Очень долгое путешествие, или Инь и Ян (СИ)
Центр занимал круглый каменный колодец. Мы заглянули внутрь — снизу тянуло холодом, и поблёскивала тёмная вода гигантского подземного бассейна. Цепочка медальона натянулась, будто что-то притягивало его снизу.
— Мы явно на правильном пути, — шепнула я спутникам, придерживая рукой медальон.
— Надо нырять? — перегнувшись через мраморный борт, Иорвет всматривался в темноту.
— Да, — внутренне содрогаясь, ответила я. Глубокая чёрная вода всегда меня пугала, но единственным ведьмаком тут была я. — Мне нужна верёвка, не хочу, чтобы меня утянуло в трубу.
Иорвет развернулся к конвоирам и резко заговорил с ними на Старшей Речи. Они препирались некоторое время, пока один, наконец, не принёс бухту прочной верёвки.
Я приготовила смесь с Кошкой. Сняла сапоги, куртку, аккуратно уложила на пол пояс с ножом и эликсирами. Поколебалась и, не поднимая глаз, стянула штаны с рубашкой, раздевшись до топа и коротких шёлковых штанишек из бельевых запасов чародеек в Каэр Морхене.
Завязала верёвку под мышками и пропустила по плечам между лопаток — простейшая обвязка готова. Собралась с духом и залпом выпила Кошку.
Иорвет с Моной подозвали охранников и намотали на руки конец. Швырнув в колодец моток верёвки, я перекинула ноги через парапет и, не давая себе ни секунды на страх, соскользнула в бездну.
От обжигающе-ледяной воды лёгкие чуть было не взорвались. Вынырнув, я хватала ртом воздух и пыталась сосредоточиться, чтобы унять панику. Долго в такой воде я не продержусь.
Вдохнула и нырнула ко дну. Кошка добавила серого света в бассейне, но рассмотреть что-либо было невозможно. Подводное течение уносило прочь от зовущего импульса, и я поплыла в его сторону по поверхности. Ноги от холода начало сводить.
Медальон задёргал вниз — я зависла над источником импульса. Нырнула. Воздух в лёгких закончился, когда до дна осталось совсем чуть-чуть. Я всплыла опять, руки одеревенели. Ещё один нырок, и резкая боль ударила по барабанным перепонкам, когда я шарила руками по дну. Вот оно! Я ощупала прямоугольный предмет и, найдя на одной из граней кольцо, просунула в него руку до плеча, сколько смогла. Голову сжало будто стальным обручем, сердце бешено заколотилось. Непослушными руками и ногами я гребла наверх. Глаза закрывались, неостановимо клонило в сон. Тело свело судорогой и, ещё не вынырнув на поверхность, я непроизвольно вдохнула. Наступила темнота.
***
Яркий свет ослепил, я закашлялась — из носа и рта выплёскивалась вода. Грудь адски болела, словно меня били дубинками. Иорвет сделал ещё пару резких нажатий на грудину, и подсадил под спину. Мона кричала что-то эльфам-охранникам, и один из них уже бежал с невесть откуда взявшимся одеялом. Я сидела у колодца в луже воды. Мона принялась энергично растирать меня колючей тканью.
Чуть продышавшись и опомнившись, я схватилась за руку, где было кольцо предмета, найденного на дне. Неужели он свалился, пока меня вытаскивали?
Иорвет заметил мою панику и поднял с пола ажурную металлическую коробку с тонкими проволочными цветочными узорами на стенках и овальной ручкой-кольцом. Внутри нежно светился круглый голубой камень размером с апельсин.
— Победа? — прохрипела я.
— Думаю, да, — торжествующе ответил он, проведя пальцами по цветам на металлическом ящичке. — Маргаритки, как видишь. Enid an Gleanna* не озаботилась конспирацией.
*Маргаритка из Долин (Старшая Речь) — так эльфы зовут Францеску Финдабаир*
— Можешь встать? — Иорвет подхватил меня под руки, Мона подала одежду.
— Да, — я отстранилась от него, разогнулась, — спасибо.
***
Когда мы вернулись во дворец, меня начало колотить так, что не спасало даже одеяло, которое я намотала поверх одежды. Зубы выбивали дробь. Мона с Иорветом обменялись несколькими фразами.
— Пойдём, — Мона потянула меня за руку, — тебе нужно прогреться.
— А я нанесу визит их светлостям, — кивнул Иорвет. — Мы выполнили нашу часть договора.
В комнате дрожащими пальцами я достала из пояса пузырёк Ласточки — этот эликсир был чрезвычайно токсичным, но невероятно поднимал иммунитет. Добавила в Белый Мёд пару капель, выпила. Мона отыскала Илону, которая отвела меня в пустые бани. Я сидела на раскалённой мраморной скамье в хамаме, заполненном горячим паром, и меня трясло от холода. Только через некоторое время озноб, наконец, начал отпускать, а в тело потихоньку вернулась жизнь. Кожа покраснела, по венам снова побежала кровь, и я всеми силами надеялась, что не заболею.
У комнаты я застала Иорвета и Мону, которые, прислонившись к стене у моей двери, о чём-то тихо разговаривали. Эльфы обернулись ко мне.
— Я поговорил с Аланнэнном. Он вспомнил, что Францеска со свитой осматривали Малый Дворец… Нас проведут до тропы к мастеру рун, но пустят туда максимум двоих. Айонантаниэл не любит толпы.
Иорвет незаметно глянул на свою правую ладонь, сжал её в кулак.
— Стилет у меня. Выходим немедленно, жду тебя тут, — приказал он.
СИНИЕ ГОРЫ. Глава 25. Мастер рун
Тропа начиналась в глухой части дворцового сада, неподалеку от Малого Дворца. Иорвет поправил на бедре ножны с заколдованным стилетом и решительно зашагал вверх. Провожатые остались внизу.
Я шла за ним. Встряска от ледяного купания навела в сознании кристальную твёрдую ясность, буря запутанных чувств улеглась. Мыслила я отстранённо и чётко, явственно осознав, что моя внезапно разгоревшаяся любовь не имеет никакого будущего. Для эльфов, для Иорвета я всегда буду просто dh’oine. Может быть весьма полезным, но всё равно dh’oine.
К тому же гордость моя была уязвлена, и я больше не собиралась позволять тыкать меня носом в то, что я человек, как щенка в лужу. Я могу сражаться вместе с эльфами, могу дружить, как с Моной, но ничего больше. Я получила свою ночь, хоть и нечестным путём, и свой урок — эта история должна быть закончена. Решительно кивнув мыслям, я догнала Иорвета.
— Короли поверили тебе, что камень стал причиной бесплодия?
— Сначала не очень, хотя все улики на это указывали, — спокойно ответил он. — Но потом позвали одного из старых лекарей, который разбирается в камнях и немного в магии. И вот он подтвердил. Все, кто пили воду из источника, не могли зачать детей.
Мы молча пошли дальше, и тишину нарушал только хруст камешков под ногами. Я с облегчением выдохнула — мы тоже пили эту воду, а значит нежелательных последствий у случайной ночи не могло быть. Иорвет скосил на меня глаз, я кивнула ему. Возможно, он подумал о том же самом.
Тропа уходила всё выше между скал и местами раздваивалась, но я прислушивалась к ощущениям и чётко знала, куда идти на развилках — этим путём изредка пользовались. Мы поднимались, пока густые вечерние тени не накрыли тропу, а потом скалы расступились, и мы выбрались на площадку, с которой открывался вид на зелёный Ард Дол.
На плоском камне спиной к нам, обратившись лицом в долину, сидел высокий эльф в светлых одеждах из некрашеного льна и рассматривал длинный предмет, лежащий на коленях. Мы подошли.
Эльф молча указал на камень, мы, переглянувшись, так же молча уселись рядом, и поднял с колен предмет, оказавшийся полотном меча из удивительного почти чёрного, но блестящего металла. Поднёс к глазам, поймал гранями закатное солнце. В оранжевых лучах на чёрном лезвии на миг вспыхнули огненные надписи. Вздохнул и снова опустил меч на колени.
— Нет, опять не то, — он повернулся к нам.
Его лицо было необычайно худым и почти треугольным, аквамариновые чуть раскосые глаза, казалось, смотрели в вечность. Он был, несомненно, эльфом, но вкупе с белыми волосами выглядел совершенно инопланетным существом. Даже сидя, стало понятно, что ростом он чуть ли не на голову был выше Иорвета, который, в свою очередь, по человеческим меркам был очень высок.
— Слишком много суеты и страсти, — произнёс эльф, рассматривая нас, — вы принесли, друзья мои. Все ответы кроются в пустоте.
Он отвернулся и, прищурившись на закат, стал смотреть на долину. Я прикрыла веки и сосредоточилась в медитации — надо угодить этому чувствительному эльфу, выкинуть из головы всё ненужное. Мы посидели молча, и, наконец, он кивнул, встал и жестом пригласил следовать за ним.