Ленинград 61 (СИ)
Заскочил домой за паспортом, и тут понял, ужасно хочется есть. Утренний бутерброд давным-давно растаял, раз уж дома, хотя бы нормально пообедаю. Вот только холодильник особо не порадовал, на опустевших полках ни супа, ни второго блюда не наблюдалось. Похоже, Наталья прошедшую неделю совсем не готовила. Мышь в холодильнике пока не вешалась, но уже близка к этому. Раньше-то забот не знал, готовить жена любила и, главное, умела.
Поскреб по сусекам, особо порадовать себя не смог. Пельменями не баловались, что-то жарить и варить нет настроения. Покрошил на сковородку остатки колбасы, приготовил яичницу. Наверное, надо было заскочить по дороге на бизнес-ланч, но представил, как ищу парковку, как обычно, отсутствующую в нужном месте, решил, что время дороже.
Собрал документы, что имелись, паспорт, диплом, а водительское удостоверение и так всегда при себе. Что еще, военный билет, свидетельство о браке, медицинскую страховку? Не раздумывая, просто сунул все в сумку, чем быстрее разделаюсь, больше времени останется на другие дела
В отдел пропустили не сразу, записав данные паспорта в журнал, дежурный сержант дождался, пока капитан ответит на мой звонок, затем перезвонит уже ему. Выслушав, как пройти в нужный в кабинет, потопал по еще не вытертому ламинату. Признаюсь, в полиции первый раз, удивил интерьер, не хуже, чем у нас в офисе. Похоже, не так давно устроили реконструкцию, еще пахнет «евроремонтом».
Надежды на короткий разговор не оправдались, мною занялись серьезно. Мое странное отсутствие, кроме домашнего скандала и увольнения с работы, повлекло прочие последствия. Жена, измученная ожиданием, сообщила в полицию. Неожиданно меня объявили в розыск сразу, не выжидая положенного времени, наверное, стражей порядка удивили обстоятельства пропажи.
Для начала полицейский удостоверился, что перед ним Сергей Михайлович Митрин собственной персоной. Затем задал несколько вопросов, вроде бы все по существу, похоже, я не первый, кем ему приходилось заниматься. По голосу понятно, доволен, что «пропащий» нашелся так быстро. На мой вопрос, почему бы сразу не закрыть тему, ответил, положено проверить, вдруг человек действительно подвергся нападение, и что-то скрывает. Может, меня шантажируют, вымогают деньги или вообще произошло похищение. В таком случае, дальше разбирательство пойдет вне розыскного дела.
Пришлось ответить еще на множество вопросов, порой казавшихся идиотскими. Не обижался, понимал, так положено, вот и рассказывал, почему в тот вечер задержался на работе, почему не вызвал такси, и какой дорогой шел после трамвая. Выслушав мою историю, Петровский покачал головой и посоветовали признаться жене, где на самом деле пропадал все это время.
Когда же продолжил настаивать на своем, капитан стал выяснять, где меня могли опоить по дороге. От такой постановки вопроса сам слегка засомневался, но потом решительно заявил, даже воды из кулера перед уходом не пил. Прочие вопросы тоже наводили на мысль, что оперативник отрабатывает версию неудавшейся по каким-то причинам криминальной истории, возможно, с целью ограбления.
На это есть, что возразить, пришел домой в целости и сохранности, не считая молнии и пуговиц, ничего не пропало, деньги со счета не снимались. Капитану зацепиться не за что, вместе пришли к выводу, раз пришел домой не побитый, не ограбленный, без следов опьянения, полиции здесь делать нечего.
- Хорошо у Вас вышло, устроить внеочередной отпуск на неделю и сухим из воды выйти! – не выдержал Петровский, закрыв папку с материалами и отодвинув от себя.
Сначала вспыхнул, но вовремя остановился, со стороны смотреть, так оно и есть. Мужик загулял, ничего не смог придумать, кроме нелепой «отмазки» и держится этой версии с дебильным упорством, хотя ему никто не верит. Да и как поверить, не бывает такого.
