Ленинград 61 (СИ)
- Здорово он сообразил.
- Он много чего придумал. А здесь можно галоши оставить!
И точно, обувная подставка, а рядом с ней две пары галош.
- Вы не улыбайтесь, это очень удобно, пусть и не модно.
Кроме галош я заметил резиновые сапоги: побольше и поменьше. Маленькие - точно для Дианы. Не такие красивые, как сейчас, но в дождь не красота важна. Столик со стульями у окна подсказывают – летом здесь чаираспивают. Хотя, для чего же тогда беседка в глубине двора?
- Мне разуваться?
- На первом этаже обычно не принято. Сам Павел Иосифович здесь на улицу галоши надевает. Вы же ботинки и о скребок потёрли, и о коврик. Да и в тапочках сейчас холодно, дом без подвала. Зимой так в валеночках удобно. Проходите так, потом подмету.
На веранде прохладно. Когда захотел снять пальто, девушка остановила. Как только открыла обитую по-деревенски входную дверь, лицом сразу ощутил приятное тепло натопленной печи, хотя это всего лишь прихожая.
- Дядя Паша, это мы! – произнесла Диана нарочито бодрым голосом, - сейчас разденемся и пройдём.
Тут же лестница на второй этаж: не винтовая, а обычная, углом. Курточку, тоже по совету девушки, не снимал – успеется. Из прихожей дверь ведёт сразу в столовую, если судить по большому столу в окружении гнутых стульев и буфету. Светлая, весёлая, стены кремовые – приятно будет здесь поужинать. Дальше дверь, скорее всего, на кухню, напротив окон – ещё одна, в другую половину первого этажа. Оказалось, это кабинет, ожидаемо снова «в зелёных тонах».
- Раз видеть вас, мои друзья!
Вот и таинственный Павел Иосифович! Диана уже не раз называла своего шефа профессором, поэтому некоторым образом готов к встрече. Вот только созданный мною образ не совпал с явью - во многом ошибался. На профессора этот невысокий человек с залысинами и в очках похож не слишком. Гораздо больше смахивал на учителя из старых советских фильмов или, на худой конец, на директора школы! Впрочем, какое мне дело - пусть будет профессором…
Одет в тёплую домашнюю куртку с кушаком поверх рубашки и с мягким галстуком-бантом, на ногах – явно недешёвые туфли. На лице ни удивления, ни других необычных признаков не заметно. Приятная улыбка, как будто он по-настоящему рад моему прибытию. Хотя, кто его знает, какие у него планы на мой счёт? Придётся подождать, может быть, скоро узнаю. А пока оставил воодушевлённо произношу, словно пароль:
- Здравствуйте, Павел Иосифович! Вам большой привет от нашего председателя!
- Добрый вечер, с прибытием! Как Василий Петрович поживает? – голос негромкий, бархатный, но не барский.
- Очень хорошо, чего и Вам желает, - произношу, искренне радуясь за неведомого мне человека.
- Диана мне уже кое-что о Вас рассказала, поэтому особо расспрашивать не стану. Думаю, будет ещё время поговорить подробно, пока просто отдохните на природе. Как Вас звать-величать?
- Митрин Сергей Михайлович! Можете называть просто по имени.
- Думаю, ещё успеем. С Дианой, вижу, уже подружились?
- Да, дядя Паша, с Сергеем очень приятно общаться.
- Присаживайтесь, камин ещё тёплый! – он показал на кожаное кресло у окна.
Послушался совета, огляделся. Два окна, два кресла, угловой камин из розового кирпича, без изразцов – точно не царской постройки. У дальней стены ещё одна дверь и кожаный диван в том же стиле, что и кресла. Люстра не с бахромой, может, и хрустальная, под ней столик вроде журнального, но солидный и массивный. Пока осматривался, профессор что-то сказал Диане, та исчезла за дверью. Сам он присел рядом, поворошив угли кочергой.
Девушка вернулась почти сразу, успел лишь услышать стук закрываемой двери. На подносе стояла бутылка «Нарзана», и профессор предложил с дороги стакан шипучки. Но я решительно замотал головой: похоже, после прошедшей ночи на газировку долго смотреть не стану. Так, по простоте душевной, и сказал шефу. Он только улыбнулся:
- Это быстро забудется, минералка здесь неплохая, только злоупотреблять лечебными водами не советую.
- Почему и сифон заправляете?
- С этим в городе дело налажено, особенно летом хорошо, но здесь приходится запасать «Нарзан», «Ессентуки» или «Полюстровскую».
Тут я невольно поморщился: «Полюстровская» и по прошлому времени не очень нравилась.
- Согласен, «Нарзан» под виски не пойдёт, но здесь с этим напитком не очень.
- Не достать? – от чего-то не удивился такому переходу.
- Почему, вполне возможно найти настоящий, импортный. Вот попытка производить отечественный не удалась, хорошо, что прекратили производство. К слову, телефонную линию на время отключил, так что можно особо не маскироваться. Просто не хочу Вас сразу загружать делами. Может, сразу коньячку?
- Спасибо, не против!
- Диночка, тогда давай наш столик!
Девушка поставила поднос на каминную полку рядом с часами и старинными подсвечниками. Занятный столик, напоминающий тумбочку, ею и оказался. Диана потянула за ручки по краям, крышка раскрылась, приподняв скрытый в шахте коньяк, бокалы, вазочку с орешками и овальной коробочкой. На кружевном орнаменте крышки отливалось золотом название - «Шоколадные трюфели».
- Ой, мои любимые! – не сдержалась девушка. – Сейчас лимончик нарежу!
Диана подхватила поднос и покинула кабинет, профессор разлил коньяк, чуть плеснув напиток на дно бокалов. Раскрыл конфетную коробку, пододвинул вазочку. Я тоже взял бокал, покрутил в руке, глядя на сползающие по стеклу «слезы». Пьянящий аромат, казалось, перебивал даже запах камина. И в этот момент меня отпустило, казалось, все проблемы остались за порогом профессорской дачи.
Павел Иосифович не торопил, или ждал лимон, или понимал моё состояние. Диана вернулась с подносом, на этот раз на нём два блюдца с лимоном, пара изящных вилок, розетка с молотым кофе и ложечкой. И неожиданно фужер и бутылка «Ситро». На мой удивлённый взгляд ответила:
- Я же не употребляю алкоголь!
Вот как, но я же помню первый вечер. Диана, видимо, поняв моё сомнение, сразу добавила:
- Дома красное вино и только после перехода, - и налила себе целый фужер шипучки.
- Это так, друзья мои. Вам, как лётчикам после полёта, полезно «красное» - помогает восстанавливать силы.
Ну да, ведь всего-то бокал. Вспомнил своё состояние: после двух не захмелел ни капли. Даже подумал тогда: какое раньше вино слабенькое, хотя и вкусное. Но больше раздумывать шеф не позволил.
- С прибытием, Сергей Михайлович!
С лёгким звоном сдвинули бокалы, Диана просто приподняла за тонкую ножку свой фужер и припала к нему, явно скрывая улыбку. Всё равно по ней видно: довольна, что у нас так происходит. Ещё бы - ведь я её первый проходящий, да ещё и успешно доставленный к шефу.
- Поздравляю, молодой человек, Вы благополучно прибыли в 1961 год! Да-да, именно молодой.
Это он на мою непроизвольную улыбку.
- По сравнению с Вами кратно старше! По паспорту мне шесть десятков без года.
Ну, честно, не больше! Выглядит хорошо для своих лет, и это по меркам «моего» времени!