Аналогичный мир - 2 (СИ)

Закончив разговор о выпивке, Найф по-философски задумчиво оглядел свой опустевший стакан и начал новую тему.
— Вывалиться, оно, конечно, здорово, да деньги нужны.
— Не заработал ещё? — усмехнулся Фредди.
— Заработать не проблема, — Найф махнул рукой, и перед ним мгновенно поставили новый полный стакан. — Да они, стервы, тратиться любят. Два удачных, хороших дела — и я выкуплюсь. Не проблема, Фредди. А вот дальше на что жить?
  
— Да, — кивнул Фредди. — Это уже проблема.
Распахнулась дверь, и ввалился посланный Найфом на разведку. Обвёл зал не так пьяными, как безумными глазами, и в этот момент Фредди узнал его и вспомнил. Вечер и ночь в Бифпите, и два надзиратели из рассказов Эркина. Этот, как его, да, Пол, Полди. Гнусняк, мразь надзирательская.
Полди от порога кинулся к ним.
— Спасите, он… он гонится за мной… он узнал меня… спасите…!
— Тебя зачем посылали? — ласково спросил Найф.
Полди сглотнул и понимающе закивал.
— Никого нет, ни патрулей, ни полиции.
— Дурак, — Найф улыбнулся и подмигнул Фреддми. — Полиции здесь никогда нет.
— Да-да, — кивал Полди. — Джимми, убей его!
— Ух ты! — заржал Найф. — Да ты знаешь, шваль, сколько это стоит? На, допей и отвали.
Полди жадно схватил стакан Найфа и в два глотка осушил его. Замотал головой так, что затряслись отёкшие небритые щёки. Умоляюще посмотрел на Фредди. Фредди насмешливо улыбнулся и покачал головой.
— Ладно уж, — смилостивился Найф, — посиди здесь. А потом ты нам…
Кен, стоявший у стойки напротив окна, обернулся к ним и кивнул. Фредди и Найф ответили кивками. И почти сразу открылась дверь, и на пороге встали трое. Один в тёмно-синей куртке и шапке «мобилизованного на имперские работы», другой в армейской шинели со следами споротых петлиц и нашивок и в фуражке без кокарды, и третий в тускло-чёрной рабской куртке и такой же шапке. И двое белых, а третий… индеец! Найф на мгновение удивлённо приоткрыл рот и тут же радостно замер, искоса следя за Фредди.
— Он, это он, — пискнул Полди, неожиданно ловко втискиваясь между Найфом и Фредди.
— Который? — деловито уточнил Найф, продолжая следить за Фредди.
— Индеец. Ск-котина, — Полди смелел с каждым словом и заговорил в полный голос. — Спальник, погань рабская!
Прикусив изнутри губу, Фредди лихорадочно быстро соображал. Значит, как и подумал. Эркин. Узнал Полди и рванул следом. И кто-то из двоих, что с ним, именно тот, кого надо пугануть. Чёрт, как всё совпало. Сейчас Эркин его узнает. А рядом этот гнусняк. И Найф ещё… с ним тоже… непросто, и ухо надо востро держать.
— Смотри-ка, куда надо пришли, — сказал по-английски Фёдор, ткнув Эркина в бок.
— Да, — тихо ответил Эркин. — Куда надо.
— Не туда смотришь. Вон в углу гад, бархатный пиджак. Мороз, ты чего?
— Отваливаем, — голос Грега подчёркнуто спокоен. — Федька, Мороз, назад.
Эркин словно не слышал его, неотрывно глядя на Полди, сидящего рядом с Фредди. Вот он, гнусняк, сволочь белая. С кем же ты пьёшь, Фредди? Значит что, так и осталось, что все белые заодно? Значит, правда. Ну…
И одновременно щелчок выстрела и крик Полди:
— Убей его!
Фредди целил впритирку между тремя головами. Чтобы все трое услышали свист и поняли. Но…
Прыгнув вперёд, Грег оттолкнул Эркина и упал сам.
Выстрел здесь — обычное дело. И как себя вести при стрельбе знали все. Все застыли наготове… падать на пол, отстреливаться… это уж как придётся.
Эркин и Фёдор помогли Грегу встать. Пуля чиркнула его по голове, содрав полоску кожи. Фёдор, обняв Грега, повернулся к двери, а Эркин, поглядев на свою окровавленную ладонь, перевёл взгляд на Полди, Фредди и Найфа. И столько откровенного брезгливого презрения было на его лице, что Фредди похолодел. Эркин не понял! Подумал, что стрелял в него, что он защищал Полди… и не крикнуть, не шевельнуться… Эркин молча повернулся и вышел.
Хлопнула дверь. И сразу по залу загудели ровные обычные разговоры. Найф махнул, чтобы им подали ещё по порции и посмотрел на Полди. Тот на этот раз понял и отвалил. Подошёл Кен, молча положил перед ними по пачке кредиток и вернулся к стойке. Фредди машинально взял свою и, не считая, сунул в карман. Найф, не скрывая радости, проделал это ещё быстрее.
Расторопный официант уже — на всякий случай — протёр ступеньки у входа, выглянул на улицу и успокоительно кивнул бармену. Дескать, всё тихо и спокойно.
