Охотники и чудовища

— Ерунда! Пришлые попадают на Шарес через расколы между мирами и превращаются в серьезную для нас опасность. И твоя, как ты ее называешь, Лиза — тоже опасна. Для всех нас. Как только начнется трансформация…
— У меня и правда сейчас нет на это времени, — обернувшись, коротко бросил Стальной. Собирался подняться на антресоли, чтобы приступить к изучению верхних стеллажей, но замер на ступенях и тихо признался: — Она не смогла принять мою силу. Она слышит вейров, она из другого мира, но вместе с тем она отторгает магию.
— Невозможно, — окончательно сбитый с толку всем происходящим, прошептал Матис, а потом, словно утопающий, ухватился за это признание. — Ну так, может, она и не нэймесса?! А? Может, она местная. Просто… мало ли… Психическое расстройство у девушки или еще что.
Матис понимал, как глупо звучат его слова, но сейчас готов был наговорить что угодно, лишь бы убедить Мэдока не ставить на кон свою жизнь и свое будущее.
Не затевать это безумство.
— Вдруг она пройдет проверку? Тогда Рейкерд захлебнется желчью, а ты заживешь долго и счастливо со своей недонэймессой. Лучше не вмешивайся.
Мэдок и сам не раз задавался вопросом, что не так с его наиной. Почему, обладая даром, присущим только иномирянам, она не нуждается в магии. И голод начал проходить, вместо того чтобы продолжать расти. И вместе с тем родилась и выросла она на Земле.
— А если нет? Если не пройдет? Ты бы рискнул своей любимой, позволил бы ей умереть? И ты, и я — мы оба видели, что происходит с пришлыми после испытания. Смерть от меча куда милосерднее. Думаю, будь на месте Лизы та, которую любишь ты, ты бы не смог остаться в стороне. И уж точно не стал бы слепо доверять судьбе. Вот и я не могу и не стану.
На мгновение перед внутренним взором Матиса возникло лицо наины, что в последнее время не покидала его мысли, и страх в одно мгновение сковал тело, огнем обжег легкие. В тот момент хальдаг точно понял, кого сделает своей женой, как и осознал, прочувствовал на себе, что сейчас испытывает его друг.
— Я себя за это еще прокляну, но… Нужна помощь?
Тень улыбки мелькнула на лице де Горта.
— Мне нужна магия, и чем больше, тем лучше. А еще я бы не отказался от услуг Арха. Пусть передаст Лизе, чтобы не боялась. Завтра я заберу ее.
— Как будет угодно моему королю. — Матис прикрыл глаза, отдавая мысленный приказ своему вейру — разыскать в Каменном дворце наину герцога. — Надеюсь, твоя Лиза не питает гастрономической слабости к вейрам. Было бы жаль потерять старину Арха.
— Не потеряешь, — с усмешкой заверил друга Мэдок.
И продолжил поиски уже с д’Энгиеном.
  
ГЛАВА 21
 
Если Ансая рассчитывала своими признаниями заставить меня впасть в еще большее отчаяние, то глубоко ошибалась. Наоборот, во мне как будто открылось второе дыхание. Теперь мне не просто хотелось жить, я жаждала идти вперед и побеждать!
А что нужно, чтобы одержать победу над шайкой заговорщиков, помешанных на мести? Правильно, не позволить Мэдоку совершить глупость — умыкнуть меня с места проверки. Его, конечно, хлебом не корми — дай спасти свою наину, но пусть уж лучше поумерит рыцарский пыл и хотя бы раз попробует себя в качестве зрителя.
Был, конечно, риск, что «экзамен» я провалю. Пусть у меня отец хальдаг, но и про материнскую кровь не стоит забывать. К тому же всю свою сознательную жизнь я прожила на Земле и, может статься, Шарес меня все равно не примет.
Но я готова была рискнуть, готова преодолеть и эту преграду на пути к такому долгожданному счастью.
Осознание, что теперь мне известно, кем были мои родители, наполняло сердце одновременно и радостью, и грустью. Мне было горько от того, что их жизни так внезапно оборвались, и вместе с тем я радовалась, так как теперь знала, кто я.
Я не самозванка. Не чужачка. Я имею полное право носить имя своего отца. Я Адельвейн! И завтра сделаю все возможное, чтобы доказать это.
Чтобы остаться в этом мире вместе со своим любимым Стальным принцем.
Стоило принять решение, как у меня будто камень упал с груди. Невидимая тяжесть, не дававшая свободно вздохнуть, исчезла, оставило чувство безысходности. Все будет хорошо. Все у меня получится! Главное, как-то предупредить Мэдока.
 
