Род Корневых будет жить! Том 5

Теперь нужно было придумать для магического кристалла плетение. Понятно, что основание будет треугольное – потому что не живое, обработанное.
Но тут я засомневался. Ведь кристаллы проросли из крови медведя. А кровь всё-таки напрямую связана с жизнью. Поэтому вполне может быть и так, что нужно брать круглое основание, как для живого.
Чёрт, не спросил у Ростислава Петровича, что будет, если использовать плетение не того типа.
  
Ну да ладно, это можно узнать опытным путём.
Вот только магические кристаллы на это тратить жалко – вспомнилось, какую кучу мелочи отсыпал мне в кафе бармен. У снежков всё-таки ценность значительно пониже будет. Однако, снежки быстро тают.
В общем, я сел в позу для медитации, положил перед собой магический кристалл, закрыл глаза и для начала стал гонять все три ци, углубляя и укрепляя каналы, проверил резервуар, уплотнил ядро. После проверил печь дан, призывая по очереди все три вида истинного пламени. Потом призвал и убрал меч и снова прогнал ци по кругу.
И только после этого, разогревшись, я начал рисовать плетение.
Я не стал использовать плетения, которые были нарисованы на доске в лаборатории. Я решил создать своё. Потому что от того, какое плетение накладывается, зависит, какие свойства будут у полученного артефакта.
Понятно, что артефакт скорее всего будет одноразовый. Но можно попробовать получить и длительного действия. Вот такой артефакт я и хотел сейчас создать.
Я уже делал бомбы. Делал защитный купол и ключи. И сейчас хотел попробовать создать скрывающий купол. Ну а что? Шапки невидимки у меня нет. И мантии-невидимки – тоже. Почему бы не сделать купол-невидимку? Хорошо бы ещё переносной, а не стационарный.
Обдумывая узор плетения, я отказался от базовых круглого и треугольного основания. Решил объединить круг и треугольник в единое целое. В результате в основании плетения получился округлённый треугольник.
Внутренние узоры я рисовал уже исходя из моей задачи. Пришлось повозиться, конечно, но в результате всё вышло отлично!
Наполнив плетение ци, я накрыл им магический кристалл. А потом чисто интуитивно позволил магическому кристаллу, обёрнутому плетением, впитать столько ци, сколько вместится.
Причём, ци я пускал объединённую и пропущенную через печь дан.
Как только он напитался ци, я открыл глаза и вышел из медитации.
Мне хотелось срочно проверить артефакт на людях – получился ли у меня купол-невидимка или нет? Хотелось выяснить, что нужно сделать, чтобы активировать его? Бросить на землю? Напитать ци? Разбить? Или ещё что-то…
Для начала я решил попробовать просто держать в руке.
Оделся, зажал вновь созданный артефакт в ладони и отправился в столовую.
Поначалу я не мог понять, действует артефакт или нет. Но потом понял: да!
Вроде бы люди смотрели на меня. Но как будто что-то отводило их взгляд. Они как бы смотрели, но не видели. Интересный эффект получился.
То есть, невидимость не оптическая, а скорее психологическая. Будь здесь камеры наблюдения, они бы меня прекрасно «видели». А вот прохожие – не замечают.
Так я и дошёл до столовой и встал в очередь. Студенты разговаривали, обсуждали новости или какие-то ситуации на занятиях.
Мне, кстати, тоже кости слегка помыли.
Просто оказалось, что в столовую пришли несколько первокурсников, и они обсуждали, как мне повезло, что мне засчитали переводной экзамен.
– Не понимаю, что тут такого! – возмущённо говорил белокурой девушке курносый парень. – Там любой мог бы догадаться! Легкотня! А ему засчитали экзамен! Это несправедливо.
Внезапно позади меня раздалось:
– Если ты такой умный, чего ж молчал? Ну и отвечал бы на вопросы Ростислава Петровича. А то в лаборатории сидел молча, а тут сразу смелый стал!
Я обернулся и увидел Василя.
– Хорошо сейчас говорить, когда Володя всё объяснил! – продолжал он защищать меня.
– Да ладно! – не сдавался курносый. – Просто он наглый вот и всё! Чего ещё ждать от парня с его происхождением!
Я слушал и понимал, что курносого уже тоже ненавижу.
– А что не так с его происхождением? – горячился Василь. – Всё нормально у него с этим!
– Откуда ты знаешь? Что, если разок позавтракал с ним за одним столом, то думаешь, он тебя в друзья записал? Он же отброс!
– А ты просто завидуешь ему! – припечатал Василь. – Весь такой благородный, а переводной экзамен по плетениям до сих пор сдать не можешь!
– Так ты тоже не можешь! – вернул курносый.
– Так я и не возмущаюсь! – отрезал Василь.
– Вот и не возмущайся! А то ишь, нашёлся тут! – курносый оставил последнее слово за собой.
Забавно, что девушка, перед которой курносый распушил хвост, всю дорогу молчала и не поддерживала ни Василя, ни его.
В конце концов мне надоел этот спектакль, и я убрал магический кристалл в ячейку-хранилище.
– Ой, Володя, – удивилась девушка. – А ты давно тут стоишь?
– Достаточно, – с усмешкой ответил я, с удовольствием отмечая, как курносый покраснел.
Он фыркнул и демонстративно повернулся ко мне спиной.
Детский сад, блин, штаны на лямках!
Василь мне искренне обрадовался.
– Ты был крут! – с восторгом сказал он мне.
– Да ничего особенного, – смутился я от такого явного обожания. – Просто я в детстве в хорошей школе учился!
– Так у вас в Барнауле что, школы для детей есть? – искренне удивился Василь.
Блин! Когда я уже научусь не путать этот мир и тот, предыдущий.
Там я был солдатом и хоронил друзей.
А тут у меня появился шанс прожить жизнь заново. Снова почувствовать себя молодым и полным возможностей. Попробовать заново выстроить жизнь, сделать её чуть более справедливой.
– Нет, – ответил я Василю. – В Барнауле таких школ нет. Пока во всяком случае. Но я этим займусь на досуге.
 