— Если б не этот дурак… — Найф отхлебнул из стакана. — И чего он под пулю полез? В нашей работе дурак — самая большая помеха, как считаешь, Фредди?
— Да, — спокойно кивнул Фредди. — Все неприятности от дураков.
Завернув за угол, они остановились, и Фёдор осмотрел голову Грега.
— Мороз, носовой платок есть?
Эркин молча кивнул и вытащил из кармана куртки платок. Фёдор сложил его полоской и зажал им кровоточащую полоску на голове Грега.
— Ну вот, перевязать бы ещё…
— Обойдусь, — Грег надел фуражку, прижав ею платок, и, поплевав на ладонь, стёр со щеки засохшую кровь. — Спасибо парни.
— Тебе спасибо, — тихо сказал Эркин. — Если бы не ты…
— Чепуха. Пошли.
Эркин оглянулся и кивнул.
— Ладно, пошли. Я вас провожу…
— Не дури, — перебил его Грег, — дважды не везёт. Пошли.
Теперь они шли медленно. Грег посередине, а Эркин и Фёдор с боков, чтобы, если понадобится, подхватить, поддержать. Но Грег шёл твёрдо, хотя и заметно побледнел.
Так в молчании они миновали несколько кварталов. Рядом с очередным разрушенным домом, Грег разжал губы.
— Зайдём, посидим.
— Гриша, ты чего…? — встревожился Фёдор.
— Ништяк. Посижу, отдышусь.
Когда они через пролом пролезли в остаток комнаты, Грег сразу сел на какой-то обломок у стены и натужно улыбнулся.
— По старому пришлось. Контузия у меня была, вот и… Ничего, посижу немного, и пойдём.
Он откинулся спиной и затылком на стену, закрыл глаза. Фёдор сел рядом с ним, вздохнул.
— Всё нормально, — сказал, не открывая глаз, Грег.
Ветра здесь не чувствовалось, было очень тихо. Фёдор закурил было, но после трёх затяжек сплюнул и раздавил окурок. Эркин, засунув руки в карманы куртки, стоял у бывшего окна спиной к ним и угрюмо молчал.
— Ребята, — не выдержал Фёдор, — ну, по морде мне смажьте, ну, побейте, только не молчите.
— Отстань, — попросил Грег.
А Эркин, не оборачиваясь, спросил:
— Тебе-то за что? — Фёдор застыл с открытым ртом, А Эркин продолжал: — Завёл вас туда я, стреляли в меня, так что… не бери на себя чужого, Фёдор, не жадничай.
— Ты… ты соображаешь, что несёшь? Ты же…
— Что я же? — не дал ему договорить Эркин. — Ты слышал, кто я, — и по-английски: — На весь бар беляк орал. Спальник я, погань рабская, — и опять по-русски: — И гада не кончил, и вас подставил.
— Странно, — задумчиво сказал Грег, — по башке я получил, контузия тоже у меня была, а ахинею бредовую ты несёшь.
— Да не бери в голову, Мороз, — поддержал его Фёдор. — Если на каждую брехню…
— Это не брехня, — снова перебил его Эркин и по-английски: — Это правда. Я — спальник. И с вами мне ходить — это вас подставлять.
Эркин оттолкнулся от стены и пошёл к пролому, через который они сюда пролезли.
— Стой! — крикнул, вскакивая на ноги, Грег. — Фёдор, держи его!
Фёдор кинулся к Эркину и… натолкнулся на стену. Непонятным образом Эркин уклонился от его рук и выскочил наружу.
— Иди за ним, Фёдор, — быстро решил Грег. — Он сейчас чёрт-те что наворотить может.
Фёдор нерешительно шагнул к пролому, но тут же оглянулся на Грега.
— Дойду я, дойду, — махнул рукой Грег. — Давай быстрей, пока он далеко не ушёл. Марш!
Фёдор выскочил на улицу, огляделся. Вроде… вроде вон там мелькнула рабская куртка, и Фёдор бегом припустился за ней. Вот чёрт, и как же теперь всё перекрутить?
  
Беседы в баре шли своим чередом. К столику Найфа и Фредди подсаживались желающие засвидетельствовать уважение, вели неспешные необязательные разговоры. Всё это — шелопунь, шелуха, но встать и уйти нельзя. Фредди это понимал. И ещё ему не понравился внимательный, слишком внимательный взгляд Найфа. Найф явно следил за ним и за Эркином. Чёрт, как же забыл?! Найф же был в Джексонвилле, значит, знает о парнях: парней видел Пит, Пит натрепал Бобби, Найф пасся у Бобби… Найф может знать многое, слишком многое. Если вся троица ушла в лагерь… дать знать Эркину, чтоб больше не выходил — это первое, ещё… как парень вообще оказался вместе с игроком? Пошёл в стремники? Дурак, зачем? Насколько вообще Эркин в этом увяз? Где это началось? В тюрьме? Или ещё раньше? Чёрт, и расспрашивать нельзя — дашь наводку, уж слишком у Найфа глаз… внимательный. А с ним по любому связываться себе дороже. Чёрт, что же делать? И ещё гнусняк этот маячит.