Подписал оба листа моих объяснений, и договорились, что в пятницу снова заеду, еще раз пообщаемся и материал закроют. Оказалось, Наташу тоже вызвали, она приедет в конце рабочего дня.
Выйдя из отдела, не знал, куда податься, много чего наметил, но сделать сегодня уже не успею. Время пятый час, может, больше не дергаться, просто ехать домой? Похоже, желудок со мной солидарен, напоминая, не прочь перекусить. Что за ерунда, весь на нервах, а аппетит не исчезает, чем дальше, тем сильнее. Правда, и пообедал кое-как.
Надо куда-то заехать за едой, кафе на время придется забыть. Неизвестно, когда новая работа появится, счет у меня не бездонный, в кредит жить не привык. Вдруг предстоят расходы на врачей, лекарство, еще и на адвоката, если супруга не раздумает разводиться. Так что заскочу в «Перекресток» или «Ленту», что первым по пути окажется. Возьму чего-нибудь готового, там есть, из чего выбрать.
В обед выбрал остатки в холодильнике, единственное, чего дома с избытком, это алкоголя. Бар заполнен и в холодильнике несколько бутылок. Не то, что законченный выпивоха, в основном подарки, больше всего от Мишки, хорошего приятеля. Когда-то сказал: «Не надо магнитики на холодильник дарить», так после каждой поездки обязательно бутылку из «дьютика» привозит. А ездит он много и в разные страны. По крайней мере, насчет выпивки можно не волноваться, что она мне потребуется, уверен наверняка.
Голод самый плохой советчик, похоже, набрал лишнего, больше половины тележки. Зато потом можно не отвлекаться на магазины, если дела пойдут неважно. Не проблема в багажник закинуть, и дома лифт работает. Непривычно заходить домой, когда тебя никто не ждет, да еще с тяжелыми пакетами. Кое-как распихал покупки в холодильник и шкафы. Не переодевшись, только помыв руки, оторвал ножку от копченой курицы, капнул на нее кетчупа. Недолго думая, налил треть бокала виски из холодильника, разбавив колой. Прекрасно знаю, все это вредно, но сейчас надо взбодриться.
Притащил на кухню ноутбук, прихлебывая коктейль, принялся за план на завтра. После пары глотков ситуация показалась не такой отчаянной. Сначала удалось записаться на диспансеризацию в клинику неподалеку от дома. Замечательно, можно пройти за один день. Затем выбрал не слишком дальнего психолога, отзывы вроде приличные. Так и просидел до вечера, не заметив, как от курицы остались одни косточки, а бутылка «Джонни Уокера» наполовину опустела. Самое забавное, что опьянение не почувствовал ни на градус.
Зря радовался, что с ужином можно не беспокоиться, около девяти вечера снова потянуло на кухню. Налил бульонную кружку чая с сахаром, чего давно со мной не случалось. В придачу два здоровенных бутерброда с ветчиной и зеленью. Даже посмеялся, если так дальше пойдет, все деньги на еду спущу! Но настроение заметно улучшилось, не зря говорят, стресс надо заедать.
Между тем приходили мысли, может, действительно где-то провалялся неделю без сознания и ничего не ел? Сейчас почему-то не хочется ничему удивляться. Снова завалился спать в своей комнате, не решился лечь в спальне. Что-то удерживало занять законное место на супружеском ложе, тем более, супруга в данный момент может... Нет, не стану продолжать, мало мне забот? В конце концов, ее можно понять, почти похоронила меня и тут заявился, довольный и веселый!
Да и вообще, она же сказала про развод. Не хотелось об этом думать, но мне должно быть все равно, с кем она сейчас. Но как же тяжело признать, что давно сложившаяся жизнь разваливается, как карточный домик. Может, оно и шло к тому, просто сам не замечал? Или не хотел замечать, что наши семейные узы это заботы о квартире, машине, отдыхе, сексе, наконец… И друзей общих у нас по сути нет, и с родителями общаемся по одиночке. Про ребенка Наташка до тридцати лет и слышать не желает, «ни к чему тратить лучшие годы на пеленки и подгузники!»