Ленинград 61 (СИ)

- Так сразу и бумаги появятся?
- Да, разумеется. А о соседе не беспокойтесь, может, уже в рейс ушёл. Он обычно звонит из диспетчерской, когда возвращается.
- Чтобы покой не нарушить?
- Да, мало ли, вдруг ко мне или к Вале кто в гости придёт.
- Такой заботливый?
- Он ведь такой же одинокий. С тех пор, как мы одни остались, часто помогает: где словом, где делом. Денег-то у него тоже не так много.
  
- Смотрю, Валентина не в курсе Вашего финансового положения?
- Само собой, иначе ей обидно станет, - Диана заметно смутилась, - тётя и так ворчит, что ерундой занимаюсь, даже приличной профессии нет. Правда, немного успокоилась, когда я поступила в заочный университет.
- Вам там разве платят?
- Наоборот! Но она надеется, что с дипломом найду нормальную работу. Только вот у Вали оклад – семьдесят, а Павел Иосифович мне только «жалование» платит сто пятьдесят, и это без налогов и вычетов!
- Ого! – в местных финансовых масштабах уже немного разбираюсь.
- Поэтому приходится хитрить: Валентина ведь гордая, если что не так – и отказаться может, даже когда дядя Паша помогал.
Снова обратил внимание на прошедшее время в словах: похоже, не один я такой подозрительный к отношениям взрослого дядьки и девчонки.
- А сколько шефу лет?
- Даже не скажу, он как-то отшутился: «мужчина в самом расцвете сил!» Конечно, посолиднее Вас на вид, может, как дядя Семён или даже постарше. Но бойкий, по первости мы с ним часто вместе переходили, это потом уже проблемы начались.
- Поэтому за Вас и держится?
- Конечно, я у него оказалась «самой выносливой».
Интересно, теперь и сам стану таким же? А почему бы и нет, похоже, потихоньку смиряюсь с вхождением в цепочку неизвестного, и, кажется, довольно сомнительного мероприятия. Так, может, и неслучайно зацепилось одно за другое, может, и сам уже был готов к подобному… Только вот почему такое случилось не раньше и не позже? Но всё равно ответа на ходу не получить.
Пока переходили садик у конечной остановки, разговор по делу пришлось прервать. Забавно видеть перед вычурным зданием пригородной станции «Удельная» чахлые деревья и кусты вместо приземистого гранитно-стеклянного метровокзала. Вдобавок, мимо со свистом пропыхтел чумазый паровоз с небольшим составом, обдав перрон после гудка клубами пара. Так вот отчего ещё здесь дымом пахнет! Дальше, на Костромском, снова безлюдно, но разговор продолжил уже о другом.
- Диана, скажите, Павел Иосифович настоящий профессор или это прикрытие для вашей… - замялся, не зная, как же назвать: не «операция Ы» на самом деле?
- Он талантливый портретист и состоит в Союзе художников. Ещё преподаёт в том самом заочном народном университете искусств. А профессором мы называем, сам никогда так не говорит. Просто на визитке написано «профессор ЗНУИ», это что-то вроде почётного звания, он же там тоже бесплатно.
- Серьёзно?
- Ну да, хотя само обучение за деньги.
- И дорого?
- По здешним меркам недёшево, а так-то, конечно, ерунда.
Ага, отметил по себя. Ещё одно подтверждение, что «дело» приносит шефу неплохие денежки.
- А почему не в художественной школе, или как это сейчас называется?
- Всё из-за работы. Это теперь чаще как челнок «туда-сюда» бегаю, а прежде доводилось жить на «той» стороне по два-три месяца.
- Это для чего же?
- Когда вдвоём приходим, и одному надо вернуться назад. На это время канал для тебя закрывается, как говорит шеф, и живёшь там, как здесь.
- Серьёзно?
- Какие шутки! Ведь возвращаешься уже не «в свой» день. Правда, «там» может пройти три месяца, а здесь - всего неделя. Но случалось и две, и три - всегда по-разному. И какая учёба с таким графиком, даже на вечернем?
- А заочно?
- По художественной части только ЗНУИ.
- Хорошо учат?
- Да сами учимся, нас там, по сути, только оценивают. Главное, диплом получу по окончании и смогу вести изобразительный кружок!
- Диана, вроде говорили, что Ваши работы хвалят?
- Ещё бы, ведь и «там» время зря не теряла. Павел Иосифович подсказал, ещё в первый раз, как пришлось «застрять»: «Давай-ка походишь в местную художественную студию».
- Да, у нас с этим просто, - вспомнил Натку с её периодическими порывами к творчеству, пока не остановилась на «пол-дэнсе».
- Только плати, никто не спросит, кто такой, особенно если платить наличкой.
- И в какой студии занимались?
- Знаете, Сергей, по-разному.
- Почему так?
- Очень просто: при переходе с проживанием, (интересный термин, отметил про себя) нет гарантии, что снова встретишься в то же время и с теми же людьми.
- То есть как это?
- Не знаю. Но каждый раз записывалась в новое место, ведь с тобой занимаются на любом этапе.
- Так как же шеф тогда ведёт дела?
- Этого не знаю, но каждый раз после проживания встречаюсь уже с другими людьми.
- А короткие переходы?
- Вот с короткими порядок. Видимо, это парадокс времени.
Непривычно слышать от такой девчушки серьёзные слова. Но запомнил, может и в самом деле, если здесь задержусь, чему-нибудь полезному научусь?
- А вот и наши Ярославские бани! Обязательно сходите туда с дядей Семёном!
Диана показала налево. Сквозь ещё голые ветви деревьев разглядел на возвышении благородного вида здание с когда-то розовыми стенами. В «моём» времени слышал о них, интересно, сейчас тут раков к пиву подают? Но отогнал соблазнительную мысль: пока об общественной бане думать рано. За разговором незаметно дошли до Удельного проспекта. В который раз мысленно улыбнулся: так не вязались редкие кирпичные пятиэтажки среди милых двухэтажных домиков с громким титулом. Какой проспект – так, улочка, правда, местами асфальт новый уложен и тротуары чистые. Но ближе к парку и тротуары сошли на нет, и дорога похуже, и уже знакомых разнокалиберных деревянных домишек стало больше.
Под свистки и завывания разгоняющихся электричек свернули на садовую аллею. Обветренные сосны и голые берёзы не создают романтического настроения. Сквозь печной дымок тянет оживающей весенней землёй, но здесь ощущаю себя легче, чем среди домов.
- Диана, можно уточнить?
- Вы о чём?
- Откат так опасен, что приходится уходить?
- Не хочу Валентину пугать.
- Чем же?
- Вы ничего не почувствовали после нашей встречи в трамвае?
- Только некоторую взбудораженность.
- Значит, это потому, что при нашем пересечении в трамвае случилось непонятное. Так-то на второй день после перехода, особенно, если груз перевозишь, становится очень плохо. Лучше, чтобы никого из несведущих не оказалось рядом. И сегодня придётся ограничить обед, поверьте, лучше поголодать, зато легче пройдёт.
- И у Вас так же будет?
- Нет, это и индивидуально, и зависит от того, что ты делал. Вчера у меня была просто «пробежка», поэтому даже смогу за Вами ухаживать.
- Что же мне ждать?
- Представьте сразу инфлюенцию, сотрясение мозга и пищевое отравление - примерно так. Если ошибусь, вместе порадуемся.
Умеет же девчонка успокоить, но не показывать же виду! Продолжаем прогулку, дождик так и не собрался. Мы идём по укатанной песчаной аллее, мимо каруселей и аттракционов. Возле некоторых возятся рабочие в комбинезонах, «кирзачах» и телогрейках – скоро открытие сезона. Чем дальше в парк, тем чаще встречаются молодые мамочки и пожилые женщины с детьми. Приходится прекращать разговор, да и к лучшему, а то ещё что-нибудь неприятное узнаю раньше времени. Диана в этом плане не очень деликатничает или уже признаёт за «своего»?