Очень долгое путешествие, или Инь и Ян (СИ)

— Я лечу! — я пыталась перекричать ветер, задувающий в нос и горло и треплющий ткань рубахи.
Эскель обнял со спины, прижался щекой к шее. По коже к затылку побежали мурашки. Наверное, впервые в этом мире я была настолько счастлива. Ветер трепал волосы и уносил сомнения, страхи, оставляя сиюминутный восторг и ощущение полёта.
Мягкий поцелуй в шею, ещё один, лёгкий укус за мочку уха. Я не поворачивалась. Руки Эскеля скользнули под рубашку. Быстрые поцелуи по краю брови, по кромке век. Он прижался ко мне, я чувствовала тепло его тела. Мир перевернулся, и его заполонило небо — Эскель подхватил меня на руки. Некстати пришла мысль, что в этом мире на руках меня носили чаще, чем в прошлом за всю ту жизнь. Выбросив её из головы, в очередной раз я почувствовала, до чего же Эскель силен, будто из стали отлит, со стальными мускулами.
— Сколько раз, будучи здесь, я мечтал об этом, — засмеялся он.
— Опошлим такое прекрасное место?
— Детство должно когда-нибудь закончиться…
***
Я отодвинула шкатулку для секретных посланий, острым углом впившуюся мне в бок.
— Это твой метод, как снять напряжение перед бойней? — спросила я Эскеля.
— Ты волновалась. Хороший ведь метод?
— Работает, — засмеялась я.
— Вот видишь. Яна, обещай мне…
— М-м? — привстав на локте и водя пальцами по груди ведьмака, я вглядывалась в его золотисто-карие глаза.
— Что никуда больше не уйдёшь. Хватит приключений. Я больше не хочу… не смогу этого вынести.
Голова закружилась. Ветер, завыв меж зубцов башни, взметнул пыль, в небе пронзительно застрекотали мечущиеся под набежавшим облаком стрижи.
— Ты ведь это не всерьёз, правда?
— Я серьёзен, как смерть.
Я откинулась на спину. Пора. Пора всё сказать. Про поход в Зерриканию, про то, что я должна рано или поздно вернуться в тот мир. Про то, что, вообще-то, моя задница оказалась тут только лишь из-за любви к приключениям. Появилось противное чувство, будто я шпион, вынужденный признаться, что он не тот, за кого себя выдавал. Вдох-выдох. Сквозь щели в досках пробилось голубоватое свечение.
— Геральт! — Эскель подхватился с места, и уже скакал на одной ноге, натягивая штаны.
Я медленно потянулась к одежде.
***
Скрестив руки на груди, Иорвет ждал на ступенях у двери в замок. Эскель отправился встречать Геральта, я же, вдруг почувствовав робость от знакомства с Цири, предпочла остаться в стороне, рядом с эльфом.
— Битва скоро, — он скользнул взглядом по моему лицу и саркастически добавил: — Вижу, что водка тебе в этот раз не понадобится.
— Есть вещи и получше водки, — не менее язвительно ответила я.
Обнявшись с Весемиром, в ворота входила Цири в окружении встречающих её гостей Каэр Морхена и ведьмаков. Она с наслаждением, как и я, когда только вернулась сюда, вдыхала напоенный ароматом горных трав воздух и оглядывалась по сторонам. По лицу старого ведьмака было видно, что он счастлив.
Трисс, ещё раз обняв девушку, ушла внутрь замка. Йеннифэр порывисто прильнула к губам Геральта, он прижал её, рука скользнула по талии ниже. Чародейка легонько оттолкнула его и последовала за Трисс. Геральт с Цири приблизились. Пожав руки Иорвету и мне, ведьмак представил нас.
— С неделю назад все мегаскопы в окрестностях жужжали не переставая, так всех поразил ваш успех при обороне Вергена.
— Не сомневаюсь, — усмехнулся Иорвет.
— Чародейки переобулись в прыжке и уже делят новый мир, так что ждите посланниц, искренне желающих помочь. Особенно из тех, что ранее ставили на Нильфгаард, — Геральт пристально смотрел эльфу в глаза.
— Саскии хватит решимости отправить их восвояси, — без колебаний ответил тот.
— Мне бы твою уверенность…
Изумрудные глаза Цири изучали нас. Вблизи хорошо чувствовалось, насколько эта девушка особая — бриллиант в тоненьком теле ершистого, бунтующего подростка. Звезда, чьё предназначение — сиять для многих миров. Она упрямо смотрела исподлобья, но в глазах читались почти старческая мудрость и боль.
