Второй шанс (СИ)
— Расскажи правду, — неожиданно советует Курама. — Только без встречи с нашим отцом, просто раскрой настоящую силу моей чакры, в самом простом ее применении.
— Как скажешь, — отбрасываю все свои колебания прочь, раз Рыжий согласен, стоит сказать. Обвожу всех присутствующих взглядом и с тяжелым вздохом отвечаю. — Биджу часть Джуби, а Джуби это воплощение природной энергии, каждый биджу получил свою особенность силы, а чистая энергия Кьюби — это жизнь и огонь, как самое сильное его проявление. Именно поэтому его сдержать могли только Узумаки и даже Сенджу, наиболее близкие по показателям жизненной энергии к нашему Клану, приняв его — умирали. Они просто не выдерживали такой консистенции чистой, без всяких примесей энергии жизни, которая еще и была пропитана эманациями чужой ненависти. Самый яркий пример Лес Смерти, он был выращен Хаширамой, чтобы избавиться от излишек подавленной в Мито-сама чакры Кьюби и теперь каждый может увидеть последствия этого.
— Неожиданно, — после непродолжительного молчания, первым приходит в себя то-сан. — Однако это ничего не объясняет.
— Согласна, но это единственное, что я могу предположить, — пожимаю плечами и выпиваю, оставшийся чай из кружки, а после с легким стуком ставлю его на стол. — Барьер не отреагировал на неагрессивно настроенного носителя и даже не включился в моей палате, а у парней, он среагировал на них самих, поэтому не задержал меня.
— Надо бы проверить, — протянул задумчиво почесывающий подбородок оджи-сан.
— Только без забора крови и других членовредительных порывов, — мгновенно отзываюсь я, в памяти еще свежи воспоминания того шприца, да и больницы с капельницами я никогда не любила, уж очень много времени в детстве там провела и воспоминания остались не самые радужные. Вряд ли, конечно, тут будет так же, но желания проверять нет.
— И не раньше, чем она восстановится, — тут же дополнила мою фразу ка-чан, за что я была искренне ей благодарна, все же я как-то не подумала о подобном, да и, имея возможность использовать чакру, шансов сбежать больше. Нет, я не боюсь оджи-сана, но как бы сказать… перестраховываюсь, вот! Все Узумаки личности увлекающиеся и проверять, насколько эта черта сильна в Акайо-оджи, мне как-то не хочется.
— Ладно, — согласился с нашими требованиями Акайо-оджи-сан.
— Ну, а теперь поведай нам, что ты забыла в палатах других джинчурики, особенно в палате родственника Мизукаге, — убедившись, что мы договорились, вмешался то-сан.
— Минато! — прошипела ка-чан.
— Не стоит, ка-чан, мне скрывать нечего, — поторопилась я встрять, ибо не хочется из-за их спора вновь остаться у разбитого стола, а учитывая некоторую слабость, увернуться от падающей еды мне не удастся. Ну и, ходить грязной, желания у меня точно нет. — Я и правда была у него в палате и как уже говорила, без моей помощи он бы не очнулся. Не знаю, что за печать применял Хируко, но она очень сильно истончила связи души и тела, по-сути если бы не Рокуби, что не захотел отпускать своего джинчурики так просто, он был бы уже мертв. Вернее не так, у нас бы на руках осталось живое тело без души, которое хочет, не хочет, захватил бы Шестихвостый. Я этому помешала, а вот как не скажу, все равно это для вас бесполезно, джинчурики среди вас нет. Впрочем, в том, что перед ней именно Утаката Теруми-сан убедиться сможет самостоятельно и довольно скоро.
— А Кушина? — насмешливо приподнимает бровь оджи-сан.
— Псевдо джинчурики и настоящий джинчурики, имеют достаточно различий, оджи-сан, причем, тут дело даже не в силе, — буркнула я и сложила руки на груди, сообщив. — И вообще, я больше ни слова не скажу, пока мне самой не ответят на пару вопросов.
— Каких? — фыркнул в чашку чая то-сан.
— Где Саске? — мой вопрос заставил подавиться чаем не только то-сана, но и сидящего рядом со мной ни-сана.
— Он у себя в Клане, — уклончиво отозвался оджи-сан, смотря, как я от всей души хлопаю Аоя по спине.
— И что? — отступать, я намерена не была, хотелось, наконец, увидеть его и убедиться что с ним все в порядке. Нет, я верила Кураме, что сообщил о его проблемах со зрением, но учитывая его пламенную любовь к Учихам, он мог сильно приуменьшить масштаб проблемы.
— Он ослеп, — будничным тоном сообщила ба-чан и, заметив на себе злые взгляды, довольно спокойно добавила. — От того, что мы не скажем ей об этом сейчас, проблема не исчезнет.
— Так-то это так, но… — немного растерянно возмутилась ка-чан.
— Не стоит, ка-чан, я что-то такое и предполагала, — поджимаю губы, останавливая возмущенную речь своей матери. — Мангекю слишком сильно нагружает глаза, а на арене ему сильно досталось, да и подавление биджу дело не простое.
— Если знала, зачем спрашивала? — возмутился Аой-ни.
— Я хочу с ним встретиться, — игнорирую возмущение ни-сана и просто пристально смотрю на то-сана, а после перевожу недовольный взгляд на оджи-сана. — Надеюсь, это можно будет устроить?
— Хорошо, я сегодня же переговорю с Фугаку, — соглашается то-сан, после короткого обмена взглядами с оджи-саном. — Но вряд ли получится раньше завтрашнего дня.
— Хорошо, — соглашаюсь, хотя и недовольна ответом. — Завтра, так завтра, а мне стоит немного отдохнуть.
— Конечно! — тут же реагирует ка-чан, а как замечает, что я начинаю зевать, прикрыв рот ладонью, так вообще развивает бурную деятельность. — Ни-сан, мы воспользуемся гостевой комнатой, — не дожидаясь ответа, поворачивается к Аою и приказывает. — Бери Наруто и за мной!
— Как скажешь, ка-чан, — обреченным тоном соглашается ни-сан, а я уже без сопротивления позволяю поднять меня на руки и куда-то понести. Разговор меня утомил, а сытная еда расслабила, мне захотелось спать, да и с биджу стоит поговорить, но немного позже, а сейчас спать.
Продолжение следует…
Комментарий к Глава 47. Приоткрыть завесу тайны
* - Шируко или ошируко, с почтительным префиксом — традиционное блюдо японской кухни. Представляет собой сладкую кашу из варёных толчёных бобов адзуки, в которую добавляют моти. Имеется несколько разновидностей шируко, например, с каштанами или пирожками из рисовой клейковины.
** - Якитори — жареная курица. Для якитори используются любые части курицы: белое мясо, красное мясо, желудки, кожица. Курица разделывается на небольшие куски, маринуется в специальном соусе и готовится на гриле.
========== Глава 48. Чужие чувства ==========
Не бечено!
Сон оказал благотворное влияние на мой организм, и утром я проснулась в благодушном настроении, готовой к новым совершениям. Впрочем, первый порыв вскочить и отправиться исследовать территорию прошел быстро, я все же помнила, что в гостях у родственников, поэтому у меня проснулось любопытство. Открыв глаза, я решила немного поисследовать выделенную от щедрот родственников комнату. Первым на глаза попалось окно, которое кто-то слишком заботливый оставил не зашторенным и оттуда мне прямо в глаза бил солнечный свет. Проморгавшись и прикрыв рукой глаза от яркого света, я продолжила осматривать комнату, которая на мое удивление, оказалась нежно-зеленого цвета с нарисованными кленовыми листьями, причем выполненных с удивительной точностью и с разбросом в цвете от молодой зелени до темно-красных. Ситуацию не портило даже ощущение того, что за внешним лоском скрывался целый комплекс печатей, которые не были активны или правильней сказать, мои параметры были внесены в охранный фуин-комплекс? Неважно.
Оставляю ненужные размышления и перевожу взгляд дальше, замечая стоящий в правом углу столик, на котором была пару книг, с подозрительно знакомой оранжевой обложкой. Встаю с кровати, которая оказалась не очень большой, обычной я бы сказала односпальной, только длинной, больше двух метров, и шлепаю босыми ступнями по полу к заинтересовавшему меня предмету. Попутно подмечаю, что меня переодели в мягкую пижамку, но интереса кто и когда это сделал у меня нет. Подойдя поближе к столику, убедилась, что глаза меня не подвели и на столе и правда лежали хорошо мне известные первые серии «Приди, приди, рай». Мда… интересно, а ка-чан видела, что мне оставили почитать? Вероятно, нет, иначе бы этих книжек тут бы не было.