Неуправляемая (ЛП)
Он знал все это, признавал и рационально все обдумывал, но ему все равно хотелось связать ей шнурки каждый раз, когда она это говорила. Возможно, именно поэтому она перестала отвечать.
К вечеру понедельника даже Эш начал угрожающе рычать на него каждый раз, когда он открывал рот, глядя в ее сторону. Возможно, она была права в своем предположении насчет ксанакса, хотя он все еще не хотел позволять ей вводить его так, как она хотела. Это был не его стиль.
Она спустилась с ним в бар и заняла табурет в дальнем углу, пока он стоял за барной стойкой, выполняя заказы и наливая бокалы. Вечер был тихий, как обычно бывает по понедельникам, тем более что кухня работала только в обед.
Драм часто поворачивался, чтобы заговорить со Стражем, но его останавливали незаметно показываемые клыки. Он измотал ее до последней капли крови, и, учитывая, как легко она могла бы ввергнуть его в кому ударом, которому научила ее Мэйв, ему приходилось отступать по нескольку раз в час.
Он подкупил ее сидром. Оказалось, что ее отвращение к алкоголю распространяется только на пиво. Бокал сидра ей вполне нравился, хотя она и пила его почти всю ночь.
Было уже за семь, и бар почти опустел, если не считать горстки завсегдатаев, разбросанных по заведению. Он поднял глаза от посуды, когда дверь открылась и внутрь вошла пара незнакомцев. Краем глаза он заметил, как Эш напряглась, и настороженно поднял голову.
— Добрый вечер. — он кивнул новым гостям — мужчине на пару дюймов ниже его ростом, но мускулистому, и миниатюрной темноволосой женщине, которая была меньше своего собеседника в два раза.
Они подошли к барной стойке, и женщина улыбнулась и поприветствовала его.
— Привет. После нескольких часов сна все определенно выглядит лучше. — у нее были красивые темные глаза и явный американский акцент. — Трансатлантические перелеты — это самое худшее. Мне до смерти хочется кофеина. Можно мне кока-колу? Такую, в которую можно будет добавить много льда, пожалуйста?
Драм взглянула на мужчину, стоявшего позади нее, но его взгляд устремился на Эш. У него было лицо боксера, а голову покрывала лишь щетина.
Выражение его лица не показывало, о чем он думает, но Драм готов был поставить на то, что это была растерянность, смешанная с враждебностью. От этой враждебности его глаза сузились, а рука потянулась к дубинке, лежавшей под стойкой бара. Пальцы как раз сомкнулись на рукоятке, когда голос Эш прорезал нарастающее напряжение.
— Брат. — она кивнула мужчине, оставив Драма в замешательстве. Человек, не имеющий семьи, не должен называть никого братом, и ее голос оставался холодным и настороженным. Она указала подбородком на маленькую американку. — Она твой Хранитель?
Потребовалось мгновение, чтобы смысл ее слов дошел до него. Когда информация наконец усвоилась, Драм почувствовал себя так, словно его ударило собственное оружие. Он ожидал получить подозрительное электронное письмо, а не неожиданный визит.
Маленькая женщина повернулась к Эш и выгнула бровь.
— Я собиралась спросить, есть ли здесь Майкл Драммонд, — сказала она, — но, похоже, мне следует обратиться именно к тебе. Я Кайли Крамер, но ты не похожа ни на одного из Стражей, которых я когда-либо встречала.
— Потому что это не так. — когда мускулистый мужчина наконец нарушил свое молчание, его голос звучал так, словно гравий облили виски и потащили сквозь наполненную дымом полночь. А еще он звучал так, словно только что отверг заявление Эш о том, что она Страж.
Пальцы Драма снова сжались вокруг дубинки. Он сузил глаза, глядя на незнакомца. То же самое сделала Эш.
— Ты отрицаешь мое происхождение? — спросила она.
— Я знаю только, что ты женщина, а на протяжении существования нашего рода призывались только мужчины.
Он открыл рот, чтобы защитить честь Эш, но Кайли заговорила прежде, чем он успел вымолвить хоть слово.
