Птичка (СИ)

— Угу, — кивнул Чёрный, внимательно глядя на дочь, потом вздохнул и налил себе кофе, но, попробовав, скривился и вылил в раковину — тот давно остыл. — Свари ещё, жена, терпеть не могу ледяной кофе.
Зоя встала и стала аккуратно готовить кофе, не поднимая на него глаз. Она была всё ещё обижена на него за ту сцену, которую он устроил на дне рождения у дочери, испортив настроение и девочке, и всей семье. На вопрос Маши о том, чтобы она куда-нибудь сводила друзей потанцевать в честь праздника, он разъярился и начал кричать, что на этих вечеринках известно, что происходит, и что его дочь в этом участвовать не будет. На следующий день он смягчился, но неприятный осадок остался, а главное то, что он ещё раз показал свой отвратительный, без тормозов, характер.
Дочь встала и медленно вышла в свою комнату, прихватив и кружку с чаем, а Чёрный с Зоей остались одни.
— Она правда вернулась в четвёртом часу? — подозрительно спросил он.
Зоя повернулась к нему и открыто посмотрела своим синим, не тускнеющим с возрастом, взглядом: — Слава, прекрати, твоя дочь взрослеет, и это не трагедия. Всё хорошо, дай ей свободно вздохнуть.
Его глаза стали матовыми, и Зоя поняла, что зря затеяла в это безмятежное воскресное утро болезненный для него разговор. Но стало просто невыносимо — они уже больше года жили в какой-то опале, а особенно это давило на Машу — она превратилась в замкнутую молчунью, из которой ничего нельзя было вытянуть.
— Хорошо, я сейчас пойду и куплю ей травы для сигарет, не забуду взять обычных, она же мои курить не будет, потом закину презервативов пару упаковок — это в твоём понимании свободно вздохнуть? — издевательски произнёс он.
— Нет…
— Я не закончил! И ещё в лучшем случае — она воспользуется ими, не подхватит какую-нибудь заразу и не забеременеет в семнадцать!
— Слава, она взрослая и прекрасно всё понимает, давай мы будем доверять ей? Пусть она думает сама, учится жить и выбирать, что для неё лучше. Сейчас дети разбираются в тех вещах, о которых ты говоришь. Я не хочу, чтобы она была воспитана так, как я, это…. — Зоя замялась, — это всё равно ни от чего не убережёт, только отсрочит взрыв. Однажды её женская сущность найдёт выход, она влюбится, даже если ты будешь против.
— Это ты по себе судишь?
— Да, я женщина, она уже тоже превратилась в женщину, и поверь мне, мы с ней одинаковые.
— Тогда у меня будет много проблем, — вполголоса сказал он.
Зоя непонимающе посмотрела на него. Уголки губ мужа чуть-чуть поднялись вверх в улыбке.
— Хорошо, пусть ходит, куда хочет, — вздохнул он. — Ты довольна? Мне надоело воевать с вами.
Зоя расслабилась, подошла к нему и обняла, уткнувшись мужу в грудь.
— Она призналась мне, что вчера на вечеринке познакомилась с хорошим парнем, его зовут Владислав.
Чёрный мгновенно натянулся весь, как струна: — Что за тип — этот хороший парень?
— Может, и никто, Слава, а может — она нам скоро сама скажет, только не запрещай ей видеться с ним и не устраивай комендантский час.
— После двенадцати дома, — сказал он сквозь зубы, отчаянно потирая затылок. Начиналась головная боль, его давняя жизненная спутница после аварии.
— Слава, всё будет хорошо, девушка должна встречаться с мальчиками, чтобы знать — кто из них хороший человек, а кто не стоит и внимания. Она же может влюбиться в первого встречного!
— Как ты, — закончил мысль он. — А теперь горько жалеешь?
Она покачала головой: — Нет, не жалею. И у меня была возможность сравнить.
— А, ну, да, твой жених — суперсерьёзный Коля-Николай.
— Да, он так и ушёл из общины, больше я о нём ничего не слышала, — задумчиво добавила она.
— Если она будет встречаться с этим Владом, я хочу его увидеть, — строго сказал Чёрный и пошёл в гостиную смотреть телевизор, пока жена ему не приготовит утренний кофе.
Хорт рассеянно ходил от окна к окну по своей квартире и думал о прошлой ночи. Она была действительно какая-то волшебная, никогда он так открыто и сильно не ощущал женщину, её саму суть. Да и женщиной-то она ещё не была, скорее девочка — молоденькая, доверчивая, чистая. То, что она так отдалась ему, сначала показалось странным, а потом он понял, что у неё для этого свои причины, связанные с семьёй. Возможно, чересчур строгий отец, одиночество, и бог знает, что ещё, но она была девственной до него…
 
Он покачал головой, до сих пор не веря, что ему вчера повстречалась девочка и отдалась в этот же вечер. Загорелась как огонёк, ему осталось только повернуть ручку, и она вспыхнула, ярким и обжигающим пламенем.
Сказочная девочка, сладкая, такую ни за что нельзя было потерять, и именно сегодня он снова назначил ей встречу и обещал позвонить.
Хорт взъерошил и без того вверх торчащие волосы и просмотрел журнал звонков на автоответчике, потом то же самое сделал и на мобильном телефоне. Ему звонили друзья, отец, даже мама, звонка от неё — Стаси, не было.
Позавчера, когда он проезжал по Можайскому шоссе, он видел Финиша, попавшего в аварию, и даже не остановился, чтобы узнать, что случилось и не нужна ли помощь. Но разве нужна она человеку, который стоял посреди дороги над помятым байком и орал матом на водителя такси, который въехал в него. Стаси с ним в тот момент не было. А ещё раньше Хорт, напившись, оставил на её автоответчике сообщение, которое сводилось к одному — позвони. Она не перезванивала, а он теперь корил себя за слабохарактерность и глупость.
Стася была всей любовью его жизни, он был готов и сейчас (прискорбно, но факт) помчаться к ней, если бы она вдруг поманила его пальчиком. Но она переехала к Финишу, которого Хорт обвинял во всех своих неудачах.
Слоняясь по квартире-студии, молодой мужчина отчаянно зевал, и решил, что нужно всё-таки ещё поспать, потому что тело требовало отдыха, хотя всё внутри вибрировало от возбуждения и переполнявших эмоций. Сегодня он планировал привезти Машу сюда. После того, как Стася бросила его, прошло полгода, и ещё ни одна женщина не переступала этот порог. Сначала Хорт думал, что не будет привозить её, а потом решил, что девочка достойна большего, чем секс на природе.
Вдруг неожиданно затрезвонил телефон, и Хорт взял трубку, узнавая своего друга — Берка, брата из мотоклуба «Железные волки». Он предлагал устроить сегодня вечеринку, причём собраться у Хорта. Тот долго отнекивался, потому что на вечер были совсем другие планы. Перенеся её на неизвестный срок, молодой мужчина лениво посмотрел на свой органайзер и поморщился — вся неделя была расписана для встреч с преподавателями — он исправно писал никому не нужный диплом… Вернее, за него писали.
И получалось, у Хорта текли две параллельные жизни. Одна — которая проходила в мотоклубе и для него, на байке и терках, в дурацких и ненавистных мечтах о Стасе (он действительно много переживал после её ухода), а другая — в институте, на скучных парах, лекциях, где он был обычным студентом.
Планы на жизнь у него были связаны исключительно с мотоклубом, он не хотел сидеть в душном офисе и делать финансовые отчёты, а жить так, как ему нравилось. Свободно, для себя и своей души. То, что он увидел, вступив в полноправные члены мотоклуба, было настоящим. И потому, когда его Мистик вызвал на разговор в «Байк-центр», узнав об их отношениях с Финишем, Хорт по-настоящему испугался. Он не хотел проблем, а они, похоже, вырисовывались очень отчётливо в будущем.
Финиш хотел его подставить — и если Хорт не будет осторожным, то обязательно вылетит из мотоклуба. Чёрному он явно не нравился, мужик терпеть не мог парней с богатыми папами, считая, что они все — ничего не стоят как люди. Мистик был более лояльным, но целиком и полностью поддерживал Чёрного, они были друзья смолоду.
Грек уже давно переложил такого рода проблемы на Мистика, занимаясь только праздниками и подготовками к «Байк-шоу». Вся внутренняя работа и коллектив был на Мистике. Все поговаривали, что скоро Грек вообще отойдёт от дел и передаст свой мотоклуб Мистику. Но пока было и так всем хорошо. Президент был, но вице-президент имел большую власть.