Глава 3
 
После обеда мы с Василем отправились в клуб артефакторики. Мне было очень интересно посмотреть на мегеру, которая мучает местных студентов.
На двери клуба висела табличка с именем преподавателя: Варвара Степановна Синявская, магистр артефакторики и прочих наук.
Вопреки ожиданиям это оказалась довольно-таки миловидная женщина приятных форм с грудью четвёртого размера.
По Василю она лишь скользнула взглядом. Что касается меня, после того как я представился, в её глазах появился неподдельный интерес.
– Тот самый Володя Корнев, который не успел появиться в академии, а уже наделал много шума? – промурлыкала она, слегка наклоняясь ко мне, отчего мой взгляд зацепился за вырез её платья.
– Много шума? – удивлённо спросил я, с усилием отрываясь от манящей ложбинки между двумя холмами.
– Ага! – со смешком ответила учительница.
Блин! Она прекрасно понимала, какое впечатление производит на молодые организмы, переполненные гормонами! И виртуозно пользовалась этим!
Но и я не мальчик… Нет, тело-то у меня подростковое, и гормонов в достатке, но сознание-то взрослого мужика. И я её игры как на ладони вижу.
Похоже, женская сущность преподавательницы артефакторики – это и есть самое сложное, с чем приходится сталкиваться студентам. И перед чем они пасуют. Не удивлюсь, что они до конца и не осознают причины своего провала.
Я вежливо поклонился ей и включил дурака:
– Извините, Варвара Степановна, но я правда не понимаю о чём вы говорите. Я действительно только что поступил. И сегодня первый день моих занятий. Может, я и нарушил какие-то правила, но это по незнанию.
Варвара Степановна расхохоталась, смех колокольчиком прозвенел по аудитории.
И моё сознание слегка поплыло.
– Нарушил правила! Ха-ха-ха, – продолжала она веселиться.
  
Я же стоял, и представлял Матрёну, Марту и Полину. Представлял, как они сидят на подоконнике. Матрёна в своей униформе, Полина в шикарном бальном платье, а Марта в мужском костюме, точнее, в рубахе, брюках и само собой в ботфортах. Все три прекрасны и соблазнительны. А перед ними на полу целая корзина цветов.