Моя Нирвана (СИ)

— Миша!!! — визжит сестра и набрасывается на меня. Я крепко-крепко ее обнимаю и кружу в воздухе.
Когда я ставлю Иру на землю, со спины на меня запрыгивает брат.
— Да ты потяжелел в два раза! — смеюсь я и скидываю с себя Лешку. Поворачиваюсь к нему и крепко обнимаю.
— Ты был прав насчет девчонок в этом лагере, — тихо говорит мне на ухо и смеется.
Я отхожу от брата на шаг и удивленно на него смотрю. Замечаю, что Леша за эти пару месяцев сильно вытянулся и раздался в плечах. Сейчас он почти одного роста со мной.
Я приподнимаю вверх правую бровь, на что брат мне просто подмигивает.
— Мишка, я так соскучилась, — Ирочка снова меня обнимает, чем отвлекает от немого диалога с Лешей.
Пока родители затаскивают в квартиру их чемоданы, я еще раз обнимаю Лешу с Ирой. Как же я люблю своих мелких!
— Без вас было тухло, — мычу им в макушки. — Завтра же сходим куда-нибудь втроем.
Ира младше меня на семь лет, Леша — на десять. Я помню маму, когда она была беременна ими, помню, как они родились, и мы с папой забирали их с мамой из роддома. Помню их крики по ночам, которые не давали спать, помню их памперсы-пеленки-распашонки. Помню, как держал их младенцами в руках и кормил из бутылочки. Помню, как Ира однажды выплюнула соску, и она прилетела мне прямо в глаз. Помню, как Лешка года в три начал тянуть в рот все подряд и съел фиалку, которую бабушка выращивала в горшке… В общем, я долго могу вспоминать их в детстве.
— Соскучились? — папа с широкой улыбкой подходит к нашим обнимашкам и взлохмачивает волосы Ире и Леше.
— Да.
— Сильно.
Брат с сестрой отпускают меня и обнимают отца. Он, смеясь, пытается оторвать их обоих от земли, но не тут-то было.
— Какие вы оба тяжелые стали! — удивляется папа.
— Кроме бургеров и картошки фри, наверное, ничего там не ели? — мама приближается к нам и целует Лешу с Ирой. — Давайте мойте руки и за стол.
По случаю возвращения брата и сестры родители заказали еду из ресторана. Пока родители ее разогревают, мы с Ирой и Лешей заваливаемся на диван в гостиной.
— Ну что, мелочь, рассказывайте, как отдохнули без родительского надзора? — Я обнимаю их обоих и притягиваю к себе.
— Миш, прикинь, эта неудачница, — Леша кивает головой на Иру. — Даже не замутила ни с кем за два месяца!
— Ой, зато ты такого намутил! — тут же вспыхивает сестра.
— Ну-ну, не ругайтесь.
— Миша, — Ира обращается ко мне. — Ты представляешь, Леша начал встречаться с двумя девушками одновременно! А когда они обе узнали друг о друге, то подрались! Из-за Лешки подрались, прикинь!?
Я в удивлении поворачиваю голову к брату и смотрю на него, не мигая. Вот это новости! Кажется, мелкий в любовных похождениях скоро переплюнет меня. По крайне мере, ради меня девушки еще не дрались.
— Ой, да это две дуры были. — Брезгливо морщится. — Одна из Испании, вторая из Австрии. Они мне обе не очень нравились.
— А Сесиль? — Сестра как-то хитренько улыбается.
Брат тут же становится серьезнее.
— Что еще за Сесиль? — толкаю его в бок.
— Сесиль мне понравилась, да, — мечтательно отвечает. — Но она приехала на вторую половину августа, так что мы с ней только неделю помутили.
— Откуда она?
— Из Франции.
— Нашего Лешу тянет на француженок, — ехидно замечает Ира.
Брат тут же вспыхивает. Конечно, мы все трое понимаем, кого на самом деле сейчас имела в виду Ира. Я решаю подыграть сестре.
— Леша, зачем тебе какая-то Сесиль, когда у тебя прямо под носом есть француженка? — подкалываю его.
— Ты о ком? — делает вид, будто не понимает.
— Ну как это о ком. О Наташке Кузнецовой. Она же Натали Готье, — второе имя я произношу на французский лад.
Мы с Ирой внимательно наблюдаем за реакцией Леши. Брат делает, как можно более безразличное лицо. Пожимает плечами.
— Она просто моя одноклассница, — изрекает.
Ира громко смеется.
— Ну-ну, — скептически хмыкаю.
— И вообще, она француженка только наполовину! — злится. — Ну и она из тех девушек, которым нужны цветы, свидания, плюшевые медведи и вот это все, а я к таким подвигам не готов. Зачем мне это? Вокруг полно девушек, которые хотят со мной быть и без этого.
 
— Я недавно видел Наташу в Золотом ручье с каким-то парнем. Было похоже, что у них свидание. — Вру. Не видел я ее, но говорю это брату специально, чтобы посмотреть, как он отреагирует.
Лешины и без того большие голубые глаза от изумления становятся еще больше.
— Наташа? На свидании? Быть такого не может!
— Почему это?
— Потому что каждый парень, который хочет куда-то пригласить Наташу, сначала должен пройти фейс-контроль у ее отца. И я сильно сомневаюсь, что кому-то под силу его пройти.
— Тебе под силу, — сейчас я говорю Леше чистую правду.
Брат отрицательно мотает головой.
— Нет.
— Да брось, дядя Егор очень хорошо к тебе относится.
— Ага, но ровно до тех пор, пока я не начал подбивать клинья к его единственной дочурке. Не удивлюсь, если у него и ружье есть, чтобы отгонять от Наташи назойливых поклонников. Короче, с Кузнецовой связываться — себе дороже. — Машет рукой. — Другое дело — Сесиль. Не ломалась, не выделывалась, уже на втором свидании…
— Леша, избавь нас от подробностей! — возмущается Ира.
В этот момент родители начинают заносить в гостиную тарелки с едой, и мы трое замолкаем, а потом и вовсе перемещаемся за стол.
Наташа Кузнецова, о которой мы говорили, это дочка папиного друга, дяди Егора. Мать у нее француженка, а потому девушка очень хорошо говорит на этом языке. Да и в целом, наверное, французского в ней больше, чем русского, хоть она родилась и выросла в Москве.
Наташа учится с Лешей в одном классе, а значит, ей тоже 14 лет. Но выглядит она постарше. Вообще, у этой девчонки модельная внешность: ноги от ушей, отличная фигура, светлые волосы по пояс… Фотомодель, не иначе. Не удивительно, что Лешка тайно на нее облизывается. Впрочем, там, по-моему, половина их школы на нее облизывается. Но брат прав: путь к сердцу Наташи лежит через фейс-контроль у ее отца.
За ужином весь разговор крутится о поездке мелких в Великобританию и их впечатлениях.
— Мам, а может, я лучше в Лондон поеду учиться, а не в Гарвард? — спрашивает у родительницы брат. — Мне там очень понравилось.
Мама ему слегка улыбается.
— Нет, сынок, ты поедешь в Гарвард, — отвечает очень мягко, но сразу становится понятно, что спорить бесполезно.
Однако Леша все-таки предпринимает попытку.
— Но Лондон ближе, чем Америка! Я смогу чаще приезжать домой.
— Мы будем навещать тебя в Бостоне.
— Мне не понравилось в Америке, — корчит лицо.
— Ты туда едешь не навсегда.
Брат закатывает глаза.
— Ну окей, Гарвард так Гарвард. — Пожимает плечами. — Мне в общем-то не принципиально, просто Лондон ближе, чем Бостон, вот и все. Я бы смог чаще приезжать домой, а так мне без разницы, где учиться. Хоть в России.
— Нет! — мама категорично заявляет. — В России ты точно учиться не будешь. Тут нет ни одной нормальной бизнес-школы.
— А я в России буду, — встревает Ира.
— Ты уже определилась, куда хочешь поступать? — спрашивает папа. — Может, все-таки на юридический? — в его голосе звучит надежда.
— Ну нееет, — смеется сестра. — Ты меня не затащишь в свою фирму. У меня нет желания спасать преступников от тюрьмы. Адвокаты ведь защищают и насильников, и убийц… Нет! — категорично заявляет Ира. — Я подумала, что хочу стать первой женщиной-президентом России, поэтому пойду учиться на факультет политологии.
Родители давятся едой, у меня из рук выпадает вилка, Леша начинает ржать. Ира обводит нас всех глазами.
— Вы что, не верите, что я могу стать президентом!? — обиженно восклицает.
— Верим, дочь, верим, — отвечает сиплым голосом отец, едва откашлявшись. — Хорошая профессия. Полезная.
— Вы проголосуете за меня?
— Обязательно!
— А я нет, — смеется Лешка. — Баба — президент страны? Ее же решения будут зависеть от ПМС!