— Ты позвал защищать меня ведьмачку, а ей лет даже меньше, чем мне! — Цири с возмущением обернулась к Геральту.
 
— Не волнуйся, я здесь не из-за тебя, — я постаралась сказать это мягко.
Мне хотелось хоть чуть-чуть облегчить для девушки давящую вину, которую она несла, позволяя другим погибать из-за неё. Геральт с недоумением приподнял бровь, лицо Цири вспыхнуло, но слова достигли цели, и нахмуренный лоб разгладился.
— А из-за кого? — с вызовом спросила она.
— Не твоё дело, — улыбнулась я.
Цири захохотала. Такая юная и такая непосредственная! Всей душой мне хотелось, чтобы она улыбалась всегда. Геральт увлёк её в замок, мы пошли следом.
Кейра Мец, которая как ни в чём не бывало расчёсывала волосы внутри магического пузыря перед иллюзорным зеркалом, отложила гребень и встала. Ламберт, решившийся ради приезда Геральта показаться на людях, не отрывал взгляда от глубокого выреза её платья. Кейра красноречиво стрельнула глазами на беловолосого ведьмака.
— Я уже, буквально вот несколько минут как начала скучать по тебе.
Ламберт приветственно пожал руку Геральту и сообщил в сторону декольте чародейки:
— Ведьмаки — ценный товар, по мне вот тоже кое-кто скучал.
Я прыснула в кулак. Геральт, завидев приближающуюся Йеннифэр, отшатнулся от Кейры:
— Ты говорила, что тебе нравятся брюнеты, — кивнул он в сторону Ламберта и ретировался.
Кейра Мец кислым взглядом окинула молодого ведьмака и вернулась к зеркалу.
В стороне я увидела Хьялмара и Цири. Мощный викинг держал девушку за руку, взгляд его был красноречивее тысячи слов. Цири стояла, низко опустив голову.
Зычным голосом Весемир позвал всех на совет.
***
Я примостилась подальше на ступенях, ведущих в башню Эскеля, рядом с Иорветом. За нашими спинами сгорбился Лето. Все друзья Геральта в тишине ожидали его слов.
Столько раз я видела этот момент в игре, и сейчас один в один он повторялся наяву. Охватило странное ощущение, будто меня позвали статистом в хорошо знакомую мне театральную постановку. Но нет, была и разница — стена уже заделана, арсенал расчищен. Я нервно хихикнула: бабочка уже погибла под подошвой путешественника во времени, Аннушка разлила масло. К чему это приведёт — непонятно. Геральт приступил к детальному обсуждению плана. Цири, нахмурившись, смотрела на стол перед собой. Я знала, что она ослушается приказа сидеть в крепости, и восхищалась ею.
— Подведём итоги, — с расстановкой сказал Весемир. — Йеннифэр создаёт магический барьер и задерживает первый удар. Она оттесняет всадников в лес. Геральт, Ламберт и Лето ждут в лесу. Двимеритовыми бомбами они будут закрывать порталы. Трисс ждёт сигнала и по отмашке устраивает всадникам огненный ад. Остальные отражают натиск тех, кто всё-таки проникнет за стены.
— Если что-то пойдет не так, мы оставляем внешний двор и отступаем в крепость, — добавил Геральт. — И самое главное — Цири не должна попасть в руки Эредина.
В крови забурлило знакомое возбуждение. Всё идёт по плану. Я переглянулась с Иорветом, во взгляде которого промелькнуло нечто сродни изумлению пополам с ужасом, и мне показалось, что впервые с того момента, как я описала ему ход битвы, он по-настоящему мне поверил. На совете повторили слово в слово то, что я рассказывала ему.
Все поднялись. Мышовур отправился открывать трещины с огненным газом, скопившимся под Каэр Морхеном, Лето с Роше показывали ведьмакам на карте расположенные в лесу взрывающиеся растяжки и волчьи ямы. Остальные отправились проверять оружие, чародейки исчезли. Я вышла во двор. Опустилась душная неподвижная тишина, как бывает перед грозой. Села, прислонившись спиной к стене колодца, и задумчиво стала рассматривать склянки с маслами, расставив их кругом. Масла от эльфов среди них не наблюдалось.
— У нас нет ничего подходящего, — Эскель сделал пируэт и замер. — Разве что «серебряницу» возьми, если будешь использовать Розу Шаэрраведда. Она её усилит.