Пленник императора (ЛП)

По пути в прачечную они достигли берега озера с цветущими лотосами. В то же самое время Ваньянь Сюй, наследник Шу и вдовствующая императрица вышли на прогулку, чтобы полюбоваться осенним пейзажем. Вокруг них толпилось множество слуг и служанок. Увидев их, Гуй Линь тут же дернул Су И за руку, оба отступили в сторону и склонились в почтительном поклоне.
 59. 
Прогуливаясь по берегу озера, Ваньянь Сюй и вдовствующая императрица созерцали поздние лотосы, перебрасывались веселыми шутками — и неожиданно столкнулись лицом к лицу с бывшей императрицей Су И. Оба — и Ваньянь Сюй, и Су И — застыли на месте, а удивление сменилось жгучей болью и тоской. Остолбенев, они неотрывно смотрели друг на друга, а все сопровождающие императора слуги склонили головы и опустили глаза, не осмеливаясь даже вздохнуть. Повисла такая тишина, что, казалось, если кто-нибудь уронит шпильку для волос, звон будет слышен в каждом уголке обширного сада. Вдовствующая императрица лишь окинула обоих холодным взглядом, но не произнесла ни слова.
  
Они и сами не знали, как долго простояли так. Наконец Ваньянь Сюй усилием воли заставил себя возвратиться в реальность. Он неловко кашлянул и повернулся к вдовствующей императрице:
— Матушка, рассматривать отцветающие лотосы не так уж интересно, почему бы нам не покататься по озеру на лодке? Получится увлекательная прогулка.
Не удостоив Су И даже взглядом, император велел Цзы Нун пойти к лодочнице и передать, чтобы та приготовила всё необходимое. На лице его снова сияла довольная улыбка, он ступал уверенно и спокойно. Казалось, случайная встреча не произвела на него ни малейшего впечатления, но никому было не ведомо, какая невыразимая горечь поселилась в его душе.
Су И в оцепенении смотрел, как Ваньянь Сюй, приклеив на лицо улыбку, прошествовал мимо — так близко, что едва не коснулся его. На грудь словно опустилась каменная глыба, а горло, казалось, забили ватой — он чувствовал, что не может сделать даже глоток воздуха. Су И из последних сил старался взять себя в руки — он ведь только что едва не бросился в объятия этого мужчины, чтобы признаться во всем и поведать, наконец, что на него возвели напраслину.
Так он и стоял столбом, пока Гуй Линь окончательно не потерял терпение. Потянув Су И за рукав, он принялся насмехаться:
— Ну, что за дела? Сколько можно пялиться? Где твои несгибаемые принципы? Тебя же с души воротило быть императрицей нашей Цзинь Ляо, что ж ты теперь снова строишь государю глазки? Надеешься опять его приворожить, чтобы всё стало как прежде? Ха-ха! Не стоит недооценивать нашего императора. В Поднебесной полно красивых мужчин и женщин, сдался ему какой-то там Су И!
С этими словами смотритель дворца сердито схватил его за руку и потащил за собой.
Су И, прихрамывая, с трудом двинулся за ним. Гуй Линь грубо тянул его вперед, и, лишь споткнувшись пару раз, Су И наконец-то пришел в себя и снова обрел способность мыслить здраво. Горько усмехнувшись, он подумал: «Да уж, и зачем я только смотрел на него? Этот человек… мне совсем чужой… Я сделал свой выбор, когда предпочел спасти тех ученых мужей, и теперь я для него никто. Эх, Су И, Су И… Ты ведь сам решил принести его в жертву, сам отказался от него. Теперь ты тоскуешь по нему, но это просто жестокая насмешка судьбы».
Итак, император и его бывшая императрица всё дальше и дальше уходили друг от друга, но в толпе слуг никто не заметил, что наследник Шу обернулся и не отводит глаз от Су И. Поскольку рядом находилась вдовствующая императрица, да к тому же Ваньянь Шу не хотел причинять отцу лишнюю боль, мальчик сделал над собой усилие и при встрече с Су И напустил на себя безразличный вид. Позже, когда вся толпа двинулась вперед, он воспользовался тем, что никто не обращает на него внимания, и принялся то и дело оглядываться назад. Как только Гуй Линь и Су И направились дальше по дорожке, Ваньянь Шу не смог сдержаться и резко вскрикнул. Он поспешно зажал рот рукой, а в расширенных от ужаса глазах показались две крупные слезинки, которым он лишь усилием воли не позволил покатиться по щекам.
Вдовствующая императрица и Ваньянь Сюй услышали возглас наследника и вернулись узнать, что произошло. Ваньянь Шу смотрел на отца сквозь завесу слез и долго не мог вымолвить ни слова. Потом он протянул руку и указал пальцем на фигуру Су И, которая к тому времени почти скрылась из вида.
Ваньянь Сюй, будучи непревзойденным воином, имел чрезвычайно острый глаз. Вдовствующая императрица, вглядываясь в даль, не заметила ничего необычного, император же сразу уловил, что Су И при ходьбе слегка припадает на одну ногу. Ваньянь Сюй задумался на миг — но сердце уже знало ответ. Внутри всё сжалось от внезапной боли, перед глазами упала темная пелена. Увидев, что император пошатнулся, Цзы Янь поспешно шагнула вперед, чтобы поддержать его. Давным-давно она вбила себе в голову мысль избавиться от генерала Су, тем более что по вине этого человека погиб ее старший брат. Девушка ненавидела Су И всей душой, ни разу не усомнилась в принятом решении и не выказывала к его страданиям ни малейшего сочувствия. Но в этот миг, увидев воочию, какое горе охватило ее господина, когда он провожал глазами одинокую тень, согбенную под гнетом незаслуженных обид, Цзы Янь неожиданно для самой себя почувствовала мимолетный укол жалости.
Тем временем император оправился от потрясения, мало-помалу вернул себе прежнюю царственную осанку и с теплотой обратился к Цзы Янь:
— С Нами всё хорошо. Идем, Цзы Нун уже, должно быть, подготовила лодку.
Услышав слова императора, слуги толпой обступили его, и все проследовали дальше, к Беседке Созерцания Волн.
Товарищ по играм и личный телохранитель наследника, Сяо Янь, увидел, что император и вдовствующая императрица ушли вперед, а его маленький хозяин не сдвинулся с места. Ваньянь Шу всё так же неотрывно смотрел вдаль, туда, где уже исчез из вида силуэт Су И. Сяо Янь потянул его за рукав и шепнул:
— Наследник, пойдемте!
Ваньянь Шу сделал несколько шагов, но внезапно остановился, развернулся и бросился бежать. Обеспокоенный Сяо Янь громко окликнул его. Ваньянь Сюй и его матушка разом обернулись. Вдовствующая императрица вздохнула, словно обращаясь сама к себе:
— Ох уж этот сорванец…
Затем она перевела взгляд на сына-императора, ожидая, что скажет тот. Какое-то время Ваньянь Сюй стоял с непроницаемым выражением лица, потом повернулся, чтобы продолжить путь.
— Пускай его бежит, — решил он.
Ваньянь Шу мчался без оглядки и остановился, запыхавшись, лишь когда нагнал Су И. Тот удивленно обернулся, увидел наследника и застыл как статуя. Гуй Линь обернулся вслед за ним и от растерянности тут же засуетился, притопывая ногами.
— Ай-яй, маленький негодник! — воскликнул он. — Что вы тут делаете один, без сопровождения? Этот человек — опасный государственный преступник, вашей бесценной персоне следует держаться от него подальше!
С этими словами он попытался схватить Ваньянь Шу, но тот только отмахнулся и вперил в Гуй Линя свирепый взгляд. Смотритель дворца так перепугался, что больше не осмелился даже голос подать.
Ваньянь Шу шагнул вперед, поднял голову, и несколько мгновений он и Су И смотрели друг на друга. Вдруг наследник присел на корточки и провел рукой по штанине Су И.
— Как… как это могло случиться? — захлебываясь слезами, выговорил он. — Это… это разве нельзя вылечить?
Наследник так искренне, так открыто выражал свои чувства, что сердце Су И невольно дрогнуло от волнения. Он наклонился, чтобы помочь маленькому Шу встать, и деланно улыбнулся:
  
— Что за глупости? Стоит ли плакать из-за пустяков? Или ты позабыл, кто ты такой? Разве подобает наследнику престола по всякому поводу слезы лить?
Эти слова сильно задели Ваньянь Шу. С громким выдохом он резко вскочил на ноги и в упор уставился на Су И. На лице наследника отразилась целая буря чувств: любовь или ненависть, обида или восхищение — кто знает, что это было? Все они сплавились воедино так, что не различить.