Метод Макаренко (СИ)

Если утром я хотел отказаться от классного руководства, то сейчас думал иначе. И дело даже не в том, что всё прошло гладко в общих чертах. Просто не привык я пасовать перед сложностями. А, когда этих сложностей и вовсе с гулькин нос, тем более нечего меньжеваться.
С этими жизнеутверждающими мыслями я и шёл к выходу из школы, предвкушая отдых дома.
На крыльце школы я повстречал брата, Павловну и Ларина. Они о чём-то беседовали, но суть их разговора я пока не слышал. При виде рожи бывшего друга, настроение неумолимо поползло вниз.
  
Пока возился с детьми, я немного отвлёкся, и Ларин вылетел из головы. А при его виде все воспоминания снова всколыхнулись. Мне стоило огромных трудов сохранить нейтральное выражение лица, когда поравнялся с ними.
— Егор Викторович, — обратился ко мне Игорь, когда я проходил мимо. — Как ваш первый день в качестве классного руководителя девятого Б?
— Всё отлично, — ответил я, останавливаясь. — Хороший класс, прекрасные дети.
После моих слов Павловна и Игорь переглянулись.
— Да-а? — С нескрываемым сомнением в голосе протянул брат. — Раз так, тогда это просто замечательно. Я же говорил вам, Виталий Тимофеевич, у нас прекрасные специалисты. Находят индивидуальный подход к каждому ученику…
Я не стал слушать, как разливается соловьём Игорь перед Лариным и, попрощавшись, сбежал по ступенькам. Краем уха зацепил фразу брата:
— Вы нисколько не пожалеете о своём решении.
Интересно, о каком решении не пожалеет этот упырь? Неужели и в самом деле выделит деньги школе. Сомнительно.
За день погода испортилась, и сейчас накрапывал меленький, противный дождь. Съёжившись, поспешил домой. Благо идти относительно недолго. Но далеко от порога школы отойти у меня не получилось.
Я услышал громкий визг тормозов, повернул голову на звук и увидел ярко-красную спортивную машину, из окон которой шарашил музон.
Водитель не особо заморачивался с тем, что он заехал прямо на школьный двор. Хорошо хоть детей на улице было мало, да и те находились в другой стороне.
Тем временем машина резко затормозила чуть ли не перед моим носом, зацепив колесом небольшую лужу. Я отскочил обратно на ступеньки, спасаясь от летящих во все стороны брызг. Это, блин, кто у нас тут такой резкий?
— К слову о молодых специалистах, — довольно проговорил Ларин. Выглядел он при этом как кот, обожравшийся сметаны. — А вот и он приехал.
Водительская дверь открылась и из неё показалась короткостриженая макушка, а после вылезло и остальное тело. Выглядел лихач колоритно. Яркая цветастая кофта с нарисованным Буддой в цветных кляксах, такие же яркие шаровары. На шее болтаются бирюльки всякие.
Несмотря на откровенно хреновую погоду, этот клоун был в очках, а ещё зачем-то держал перед собой телефон и что-то в него говорил.
Снова хлопнула дверь. Я перевёл взгляд и увидел, что возле машины стоит шкет лет пятнадцати — семнадцати на вид. Чёлка падает на глаза, такие же безразмерные штаны, которые волочатся по земле, кофта, сверху лёгкая. И всё такое же большое, будто с чужого плеча.
Пацан недовольно глянул на школу, презрительно поджал губы и поправил огромные наушники на шее. А вот первый лыбился в телефон, как дурачок и продолжал что-то говорить.
— Разрешите представить вам моих сыновей, — с гордостью в голосе проговорил Ларин. — Глеб Витальевич будет преподавать у вас английский. Он как раз только приехал из-за границы. Проходил там стажировку. Прежде чем он возьмётся за управление бизнесом, он должен научиться управлять хотя бы подростками, — пояснил Ларин и перевёл взгляд на второго пацана. — А младшего Никитой зовут. Он будет учиться в вашей школе.
От услышанного мне захотелось прочистить уши. Я не ослышался? Зачем отправлять своих детей в школу, которую пытаешься отжать и снести? Я не понимал мотивов Ларина. У него хватало ресурсов устроить обоих в новую школу. Это было бы логично. А вот то, что происходило сейчас, не билось с моими раскладами.
— Кстати, Егор Викторович, в вашем классе будет учиться. В девятом Б, — обратился ко мне Ларин.
— Счастлив слышать, — буркнул я, окончательно не понимая, какого чёрта здесь творится. Мало того что засунул детей в худшую школу города, так ещё и в самый неблагополучный класс мелкого отправил учиться.
— Это полный улёт, гайсы, — послышался голос старшего сына Ларина и он навёл на нас телефон. — Вы видите этот андеграунд? Это же чистейшее ретро. Короче, буду держать вас в курсе. Ставьте лойсы, подписывайтесь, ну и до новых встреч.
Он скрестил большой и указательный пальцы и зачем-то показал их телефону. Убрав его в карман, он снял очки и лучезарно улыбнулся нам.
— Намасте, православные, — проговорил он, соединив ладони и слегка поклонившись. — Ну и дыра у вас тут. Антуражненько. Наверное, и тараканы в столовой есть, да?
  
