Аналогичный мир - 2 (СИ)

— С чего это ты его вспомнила? — спросила Женя.
— А он меня так же обвязывал, — ответила Алиса, послушно поворачиваясь под руками Жени. — Он нас здесь ждёт, да?
— Не здесь, — ответил Эркин, вскидывая на спину мешок. — Женя, готова? Пошли.
Они вышли из вагона последними. Сыпала мелкая белая крупа, снег скрипел под ногами, засыпанный снегом мужчина в чёрной милицейской форме сказал, что Комитет на той стороне вокзальной площади.
  
— Давай всё на хранение опять сдадим, — предложила Женя. — Чтоб не таскаться с ними.
Эркин согласился.
Нашли камеру хранения, сдали все вещи, даже маленький мешок с самым расхожим, и пошли в Комитет.
В Загорье Комитет защиты узников и жертв Империи работал в одном помещении с беженским. Большая комната, заставленная письменными столами и шкафами с бумагами, на подоконниках кипят сразу два электрочайника, женщины в накинутых на плечи платках, двое мужчин в военной форме без погон…
Эркин вошёл первым, не так возглавляя, как закрывая собой Женю и Алису. И встретили их от порога вопросами.
— Репатрианты? Транзит или конечная?
— Конечная, — ответил Эркин, доставая маршрутный лист.
— Сюда, пожалуйста.
У него взяли маршрутный лист, отметили в регистрационной книге и убрали в папку.
— А теперь ко мне, пожалуйста, — позвали их к другому столу. — Здравствуйте, садитесь.
Немолодая женщина с выбивавшимися из узла на затылке рыжевато-седыми прядями прямых волос улыбнулась им. Перед её столом стояли два стула. Женя и Эркин сели, а Алиса осталась стоять, с интересом оглядываясь.
— С чего начнём? С жилья, с работы?
— С работы, — сказал Эркин и на вопросительный взгляд Жени, ведь говорили о жилье, объяснил: — Работы не будет, как жить тогда?
— Правильно, — кивнула женщина. — На вас есть заявка?
— Да, — Женя достала из сумочки пакет с документами и вытащила нужный листок. — Вот. На экспериментальный механический.
— Да, — женщина быстро даже не просмотрела, а схватила одним взглядом текст. — Понятно. Толя, позвони, они подтверждают заявку?
— Номер какой? — спросил один из мужчин, берясь за телефон на своём столе.
— Посмотри, — женщина ловко перебросила ему лист заявки. — А пока посмотрим всё-таки жильё. Вам нужен дом или квартира?
— Квартира, — сразу сказал Женя. — Но… со всеми удобствами. Если можно, конечно.
— Отчего ж нельзя? — улыбнулась женщина. — Есть такая возможность.
— Это «корабль» что ли? — спросили от другого стола.
— Корабль? — с сомнением в голосе переспросила Женя.
— Это дом так прозвали, — успокоила её женщина. — Хороший современный дом, центральное отопление, водопровод, канализация, газ… всё есть. Вам какая нужна? На сколько комнат?
Женя не успела ответить: её перебил звонивший на завод мужчина.
— Заявку они подтверждают, места есть, но зайти надо сегодня же.
— Отдел кадров до шести. Успеете, — кивнула женщина. — Так сколько комнат?
— Четыре, — неуверенно сказала Женя. — Ну, кухня…
— Речь идёт только о жилых комнатах, — остановила её женщина, сняла трубку на своём телефоне и быстро набрала номер. — Ванеев? Здравствуй, это Королёва. Ну и молодец, что узнал. Приехала ещё семья. Направляю их к тебе. Их трое, — она посмотрела на Женю и, когда та кивнула, продолжила: — Нужна четырёхкомнатная. Ну, это ты сам решай с ними. И попусту взад-вперёд не гоняй. Ладно, ладно, знаю я твои и ресурсы, и резервы. И это я знаю. Ладно, Ванеев, пока, — положила трубку и улыбнулась. — Ну вот. Сейчас идите на Цветочную, дом тридцать один. Найдёте коменданта. Леонид Алексеевич Ванеев. Обычно он у себя, в четвёртой. И сегодня же, как решите с жильём, на завод. Как всё оформите, придёте сюда.
— Спасибо, — встала Женя, и сразу встал Эркин. — Спасибо, до свидания.
— До свиданья, — эхом повторила за ней Алиса.
— Спасибо, до свиданья, — попрощался и Эркин.
Когда за ними закрылась дверь, сидевшая в углу Капитолина рассмеялась.
