Доярка для босса с ребёнком (СИ)

– Как папе! – ещё больше радуется Ева и хлопает в ладоши: – Ты будешь моей новой мамой!
Я уже смеюсь в голос и весело уточняю:
– Ты так настойчива. А если папа не согласится?
– А если согласится? – слышу мужской голос, и в груди ёкает. Таир вводит Мерседес и привязывает её, а потом поворачивается ко мне: – Выйдете за меня?
– Издеваетесь, да? – несчастно вздыхаю я и подливаю воды в корыто Мерседес.
  
В сказки давно уже не верю. Покачав головой, возвращаюсь в дом и начинаю готовить ужин. Обещанные щи пахнут так, что у самой слюнки текут. Тесто для пирогов уже подходит и, обминая его, мечтаю вот так же легко избавиться от боков и выступающего живота.
– А с чем пироги-то печь? – только спохватываюсь и заглядываю в погреб. – С ягодой Еве не понравилось. Может, с капустой? Или она такое тоже не ест?
Закрываю крышку погреба, выхожу на крыльцо, да так и замираю при виде Таира. Мужчина стоит в одних плавках и обмывается с помощью новенького портативного душа. Струи воды бегут по его телу и сверкают в лучах заходящего солнца. Большой городской босс! А уже успел несколько раз сходить до колодца и принести воды, набрав полный бак? 
Ева нетерпеливо прыгает рядом и, когда Таир направляет на неё струйку, то весело визжит и отбегает. Я наблюдаю за ними, и так радостно на душе становится, что губы сами расплываются в улыбке. Таир замечает меня и внезапно направляет струйку в мою сторону.
– Эй! – отпрянув, возмущаюсь я. – Что вы делаете? За что?
– За волшебные пенки, – смеётся мужчина и снова направляет на меня струйку воды.
– Ах, так? – меня охватывает азарт, и я торопливо спускаюсь с крыльца. Зачерпнув горстью из ведра, брызгаю на мужчину. – А это вам за бабушку!
Попадаю на очки, и Таир роняет лейку, чтобы вытереть их, а я подхватываю и направляю на мужчину. Ева присоединяется ко мне, хватая шланг, и мы вдвоём, весело смеясь, обливаем её папу. Мужчина закрывается руками:
– Двое против одного?
– Да! – весело кричит малышка. – Как настоящая семья!
Тут вода резко заканчивается, и наступает тишина.
  
Глава 26
 
Тушуюсь и, не глядя на мужчину, передаю ему лейку.
– Вам с чем пироги делать? Ягоды, грибы или с мясом?
– Мясо! – хором отвечают Таи и Ева.
Кивнув, убегаю в дом и перевожу дыхание. Как мне удержаться? Как не заиграться и не поверить, что такая жирная корова, как я, достойна семейного счастья? И такого потрясающего мужчины… И чудесной дочки!
Глотаю слёзы и раскатываю тесто для пирогов.
В дом входит Таир. 
– Ева собирает цветы, – со смехом сообщает мне. – Хочет сделать Мерседес венок. Я взял с дочки слово, что она не выйдет за ограду.
На нём шорты и офисная рубашка, на которой он закатал рукава. Покосившись на мускулистые предплечья мужчины, перевитые узором выступающих вен, невольно прикусываю нижнюю губу. Мужественность и забота – убойное сочетание. Не понимаю, почему жена бросила их с дочкой. Очень хочу узнать всю историю, но не осмеливаюсь спросить.
– Тебе помочь? – неожиданно предлагает Таир, и у меня тесто выпадает из ослабевших пальцев.
– А? 
Мужчина усмехается и, приблизившись, шепчет:
– Странно выкать женщине, которая видела меня без исподнего. Не считаешь?
Казалось, сейчас моя стеснительность проявит себя во всей красе. Стушуюсь, зардеюсь и сбегу. Хорошо, если не затопчу по дороге самого Таира. Но что странно… В меня словно чёртик вселяется! Вместо того чтобы краснеть, я бойко отвечаю:
– Тогда и я буду общаться без формальностей. Странно выкать человеку, который видел меня верхом на корове!
Таир улыбается, и вокруг его глаз снова собираются лучики-морщинки. Мне это так нравится, что хочется прикоснуться, но я опускаю взгляд и беру тесто. 
– Поможешь?
– Что делать, – деловито уточняет Таир и встаёт за моей спиной. Заперев меня в ловушку своих длинных рук, опирается о стол: – Приказывай.
– О, – едва дышу я. – Городской босс позволяет повелевать простой дояркой? Этот момент стоит запомнить.
– Я так точно не забуду, – шепчет он мне на ухо.
Ощущаю спиной жар мужского тела и не знаю, что и думать. Беру в руки скалку и раскатываю кусочек теста:
– Таир, скажи честно. Тебе нравятся полненькие женщины?
– Не уверен, – мурчит он и, положив ладони на мои руки, помогает раскатывать. – Но знаю точно, что мне нравишься ты.
По спине бегут мурашки, сердце отчаянно колотится, и я едва могу прошептать:
– Опять меня дразнишь?
– Нет, – серьёзно говорит мужчина. – Я честен с тобой. Думаю, это любовь с первого взгляда.
«Любовь», – набатом звенит в голове.
– Не могу сказать, почему, но ты мне понравилась сразу, как увидел, – с теплом в голосе заканчивает Таир.
– До того, как ты меня бабкой назвал, или после? – нарочито смеюсь я.
– Всё потому, что я не стал брать в деревню линзы, – виновато ворчит мужчина.
На миг позволяю себе поверить в сказку и насладиться теплом этого невероятного мужчины. Представить себя его женой и мамой шаловливой девочки. Ева появляется на пороге, будто ощущает, что я о ней думаю. Таир ничуть не смущается, продолжает «помогать» мне, обнимая со спины.
– Я тоже хочу! – подбегает Ева.
Но стоит ей коснуться стола, как одна из четырёх ножек ломается, и посуда съезжает на пол. Щи разливаются по комнате зелёным морем, светлые островки теста шлёпаются, забрызгивая всё вокруг. Девочка замирает, глядя на нас огромными невинными глазами, а потом выпаливает:
– Это не я!
  