Глава 7
 
Вот клоун — это первое, что приходило на ум при виде старшего сына Ларина. Как бы я сейчас ни относился к Витале, но мне сложно было поверить, что у него вырос такой сын.
Между тем школьный двор больше не пустовал. К машине сначала тоненьким ручейком, а затем и полновесной рекой стали стекаться школьники.
Сначала вокруг нас собрались самые любопытные, держась на почтительном расстоянии, но потом…
— Ва-ау… — вырвалось у шкета лет десяти, который первым осмелился подойти поближе с разинутым ртом.
Глеб улыбнулся и кивнул пацану, мол, подходи, не стесняйся. После разрешения, к машине тут же потянулась и остальная детвора.
— Смотрите, какая она низкая! — прошептал кто-то ещё.
Один из старшеклассников оторвался от своего телефона и сделал несколько шагов, обходя машину спереди.
— Это, наверное, S-ка, — с важным видом заявил он. — Мотор, скорее всего, трёхлитровый, битурбо. Думаю, 450 лошадок где-то.
Другой щуплый и низенький пацан покачал головой и серьёзно возразил:
— Не, думаю, пятьсот с лишним.
— Ну, если это рестайл, то, может, и 480. Но 500 — это Turbo S уже, — всё с тем же важным видом потёр подбородок первый пацан.
О чём они говорили, я не до конца понимал. В моё время у машин были немного другие характеристики. Да и сам я не водитель. Поэтому не был силён в железе, другие интересы в жизни были. Вот велик починить, в радио покопаться — это да, это, пожалуйста.
— Ну вы и душнилы, — с ленцой в голосе проговорила какая-то девчонка. Они с подругой стояли чуть наособицу и с деланно равнодушным видом стреляли глазками в младшего сына Ларина. — Какая разница, сколько там лошадей? Выглядит классно! Вышка.
— А можно, мы селфи сделаем на её фоне? — оживилась её подруга.
— Можно, — со смешком разрешил Глеб.
Девчонки засуетились, вытащили свои телефоны и принялись позировать, щёлкая себя на камеру телефона. Теперь до меня дошло, чем занимался Ларин младший, когда только вышел из машины. Тоже, наверное, снимал себя на камеру.
— А можно, в сторис выложу? — улыбнулась та, что спросила про фото.
Глеб, не ответив, просто махнул рукой, мол, делай что хочешь. Его заинтересовал другой мелкий, который присел возле колеса и обсуждал со вторым диски.
— Двадцать первые, молодец, — похвалил его Глеб. — И да, керамика.
Постепенно стеснение у детей пропало с концами. Они свободно обсуждали машину и вели себя более раскованно. А вот я мысленно похвалил Глеба. Не такой уж он и клоун, каким показался на первый взгляд.
Грамотный заход, ничего не скажешь. Эффектно появился на крутой тачке, привлёк внимание как детей, так и взрослых. Вон, из окон весь женский коллектив пялится с любопытством и шушукаются. Про детей и говорить нечего. Так что поспешил я с выводами — далеко не дурак и на публику играть умеет.
  
— Привет, — протянул руку Глеб. Я задумался и не заметил, как он подошёл ко мне. — Я Глеб.
— Егор Викторович, — ответил я на рукопожатие.
— У-у-у, — протянул он. — Ты чё такой зажатый? Раскрепостись! — Он положил руку мне на плечо и нагнулся почти к уху. — Я знаю одну медитацию, отлично снимает напряжение. Потом научу.