Индийский лекарь. Том 2 (СИ)

Сложилось впечатление, что у меня подозревают похожий диагноз. О котором принято не говорить на широкую публику.
Странно, но при этом чувствую себя хорошо. Каких-либо серьёзных отклонений в здоровье у меня не было. Может, я просто перепутали анализы? Такое тоже иногда случается.
Не успел вернуться домой, а уже нужно уезжать. Ладно, разберёмся!
* * *
— Вы по поводу результатов анализов? — обеспокоенно поинтересовался лаборант.
  
— Да, Аджай Сингх, участковый врач-терапевт в поликлиническом отделении,– представился я.
— Всё, всё, припоминаю, сейчас, — ответил лаборант, набирая мои контакты данные в поисковую строку ЕМСИЗ.
Начал громко работать принтер. Вскоре мне выдали результаты анализов на руки.
— Вот, собственно о чём я и говорил, — пожал плечами сотрудник лаборатории.
Это был результат биохимического исследования крови. Существенные отклонения по ферментам печени. А именно АЛТ и АСТ. Эти ферменты отвечают за работу печени, и они сильно повышены. Словно у меня гепатит или цирроз печени.
— Странно, — я слегка нахмурился. — Такие плохие анализы, а по самочувствию нет никаких отклонений.
— Только не думайте, что результаты анализов ошибочные, — сотрудник лаборатории пристально посмотрел мне в глаза. — В нашей больницы делают самые точные анализы. И мы не путаем результаты пациентов.
— Думаете, что нет смысла их пересдавать? — ухмыльнулся я.
Нельзя исключать ошибку в результатах исследования. Какая бы не было точная лаборатория, есть множество факторов, которые они не контролируют. Например, что ел пациент перед сдачей? Ведь многие совсем не готовятся, а это влияет на результаты анализов.
Нужно пересдавать. От ошибки никто не застрахован.
— Предлагаю вас записать на магнитно-резонансную томографию брюшной полости, — лаборант взял шаблон направления на исследование.
— С какой целью? — поинтересовался я.
— Вы же сами понимаете, доктор, — сотрудник лаборатории немного нахмурился.
Какая же у него стопроцентная уверенность, что результаты анализов верны. Должен быть хотя бы какой-то намек на болезнь. Единственное, что меня беспокоило — это усталость. Но это не связано со здоровьем, а моей лекарской магией. Она требует предельно высокой концентрации, что сильно изматывает.
— Хорошо, но я уверен, что отклонений никаких нет, — согласился я на прохождение МРТ-исследования.
Лаборант пристально посмотрел на меня, шмыгнув носом. Я тонко ощутил, что он подумал, даже не пользуясь видением чакр.
Прекрасно понимал его чувства. К примеру ситуация, когда сидишь на приеме. К тебе приходит пациент. В ходе сбора анамнеза у тебя сформировался предварительный диагноз, который можно подтвердить лабораторным исследованием.
Ты назначаешь анализы и получаешь результаты, которые подтверждают твои догадки. Сообщаешь об этом пациенту, а он отказывается тебя верить. Просит пересдать анализы, а ты в этом особо не видишь смысла.
Ну и ну. Не думал, что когда-нибудь окажусь в подобной ситуации. Где меня воспринимают не как коллегу-врача, а как скандального пациента, требующего пересдавать всё по нескольку раз.
Результаты МРТ всё покажут. Если есть такие скачки по ферментам печени, то исследование всё выявит.
Мне написали направление и спустился на первый этаж. Выйдя из больницы я пошел в ту часть здания, где находился кабинет МРТ.
— Добрый день, вы по какому поводу, доктор? — обратилась ко мне медсестра.
— Хотел бы поговорить с врачом-рентгенологом, — ответил я. — Я тоже сотрудник больницы, прохожу медицинскую комиссию. В анализах отклонения нашли. Направили снимок брюшной полости сделать.
— А вы что-нибудь ели? — нахмурившись, спросила медсестра.
Было два часа дня. Записали меня на исследование день в день, поэтому с очень высокой вероятность я нарушил правила подготовки к исследованию.
— Я завтракал в семь часов утра, — спокойно отметил я. — Прошло уже больше восьми часов.
— Ладно, ладно, — махнула рукой медсестра. — Сделаем, но вы же сами знаете, что к исследованию нужно готовиться за два-три дня.
— Знаю, поэтому беру всю ответственность на себя! — я едва заметно улыбнулся.
Не все пациенты тщательно подходят к соблюдению правил подготовки к медицинскому исследованию. И не всегда это приводит к существенному искажению результатов. Но всё-таки правил действительно следует придерживаться.
Из соседнего кабинета вышел врач-рентгенолог. Взяв направление в руки, он молча кивнул. Вот всегда так. Средний медперсонал скажет о правилах, а врач всё равно сделает. Потому что есть опыт работы с неподготовленными пациентами. Если забитый желудок мешает врачу, то он просто назначит исследование на другой день.
— Пройдемте, — позвал меня врач-рентгенолог.
Я вошел в соседний кабинет, где непосредственно делали МРТ.
— Как у вас самочувствие? Металлоконструкции в теле есть? Клаустрофобия? — спросил врач.
— Чувствую себя хорошо. Металлических предметов нет. Клаустрофобии тоже, — ответил я.
— Ранее делали МРТ брюшной полости? — спросил врач-рентгенолог.
Все люди отличаются друг от друга. Очень удобно отталкиваться от результатов прошлых исследований. Сразу видно динамику, что было до и как сейчас обстоят дела. Но не думаю, что прошлый носитель тела делал себе что-то подобное.
В другой клинике вряд ли бы просто так назначили пройти магнитно-резонансную томографию. Свободную запись ещё нужно постараться найти. А здесь даже повторный анализ не назначили, уже направление на инструментальное исследование.
— Нет, не доводилось, — ответил. — Поэтому в системе тоже снимков не будет
— Хорошо, понял, — ответил врач, ознакомившись с результатами анализов из лаборатории. — Тогда готовьтесь.
Я лёг на специальный стол, который стал плавно задвигаться внутрь большого, похожего на трубу, аппарата.
— Только не двигайтесь, — отметил врач-рентгенолог. — А то можно испортить результат снимка.
Аппарат стал издавать громко щелкающие и гудящие звуки. У многих людей начинается паранойя из-за нахождения в замкнутом пространстве. У меня подобных ощущений никогда не возникало. Всегда было интересно узнать причину этого иррационального страха от лица самого больного. Что он именно испытывает в этот момент.
— Как у вас самочувствие? — поинтересовался рентгенолог через громкоговоритель. — Скоро я вас попрошу задержать дыхания.
— Всё в порядке, — поспешно ответил я. — Дадите команду.
Дыхание просят остановить, чтобы избежать смазывание результата снимка из-за движения диафрагмы.
Я стал задерживать дыхание по команде врача. Теперь осталось полежать в аппарате примерно тридцать-сорок минут.
Некоторые пациенты думают, что МРТ намного вреднее, чем компьютерная томография. Ведь на исследование уходит так много времени. А с КТ всё намного проще. Очень быстро снимки получаются, лучевая нагрузка меньше.
Правда они совсем не учитывают, что принцип работы у этих двух аппаратов абсолютно разные.
Аппарат МРТ работает на основе магнитного поля и радиочастотных импульсов. В тканях человека находятся атомы водорода. Они откликаются на воздействие импульсов и магнитного поля, передавая изображение на монитор аппарата. Нет никакого вредного излучения. Абсолютно безопасный метод исследования, если нет противопоказаний.
Компьютерная томография делается с помощь рентгеновских лучей, которые, грубо говоря, накапливаются в организме. Они повреждают структуры ДНК в клетке. В перспективе это может привести к развитию опухолевых клеток в организме. Поэтому исследования должны проводиться только по реальной необходимости.
  
Хотя некоторые пациенты готовы облучиться с ног до головы, чтобы узнать о том же остеохондрозе шейного отдела позвоночника. Который есть у большей части людей в той или иной степени. Был ли в этом какой-то смысл? Может, у кого-то в таких ситуациях и исключают наличие грыжи, но в целом из-за обычной боли в спине делать КТ — просто глупость. И проблема тут не в пациентах, а во врачах, которые не всегда могут настойчиво запретить пациентам диктовать собственные условия.