Десептор (СИ)

Умирать ему не хотелось, но и работать на заокеанских наглецов - тоже. Хотя, кто сказал что он будет работать на них, если войдёт в штат?
- Мам! А что ты думаешь о переезде? По-моему местный народ не поймёт всех этих... изменений. Ты же знаешь всех этих фанатиков.
Та посмотрела на него в полном шоке.
- Чего это ты вдруг?
- Да... ничего. Я задумался что растить детей в другой стране мне было бы спокойнее.
Мать просияла.
*****
Земляне и вправду не изменились за этот месяц, но вот сама жизнь - очень даже.
Марк думал, что если вернётся - сделает всё, чтобы не возвращаться на осточертевшую работу. Так опостылели эти рожи! Но оказалось, что кроме коллег у него почти никого нет. И тех не назовёшь друзьями, но приятели - уже хорошо. Сейчас он сидел в баре с парой ребят, которых удалось вытащить в пятничный вечер.
Тех, что работали в офисе, а не в прямых продажах, сменами по 12 часов.
Пил томатный сок, слушал как они гудят и молчал. Вспоминал события последних дней.
Из квартиры его успели выселить - месяца неуплаты аренды хватило с лихвой. Комично вышло, появился то он внутри закрытого помещения. Не особо сомневаясь, просто вышиб дверь и выбрался наружу. На пару дней он скатался к родителям - в родную деревню. Но те только пожурили его за то, что совсем не звонит. Очень удивились, что такой деловой сынок оторвался от всего и приехал "собственной персоной". Даже забеспокоились немного.
Раньше он и не задумывался, как заигрался в карьеру и совсем забыл о своей семье. О том, как они его любят и ждут. Он же и вправду не звонил месяцами, не приезжал иногда и раза в год. С тех самых пор как поступил в "городской" университет.
Они были простоваты, но совсем не глупы. Иначе в кому бы ему быть лучшим на своём курсе? Но как же его тогда бесили их деревенские взгляды! Их старомодные нормы, непонимание технологий! А больше всего - ужасный вкус. Не гораздо лучше, чем у бабушки, которая дарила ему очередной уродский свитер на каждое рождество. Всё детство!
Марк думал, что вернётся назад очерствевшим, огрубевшим. Прямо как в кино. Что будет весь такой брутальный "ветеран боевых действий", "прошедший через ад", "вы не нюхали пороху, сынки!". Да, теперь парень понимал всех этих дядек, но изнутри всё оказалось совсем иначе, чем он ожидал.
Это не было страшной жаждой адреналина, не было бесконечным ужасом перед тем, что придётся возвращаться в бой. Да, ему снились кошмары про Сар, гоблины и умертвия гнались за ним, а друзья бросали раненным. Но он не боялся новой миссии. Знал, что она будет.
Что-то в нём как будто разделилось надвое - одна половина знала, что живёт только в бою. Дышит только тогда, когда знает что через минуту враг может заставить прекратить. Думает только о том, как победить врага, защитить друга и остаться в живых. Это не было страшно, это не было приятно. Для половины Марка это была просто... жизнь. Нормальная. Ежедневная.
По-своему тяжёлая, по-своему прекрасная.
Второй Марк же хотел насытиться радостями мирного существования. Ему больше не хотелось иметь крутую тачку, роскошную квартиру с авторским дизайном в центре. Не хотелось чтобы им восхищались вот эти... он окинул взглядом весело бухающих коллег.
Зато он очень явственно чувствовал человеческое тепло. Любовь, искренность. Иногда по-детски наивную, а иногда глубокую и мудрую но не навязчивую, как от его родителей.
Ему хотелось, чтобы его ждали из следующей миссии.
Хотелось знать, что он бьётся не только за себя, но и за кого-то ещё. Что кто-то расстроится, если его не станет. Не просто напишет "минус один" в каком-то отчёте, а прочувствует это всем сердцем. Эту жажду наверняка можно было как-то заглушить бесконечными алкогольными возлияниями и продажной любовью, но после каждого такого сеанса ему будет становиться только хуже.
Он был слишком умён, чтобы обманывать себя так. По той же причине он всю жизнь держался подальше от наркотиков.
