Метод Макаренко (СИ)

— Какая же ты сука, Леночка.
Девушка запрокинула голову и звонко рассмеялась.
— Этим тебе и нравлюсь.
Она поставила стакан на мраморный столик и прошла к кровати. Сев, призывно посмотрела на Ларина. Но он снова отвернулся к окну.
Раздражённо сдув прядь волос, она начала размышлять, что бы ещё этакого придумать, но Ларин оборвал ход её мыслей.
— А мне обязательно тащиться на этот открытый урок в понедельник? — поскучневшим голосом спросил он. — Я обещал Рите свозить её в Большой театр. Она мне этой поездкой всю плешь уже выела.
  
Теперь настала её очередь поскучнеть. Она терпеть не могла разговоры о его жене. Терпение, только терпение. Закончат со школой, и всё.
— Нет, — буркнула она. — Можешь не приходить. Урок вообще можно отменить или перенести. Придумаем, что-нибудь. С предстоящей проверкой эти открытые уроки уже не так важны, как раньше.
— Хорошо. Придумывай. Я не приеду. И Лена, нам нельзя упустить этот проект. На кону большие деньги. Очень большие.
— Да знаю я, — девушка растеряла всё своё игривое настроение. Разговоры о работе её уже порядком утомили, а упоминание жены — добило. Если Ларин терпеть не мог паузы, то она терпеть не могла быть вторым номером.
Она снова ушла в свои мысли, и эмоции ярко проступили на её лице. Поэтому она не заметила довольный, предвкушающий оскал своего любовника. Ларин, конечно же, заметил. Он вообще только этого и ждал. Это его возбуждало в ней больше всего.
Ему нравилась игра маленькой девочки, которая решила, что сможет нагнуть того, кто нагнул девяностые.
Это выделяло её на фоне других охотниц за его деньгами. Те просто раздвигали ноги, просили айфоны и всякие побрякушки, расплачиваясь овечьей покорностью и своим телом. Неудивительно, что они быстро ему наскучили.
А вот эта хитрозадая училка — совсем другое дело. Даже жаль немного будет от неё избавляться, когда она доиграет свою роль до конца. Он усмехнулся и пошёл к кровати.
Время разговоров прошло, он проголодался.
* * *
Новочепецк.
Квартира Истоминых.
Ну и накидались же мы вчера. Я еле оторвал голову от подушки. Вот ещё один сюрприз от моего нового тела — похмелье. Раньше я таким не страдал. А вот сейчас шатался по квартире, как привидение.
— Доброе утро, — с ехидцей в голосе поздоровалась Зоя Валентиновна. — Есть будешь?
К горлу подкатил ком, и я с трудом удержался от забега к унитазу.
— Нет, благодарю. Позже, — ответил я и присел на стул, стараясь лишний раз не шевелить головой.
Мать вздохнула и сжалилась. Передо мной на столе нарисовались рассол, аптечка, а затем и чашка с бульоном.
— Скорая помощь, — пояснила мать с улыбкой, глядя на то, как я тянусь к рассолу.
Припав к чашке губами, я начал жадно пить, и в жизнь буквально с каждой каплей возвращались краски.
— Поздравляю, Егор. Ты впервые напился.
Я удивлённо посмотрел на мать. Как впервые? Чем мой предшественник занимался в юности? А в студенческие годы? Он вообще жил? И тут же в голове родилась другая мысль: а с женщинами был хоть?
Наверное, все эти мысли живо проступили на моём лице, потому что мать рассмеялась. Чисто, звонко, от души как девчонка. Этот звук настолько не соответствовал её образу, что я даже усомнился, слышу ли его на самом деле.
Из комнаты послышался глухой стон.
— О, начальство твоё очнулось, — хмыкнув, сказала мать и выложила на стол второй комплект скорой помощи.
Я встал и, пошатываясь, побрёл за Игорем. Когда я вошёл в комнату, то застал его сидящим на кровати и тупо пялящимся на расстеленную на полу импровизированную кровать.
— Егор Викторович, — сипло проговорил он и прочистил горло. — А почему я тут.
— Ну, во-первых, мы вчера на ты перешли. А, во-вторых, после всего того, что между нами было, я не мог оставить тебя одного, — пошутил я.
— А что было? — испугался Игорь.
— Много, очень много алкоголя, господин директор.
— Бли-ин, ничего не помню, — схватился за голову брат обеими руками и скрючился.
— Ничего, возможно, оно и к лучшему. Пойдём на кухню, лечиться будем. А потом подумаем, как жену твою возвращать будем.
— Я и про жену рассказал? — ужаснулся Игорь.
— Угу, — подтвердил я. — С неё и начал. Пойдём, пойдём. А то мне и так хреново, а твой вид делает моей голове больнее.
С Игорем мы просидели, считай, до вечера. А потом решили, что он останется ещё на один день. Всё равно ему идти некуда. А так он мне хоть с подготовкой к открытому уроку помог.
Про детский бунт я ему рассказал. Он, как услышал, так корвалол затребовал, но я его успокоил, заверив, что всё нормально будет.
А вообще, впечатлительный у меня брат вырос. Он и в детстве был мягче, чем я. Но с возрастом это как-то усугубилось. Но радовало одно: Игорь без гнили.
Были у меня такие подозрения, врать не буду. Но за эти дни я убедился, что он искренне переживает о школе. И даже часть своих сбережений летом на ремонт школы отдал. Он рассказал, что её собирались закрыть из-за плохого состояния. Но кто-то пожертвовал приличную сумму денег, и школа была спасена.
И даже с пожертвованием нужной суммы не хватило. Вот он и решил своё вложить, за что его жена и пилила всё это время. Они на дачу копили, а он на школу потратил. В общем, брат у меня молодец, но мужика в нём будить всё же надо.
— Ваш тыквенный латте, — улыбнулась мне конопатая девчушка и протянула красивый стаканчик с логотипом заведения.
— Спасибо, красотуля, — поблагодарил я девушку и с сомнением уставился на стакан в своих руках. — Игорь, а это точно классное пойло?
В воскресенье вечером мы решили пройтись по городу, а когда брат узнал, что я не пробовал их новомодный кофе с разными добавками, то аж подпрыгнул на месте и потащил меня пробовать. Начать решили вот с этого, мол, тренд это. Последний писк моды. И в Москве все такое пьют. Ну, я решил попробовать.
— Угу, — ответил Игорь и отпил из своего стакана. — Вещь!
Я с опаской для начала понюхал этот кофе модный. Вроде ничего так. Хотя кофе с тыквой даже звучит сомнительно. Сделал глоток и…
— Ну и гадость этот ваш тыквенный латте, — вынес я свой вердикт. — Почему нельзя пить обычный, человеческий кофе? Что за извращения.
— Ничего ты не знаешь, Егор Викторович, — обиженно засопел Игорь. — Хороший и вкусный кофе. Ну хочешь, давай вернёмся и возьмём лавандовый раф.
— Э, не, — я выставил ладонь вперёд. — Давай притормозим и будем с модой знакомиться дозированно.
— Как скажешь, — согласился брат, и мы свернули на улицу, которая вела к моему дому. — Как ощущения перед открытым уроком?
Я пожал плечами.
— Да нормальные. Хорошо всё будет, чего переживать?
— Ну не знаю, — вздохнул Игорь. — Мне вот что-то боязно.
— Не ссы в компот — там повар ноги моет, — беззаботно отмахнулся я. При этих словах Игорь споткнулся и остановился. Я недоумённо посмотрел на него. — Ты чего?
— Так мой старший брат всегда говорил, — пояснил он.
— А-а, — протянул я, и дальше мы пошли молча.
Но практически у самого дома Игорь вновь заговорил:
— Знаешь, Егор… Но ты только не смейся.
— Ладно, не буду, — улыбнулся я. Эту фразу Игорь постоянно повторял в детстве. Да и не в детстве тоже.
— Нет, ты пообещай.
Я рассмеялся, а Игорь надулся. Во-во. Это тоже у нас было постоянно.
— Хорошо, обещаю, — проговорил я.
— Ты мне очень брата напоминаешь, — серьёзно проговорил Игорь. — Не внешне, конечно. Внешне ты хиляк в сравнении с ним.
— Ну спасибо, — буркнул я.
— Извини, — без раскаяния в голосе проговорил брат. — Но, как есть. Так вот, вы очень похожи с ним характером. Я как будто в юность вернулся, пока общался с тобой в эти дни.
  
— Брата твоего не знал, сказать ничего не могу.
— Да это понятно, — отмахнулся Игорь. — Я ж не говорю, что ты — это он. Ты всё же до него не дотягиваешь.