И в этом заключалась самая большая проблема. Голову даю на отсечение, мне не позволят с ним встретиться. Да и на то, что Морс вдруг решит меня проведать, тоже не стоило надеяться. Не те у него габариты, чтобы пробраться во дворец незамеченным. Уже не говорю о Гертруде.
Вот если бы она в самом деле была курочкой…
Так или иначе, а опускать руки я не собиралась. Буду думать, пока что-нибудь не придумаю. Должна быть… обязательно должна найтись какая-нибудь лазейка. И я ее отыщу! Так и сидела возле камина, прокручивая в уме вариант за вариантом, и, к своему стыду, не заметила, как задремала.
Проснулась от странного, пугающего звука. Казалось, совсем близко зашипела змея. Неужели Ансая вернулась? Или меня изволила проведать сама стерва-королева?
Обернувшись, испуганно замерла, во все глаза глядя на подползающую ко мне змею. Самую что ни на есть настоящую. Мамочки! Отблески догорающего пламени подсвечивали ее изумрудную чешую, раздвоенный язык угрожающе подрагивал, а в больших красных глазах отражалась спальня и я, парализованная страхом.
Может, Рейкерд решил не рисковать и подослал ко мне эту ядовитую тварь?
«Не бойссся, не оби-и-ижжжу», — прошипела змея у меня в мыслях, но спокойнее от этого не стало.
То, что передо мной вейр, я и так уже догадалась. Оставалось выяснить, чей он и стоит ли хвататься за кочергу.
«Арххх, к вашим уссслугам, леди».
— При… приятно поз… знакомиться, — пролепетала я вслух, но так тихо, что и сама едва услышала.
«Привет вам от жжжениха и моего хозззяина».
— А хозяин у нас кто? — поинтересовалась осторожно, не выпуская из поля зрения закопченную железку.
«Сссамый лучччший хальдаг на сссвете, — преданно отрапортовал вейр. — Матиссс д’Энгиен».
Узнав, что это создание Матиса, я почти успокоилась. Полностью успокоиться не давал вид нависающей надо мной кобры. Один бросок, и никакая кочерга уже не поможет, я до нее попросту не успею дотянуться.
Глубоко вдохнув, постаралась взять себя в руки и, скосив на двери тревожный взгляд, спросила уже телепатически:
«Он прислал тебя только, чтобы привет мне передать?»
Надеюсь, поблизости не ошивается чей-нибудь вейр. Например, крылатая тварь Рейкерда.
«И сссказать, что ссспасет вассс завтрааа».
Так я и знала. Все ему подвигов мало. Сегодня спас — и хватит. Так нет же, снова рвется в бой.
Неугомонный мой.
Позабыв о страхах, что вызывало во мне красноглазое пресмыкающееся, я подалась к нему и взмолилась:
«Арх, миленький, передай Морсу… Мороку, а заодно и Гертруде, что не надо меня спасать. Вот совсем не надо. В этот раз я сама себя спасу, пусть только не мешает. Передашь, ладно?»
«Сшшшш…» — недоуменно отозвался вейр.
«Или еще лучше… Сейчас!»
Я подскочила на ноги и бросилась обыскивать спальню, чтобы найти что-то, на чем бы можно было нацарапать послание хальдагам. Как назло, писчими принадлежностями здесь и не пахло. Не было ничего, из чего я могла бы состряпать записку Мэдоку.
Шерты.
«Нет, написать ему я не могу, — признала нехотя, возвращаясь к змею, — но ты обязательно передай вейрам, чтобы не подпускали Мэдока ко мне. Как угодно! Пусть что-нибудь придумают, но не позволят ему совершить безумство».
«Жжжить надоело?» — флегматично поинтересовалось творение графа.
«Наоборот! Сейчас мне хочется жить как никогда! — заверила его с жаром и коротко пересказала разговор с Ансаей. — Скажи им, у меня есть шанс все сделать правильно, и я не хочу его терять».
 
«Передам — это не сссложно. Сссложнее вейрам противиться воле хозззяина».
— Они сильные. Справятся, — улыбнулась я, уверенная, что и Морсик, и Тру сделают все возможное и даже больше, чтобы не подпустить ко мне де Горта.