Вся беда была в том, что эти две половинки никак не удавалось подружить друг с другом! Марк по несколько раз в день перекидывался как оборотень из "боевого" режима в "мирный" и обратно.
 
И что делать?
Марк молча встал, оставив на столе стодолларовую купюру. С наличностью ему здорово помогли новые знакомые. Так и квартирку удалось снять довольно хорошую, да быстро.
Но идти в неё сейчас не хотелось.
Как быть?
*****
Статный пожилой мужчина сидел в своём кабинете и перебирал письма от коллег. Чёрт подери! В каждом небольшом кусочке текста есть двойное, а иногда даже тройное дно. Как же он устал. Тридцать пять лет! Тридцать пять лет он отдал этому дерьму.
В молодости казалось, что в этом его призвание, но годы шли, сил больше не становилось. Он не был идеалистом, мечтающем о чём-то великом, готовом положить жизнь ради цели. Всего лишь хотел найти своё место под солнцем и жить хорошо.
Но кто же знал, что жизнь всё-таки придётся отдать? Только выкинуть её в каком-нибудь героическом порыве, как его друг когда-то, а растратить её. Минута за минутой. На какое-то дерьмо! На бесконечную грызню ведомств. На усмирение очередного выскочки.
Настоящей работы в его "работе" было хорошо если одна десятая часть. И просвета не было видно. Почти.
Недавно он увидел невероятное. Узнал о грядущих изменениях такого масштаба, что снова почувствовал себя молодым. Может он всё же будет творцом истории?
Кто ещё стоял на пороге таких перемен и не боялся сделать шаг первым?
Единицы.
На фоне таких эпохальных событий, тупая грызня стала раздражать его только больше. Но если не держать руку на пульсе, он просто вылетит из своего кресла. Останется за бортом.
Раздался звонок из приёмной:
- Ричардс, сэр. Со срочной информацией.
- Я же сказал ему доложить письмом. Какого чёрта отвлекает?
Сам Ричардс заговорил в микрофон:
- Это срочно, сэр. Письма бы не хватило, - что-то новенькое.
- Ладно. Заходи.
Ещё через полминуты в дверь постучали.
- Да я же сказал, заходи, чего мнёшься.
Подчинённый выглядел подавленным.
- Что, опять провалились?
- Да, сэр, но... - дёрганно кивнул тот.
- Что ещё может быть "но", если вы и так опять облажались?
- Г-Группа Голдберга уничтожена, сэр.
- Что???
- Всё... пошло не по... плану. Голдберг проявил инициативу и...
- Быстро его ко мне!
- Уничтожена полностью, сэр. - сказал служака и вытянулся по струнке. Для многих эта позиция была своеобразным убежищем. Способом, которым вооружённые взрослые мужчины, на чьём счету бывают десятки оборванных судеб говорят начальству "я в домике".
Кипятиться не было смысла.
- Расслабься. Да вольно! Рассказывай как человек, не нужны мне твои расшаркивания.
Тот, наконец, сдулся.
- Что с телами?
- Пропали.
- Унёс, значит. Уверен что все мертвы?
- Никак нет. Но кровь всех есть на месте боя.
Это, как ни странно, даже хорошо. Если кто-то из бойцов остался в живых - пленным он может создать её больше проблем. Но всё же потеря целой профессиональной группы, ещё и в другой стране - и так немалая беда.
- Попали в засаду?
- Так точно! ... то есть нет... мы не знаем, сэр. Возможно их было двое.
- Двое?
- Достоверно известно об одном. Голдберг говорил с ним. А затем Игрок МакКормик передал ему информацию и тот принял решение...
- Там был ещё и Игрок. Тоже потерян?
- Так точно, сэр. Игрок второго уровня. Бесполезный.
- Ну хоть так. - терять каждого было крайне неприятно. Сейчас ведомство нашло и завербовало всего ничего, но если на Земле их можно было хоть как-то охранять, то в миссиях они буквально мёрли как мухи. Особенно вот такие, второго уровня и без мощных способностей. - Продолжай.
- Он принял решение уничтожить цель.
- Это ещё почему?