Глава 27
 
Мы переглядываемся с Таиром, и у меня вырывается нервный смешок. А через минуту мы уже хохочем все трое, стоя посреди разгрома, забрызганные щами. Успокоившись, я виновато пожимаю плечами:
– Похоже, с ужином ничего не получится.
– Я легко исправлю это, – уверенно заявляет Таир и торопливо выходит из дома. 
– Прости, – мнётся Ева и боязливо смотрит исподлобья. Робко улыбается: – Зато я сделала венок для коровы. Мерседес понравился!
– Ей к лицу? – берясь за веник, весело уточнила я. – То есть, подходит к рогам?
– Нет, – девочка мотает головой и хитро косится. – Она его съела. Но с огромным удовольствием!
– Вечером будет больше молока, – иронично подытоживаю я.
– И волшебных пенок, – задорно добавляет девочка.
Отмечаю, что она больше не коверкает слова, и это радует. Волшебства не существует, но зато в этом мире есть магия любви. Видимо, мне так хочется собственного ребёнка, что невольно начинаю заботиться о чужом. А всё потому, что Таир слишком добр ко мне. Я начинаю хотеть большего.
Пока прибираюсь в доме, Ева мне помогает. Вижу в окно, как мужчина достаёт из машины мангал. Вскоре ощущаю приятный аромат печёных овощей и приятного дымка, и рот наполняется слюной. Ева осматривает чистую кухню и отряхивает руки:
– Вот и всё!
А потом широко зевает, глаза ребёнка ещё минуту назад задорно сверкали, а сейчас Ева сонно моргает. Конечно, она устала за этот невероятно длинный день, но прежде чем ложиться спать, нужно покормить ребёнка. Я беру девочку за руку, и мы выходим во двор.
– Почти готово! – завидев нас, кричит Таир и переворачивает длинными металлическими щипцами овощи, которые набрал с грядки и нарезал на кусочки. – Ум-м-м! Какой аромат. Дея, у тебя есть какой-нибудь соус?
– А? – столбенею, услышав из его уст своё короткое имя. – Д-да… Сейчас.
Оставляю малышку с папой и возвращаюсь в дом. Беру кетчуп и иду обратно, но, мельком глянув в зеркало, замираю при виде собственного отражения. 
– Ужас…
Поставив бутылочку, хватаю расчёску и пытаюсь привести в порядок свои густые волосы. Не выходит. Но две заколки немного исправляют ситуацию. Поразмыслив немного, вынимаю из ящичка помаду и впервые за долгое время подкрашиваю губы. Улыбаюсь своему отражению и, подхватив соус, покидаю дом.
  
Таир и его дочка уже сидят за раскладным столиком, на котором стоит тарелка с овощами гриль. Мужчина машет мне: