Очень долгое путешествие, или Инь и Ян (СИ)

Была ещё одна мысль, которая неприятно точила с того дня, когда я обняла Весемира в последний раз, прощаясь на плоту. Я знала, что, как только Геральт найдёт Цири и привезёт в Каэр Морхен, в битве с Дикой Охотой старый ведьмак погибнет. А вдруг, если я буду где-то там рядом, удастся каким-то образом этого избежать? Эта идея одновременно и привлекала, и пугала — я боялась, что если вмешаюсь, и даже если удастся спасти Весемира, последствия не позволят Геральту победить Дикую Охоту в дальнейшем. Поэтому я старательно гнала тяжёлые мысли о Весемире, убеждая себя, что в Каэр Морхене у меня есть интерес только до Эскеля.
В Вергене же осталось единственное незавершённое дело — о розе Аэлирэнн с эльфом я так и не поговорила. Всё время было не до того. И сейчас, идя рядом с ним по краснолюдским шахтам, я наконец всё спланировала окончательно — как только (вернее, если) закончим со Скрытым, я поговорю с Иорветом и всё-таки уйду, постараясь выторговать у него обещание помочь мне вернуться в мой мир потом, когда придёт время.
На встречу с верховным вампиром нас сопровождал Ярпен Зигрин и пяток отважных краснолюдов, в том числе Дагг Борос, успевший подкоротить у кузнеца кольчугу.
— Ты-то на кой ляд попёрся? — удивлённо спросил Иорвета прямолинейный краснолюд.
— Чтобы вы в очередной раз не сглупили, — насмешливо ответил тот.
— Ври больше, — сумрачно пробурчал похмельный Ярпен, — тебе просто нравится совать свой длинный нос во все дела.
Я усмехнулась, мысленно согласившись с ним. Мы уже шли по подземельям гномов. Скоро показался и зал-столовая, мёртвый нильфгаардец так и лежал у провала. Пахло тленом. Краснолюды остались тут, а мы с Иорветом пролезли через дыру в зал шести основателей.
— Жди здесь, — прошептала я.
— Нет, — категорично ответил эльф.
Я разозлилась.
— Хоть раз сделай не по-своему! Хочешь, чтобы вампир передумал? Вдруг ему добавки весеннего леса захочется? Человечины-то там у него завались.
Я не собиралась уступать. Неожиданно Иорвет сдался сам.
— Вот и славно. На, подержи, — попросила я и аккуратно перелила коктейль из заготовленной Шани фляги в арагонитовую чашу.
Остановившись в проёме двери в пещеру, мы взглядывались в каменную балку над головой, где виднелся рисунок ладони с каплей крови посередине. Иорвет зацепил большие пальцы рук за ремень на поясе, застёгнутый поверх неизменного, замысловато намотанного тёмно-синего кушака с красной бахромой. Повернулся ко мне, посмотрел в глаза:
— Ádh mór, vatt’ghern, — тихо произнёс он.
*Удачи, ведьмачка*
Я кивнула и, выдохнув, сделала шаг в темноту. В пещере за сутки ничего не изменилось. Я ступала между камней, осторожно держа перед собой чашу, чтобы не расплескать драгоценное содержимое. Голубые искры грибных спор приветливо освещали мой путь. Шаг, ещё шаг. Остановившись, я оглянулась назад. Не нужно было этого делать! Вход уже отполз наверх, я пошатнулась и, потеряв равновесие, чуть не разлила кровь.
Больше не отвлекаясь, со стучащим от волнения сердцем, и всё сильнее поддаваясь волнам страха, которые пропитывали пещеру, я добралась до места, где мы остановились в прошлый раз с краснолюдами. Впереди виднелись тела нильфгаардцев, некоторые до сих пор шевелились. По спине прошёл нехороший озноб — даже если всё получится, этих людей, ещё живых, придётся бросить тут. Белое тело Скрытого, свисающего вниз головой, виднелось в углу. Я низко поклонилась и, опустившись на одно колено, вытянула руку с чашей над головой.
— Напи-и-и-и-ток, — лицо тронуло дуновение ветра, и чашу вырвало из рук.
Скрытый стоял прямо передо мной и жадно пил кровь, держа коктейль обеими ладонями и перекрестив когти, пока не выпил до дна. Некстати в мыслях мелькнул вопрос, куда он дел чашу, потому что в руках у него её уже не было.
— Про-о-о-о-ч-ч-чь, — прошипел он, приблизив своё лицо с остатками крови на тонких губах, и меня опять охватил неизбывный ужас. — Две-е-е-р-р-рь. Сме-е-е-е-р-р-р-ди-и-и-и-ит.
Скрытый исчез, а я поднялась на ноги и, не оглядываясь, побежала вон и к выходу разогналась так, что влетела в Иорвета, который всё-таки сунул свой любопытный нос внутрь пещеры. Толкнув эльфа в проём, я вывалилась следом.
 
— Нам надо как-то закрыть эту чёртову дверь! — в смятении заскулила я.
Меня била крупная дрожь.
— Caemm a me, cáelm, — Иорвет шагнул ко мне, взял за плечи и прижал к себе крепко, но бережно.
*Иди сюда, тихо*
Не в силах раздумывать над очередной метаморфозой в его поведении, я упёрлась лбом в широкую грудь, тяжело дыша и вздрагивая.
— Так что там с дверью? — буднично поинтересовался он.
Я отлепилась от его груди, мгновенно придя в себя. Интересно, скольких эльфиек в тяжкие моменты он успокаивал так, будто хладнокровный дрессировщик, прекрасно зная, как привести своё животное в порядок после истерики. В чём, в чём, а в том, что он был превосходным командиром, Иорвету нельзя было отказать.
— Скрытый приказал её закрыть, потому что ему смердит, — мрачно ответила я. — Там, в пещере, природная аномалия, запертые ворота в его мир. Он чувствует малейшее дуновение с той стороны, тишайшие звуки и запахи. А мы ему воняем своим миром.
— Давай думать, — Иорвет поднял факел и огляделся.
Сперва мы осмотрели проём. Монолитный камень двери плотно держался наверху и не поддавался ни на какие толчки и нажатия. Мы вернулись на середину зала. Ужас уже отпустил меня, Иорветов метод так или иначе помог.
— Сесиль прочитал, что гномы после того как поднесли вампиру напиток, поставили шесть исполинов охранять вход.
— Да, вижу, — высоко держа факел в руках и задрав голову, эльф не спеша обходил зал и внимательно всматривался в каменные лица гномов, хмурившихся на нас с высоты в два-три роста человека.
Усевшись на пол в центре зала, я сосредоточилась. Страх снова заполонил темноту, но я была к нему готова. Я пыталась почувствовать что-либо ещё.
— Гномы использовали магию? — наконец, спросила я.
— Чародеев у них не было, — покачал головой Иорвет. — Однако они так хорошо знали камень, что могли делать магические вещи, сами того не подозревая. В Махакаме, говорят, до сих пор есть зачарованные ещё не выработанные штольни с драгоценными камнями, в которые при всём желании нельзя попасть — идёшь к ним, но никогда не можешь дойти.
— В книге, где мы нашли рецепт напитка, хоть поначалу было и непонятно, но гномы написали всё точно и конкретно. И если шесть исполинов охраняют вход, значит, именно это они и имели в виду.
Иорвет подошёл.
— Думаешь, стоит посмотреть на них с изнанки?
— Да, — кивнув, я поднялась. — Потеря силы не имеет значения. Против Скрытого, если он придёт, ничего не поможет.
Заглянув в дыру в фальшивой стенке, я убедилась, что краснолюды чинно ждут за столом и не пытаются подглядывать.
— Поехали, — я протянула левую руку.
Мы провалились в темноту, и белое лицо магического Иорвета перекосило от ужаса, который я чувствовала в медитации. На изнанке мы видели, как плотный серый туман стелется от двери в пещеру и, завиваясь, протягивает к нам призрачные нити. Чёрный волк тихонько скулил и пятился, приседая на лапах, шерсть на спине стояла дыбом.
Над нашими головами нависали топоры, по размеру подходящие великану. Справившись с ощущением ужаса, Иорвет показывал мне на шесть гигантских белых фигур, тремя парами неподвижно стоящих в зале около нас.
В каждой паре позы обоих гномов были симметричными. Первые два скрестили топоры так высоко, что касались призрачными обухами каменных сводов. Топоры второй пары замерли на уровне груди гномов, и мы почти задевали лезвия макушками. Эльф скользнул к третьей паре, которая была ближе всего к двери в пещеру вампира. Фигуры гномов до пояса окутывал туман. Один из них стоял с топором, опустив его на уровень колен. Иорвет вытянул руку, показывая мне, что у гнома-напарника топор отсутствовал.
Туман побледнел, свет факела пробился сквозь темноту. Скоя'таэль держался руками за голову, тяжело дыша.