— Тебе повезло, что Уинн нет рядом и она не слышит подобные замечания, — сказала она, усмехаясь. — Она может заколдовать твои важные части тела. Успокойтесь, ребята. Мы же не можем попросить ее показать нам ее истинную форму на людях.
Ее слова заставили Драма осознать, что они говорили на довольно щекотливую тему в присутствии нескольких местных завсегдатаев. Он не хотел бы оказаться в ситуации, когда ему придется объяснять концепцию Стражей и Демонов каким-то полунищим соседским сплетникам.
К счастью, когда он обвел взглядом комнату, оказалось, что никто не обращал на них особого внимания. Несколько взглядов метнулось в их сторону при звуках американского акцента, но никто, похоже, не заинтересовался беседой.
Он на мгновение задумался, вспоминая разговор, и с удивлением заметил, что никто не сказал ничего такого, на что стоило бы обратить внимание. Такие слова, как «Хранитель» и «Страж», теперь имели для него совершенно особый смысл, а для всего остального мира они означали просто людей, нанятых для присмотра за кем-то или чем-то. Довольно скучное занятие, если отказаться от заглавных букв и сил зла.
Эти слова вернули Эш к обсуждаемому вопросу.
— Неужели вам нужно наглядно показать, чтобы вы узнали, кто стоит перед вами?
— Мне нет, и я единственный здесь человек. — Кайли наклонила голову к своему собеседнику. — Ему тоже, не совсем. Он просто запутался. Я бы обвинила его в том, что он не успел выбросить весь камень из головы, но, признаюсь, у меня самой есть пара вопросов. Я вроде как думала, что вы всегда были, ну, парнями.
Эш немного расслабилась, но этого было достаточно, чтобы Драм заметил. Он неохотно вернул руку на стойку.
— Если бы я не была свидетелем своего существования, я бы тоже сомневалась, но у меня нет ответов. Я знаю, что я первая среди себе подобных, но не понимаю, почему и как я появилась на свет такой, какая есть. Знаю только, что я здесь и что у меня есть воспоминания и предназначение всех моих братьев.
Оба гостя смотрели на нее в течение двух ударов сердца, прежде чем женщина грубо кивнула, а затем улыбнулась.
— Хорошо. В таком случае скажите, как тебя зовут и почему я получила необычное письмо с просьбой связаться с кем-то из бара по имени Майкл Драммонд, с парнем в халате, видевшего землетрясение без линий разлома.
Ее собеседник хмыкнул и пересадил ее на табурет рядом с Эш, а сам опустился на соседний.
— Пиво, — сказал он. — Возможно, я задержусь здесь ненадолго.
Драм взял бокал со свежим пивом и покачал головой. Этот угрюмый ублюдок еще ни о чем не догадывался.
* * *
Они просидели в баре до закрытия, а затем отправились в квартиру наверху. Когда они уселись на выбранные ими места, уже не Эш и Драм начали разговор. Как выяснилось, их история пока не могла сравниться с теми приключениями, через которые уже прошли Кайли и Даг. Это не предвещало ничего хорошего для города Дублина.
Эш внимательно вслушивалась в каждое слово. Она узнала о первом пробуждении Стража в этом времени, когда ее брат Кес проснулся на западном побережье Канады и стал первым из тех, у кого появилась женщина-Хранитель, искусствовед по имени Элла.
Затем Кайли рассказала ей о Спаре и Фелисити в Монреале, а также о Ноксе и Уинн в Чикаго. Даг был последним из четверых, проснувшимся в Бостоне как раз той весной, успев принять участие в кровавой битве с Обществом. Именно о ней шла речь в новостях, которые Мэйв нашла в интернете несколькими днями ранее.
Эш взбесило известие о нападении ночных на Эллу, о гибели юношей и девушек на островке в реке Святого Лаврентия и о мерах, необходимых для освобождения брата Уинн из-под власти демона Ултора.
Ее встревожили новости о действиях Иерофанта и о людях, погибших во время ужасных событий в Бостоне, которые звучали в тысячу раз страшнее, когда их рассказывал тот, кто сам прошел через это.
Ей захотелось выпустить гнев, когда она слушала рассказ о разрушении штаб-квартиры Академии в Париже и почти полном уничтожении Хранителей: сотни людей погибли, а все выжившие, как предполагается, скрываются.