— Ты смотри, какого красавца захомутала! По струночке у неё ходит.
— Она и сама очень даже, — засмеялся Анатолий. — И весьма.
— Ну, кто там кого хомутал, пусть сами и разбираются, — покачала головой Королёва. — Ты, Толя, поаккуратнее. Индейцы шутки плохо понимают.
— А уж этот если двинет, — засмеялся Алексей, — так упадёшь и только на Страшном Суде и встанешь.
Посмеялись и вернулись к работе.
На улице Эркин и Женя перевели дыхание, переглянулись и отправились на поиски дома со странным прозвищем.
Как пройти на Цветочную улицу им объяснил первый же встречный. Идти вроде бы недалеко, но Цветочная там только начиналась и оказалась очень длинной. Снег всё сыпал и сыпал. Эркин взял Алису на руки и пошёл впереди, протаптывая для Жени тропинку. Её черевички, которым она так радовалась, хороши для алабамской зимы, а здесь… А на двадцатом доме Цветочная кончилась. Дальше высились заснеженные деревья, и между ними извивалась заносимая снегом тропинка. Эркин растерянно оглянулся на Женю.
— Надсмеялись над нами, да? — вырвалось у него.
— Подожди, сейчас спрошу.
Женя побежала к появившемуся из-за деревьев мужчине.
— Скажите, пожалуйста, где здесь Цветочная тридцать один?
— Это «Беженский корабль», что ли?
— Ну да, — обрадовалась Женя.
— А по тропке не сворачивая, — махнул рукой мужчина, показывая на деревья. — А там за оврагом увидите. Он один такой.
— Спасибо большое.
Женя бегом вернулась к Эркину.
— Ну, пойдём. Эркин, что с тобой?
— Нет, — Эркин мотнул головой, сглотнул колючий, ставший вдруг в горле комок. — Ничего, я в порядке. Пошли.
За Оврагом… Дом за Оврагом… Зачем тут, в России, Овраг? Здесь же не было рабов, здесь всех хоронили в могилах, на кладбище, как говорили в поезде, да, на погосте. Зачем же Овраг?
Ветра среди деревьев совсем не чувствовалось. Алиса, удобно сидя на руках у Эркина, вертела головой, разглядывая белые деревья. У них даже кора была белой!
— Мама, Эрик! Они заколдованы, да?
— Нет, — засмеялась Женя. — Это берёзы.
Стволы сливались со снегом, и потому казалось, что их очень много. И кончились они внезапно. А дальше… Дальше овраг, а за ним тоже белый большой дом, с шестиэтажной башней посередине, от которой расходились два трёхэтажных длинных крыла, так же заканчивающихся башнями.
— Как красиво, — вздохнула Женя. — В самом деле, похоже на корабль, правда?
Эркин недоверчиво кивнул. Красиво оно, конечно, и красиво, но как им через овраг перебраться? Тропинка тянулась по краю обрыва, и они пошли по ней. Шли долго, и дом словно поворачивался перед ними, будто и впрямь плыл. Наконец тропинка нырнула вниз. Эркин критически оглядел спуск и решил:
— Женя, ты подожди здесь, я быстро.
И стал спускаться, вернее, заскользил, взрывая сапогами снег. Алиса восторженно завизжала.
Летом, видимо, по дну оврага протекал ручеёк. Из-под снега выступало несколько камней поперёк оврага. Эркин перешёл по ним: ему послышалось журчание под снегом, а промочить ноги совсем не хотелось. И стал подниматься по другому склону. Под снегом прощупывались то ли ступени, то ли камни, и выбрался он легко. Поставил Алису на землю.
— Стой здесь.
— Ты сейчас маму принесёшь? — уточнила Алиса и радостно закричала: — Мама! Сейчас тебя принесут!
Женя засмеялась, но тут же строго крикнула:
— Не говори на морозе, простудишься!
Эркин снова, уже уверенно, спустился в овраг, перешёл по камням, поднялся наверх, протаптывая разрушенные им при первом спуске снежные ступеньки. Женя думала, что он просто поможет ей: подаст руку, поддержит. А он и в самом деле взял её на руки и понёс. Алиса в полном восторге визжала, прыгая на месте, смеялась Женя, улыбался, лучась счастьем, Эркин. Смеялась и женщина, подошедшая к оврагу с той стороны. Тропинка узкая, и она ждала, пока Эркин поднимается со своей ношей. И, когда Эркин выбрался, поставил Женю на ноги, а она, всё ещё смеясь, поцеловала его и поправила ему сбившуюся ушанку, женщина сказала: