушая. — Розам сильно досталось?
Он сначала даже не понял, о чем речь.
— Не знаю. Какая разница! Садовник разберется, — он рассердился.
Она коснулась его руки. Он замер.
— Пожалуйста, не трогайте их. Цветы не виноваты, что я на них свалилась.
Он развернул ладонь и слегка сжал ее пальцы.
— Хорошо.
Она поежилась.
— Вам холодно?
— Немного знобит.
Он сбегал, в прямом смысле сбегал, наверх, захватил подушку и плед и накрыл ее.
Врач присел рядом с Наташей на диван, взял её запястье и прослушал пульс.
— Герман Борисович. Как вас зовут?
— Наталья.
— Что сейчас чувствуете, Наташа?
— Если честно, хочется спать.
Врач взглянул на стоящего за диваном Дениса.
— Молодой человек, а тебе лучше выйти, пока я провожу осмотр.
— Разве я мешаю?
— Ты уже видел грудь этой девушки без одежды?
— Нет, — Денис был сбит с толку. — Вообще, при чем тут это?
— При том, что ты будешь её смущать при осмотре. Выйди и не вздумай стоять в проходе.
— Что с ней?
— Переутомление, недосып. Давление резко упало, и она полетела. Плюс сильно исколола руки и левую сторону о твои розы.
— Долбаные колючки! Переутомление? Я вроде ничего сверхсложного не заставляю ее делать, после трех она уже свободна.
Герман Борисович снисходительно покачал головой.
— Ты знаешь, как она живет? Что она работает еще и ночью? Что она очень мало спит? Знаешь, что у нее есть только она сама, чтобы обеспечивать ребенка и себя?