Бесстрашие (ЛП)
— Ладно, я соврала!
Трей вскидывает бровь.
— Насчёт чего?
— Насчёт семьи. Я правда хочу когда-нибудь выйти замуж и родить детей. Ну, не прям завтра, конечно, потому что… эй, мне всего восемнадцать. Но я всегда об этом мечтала. Пока в моей жизни не началось всё это дерьмо.
Лицо Трея озаряется, словно я разожгла в его сердце огонь.
— Я тоже соврал.
— Что?
— Да, я определённо хочу жениться. Хочу детей, семью, жену. Полный набор. — Он смотрит мне прямо в глаза. — А точнее я хочу тебя в своей жизни.
У меня перехватывает дыхание. На секунду я позволяю своим мыслям улететь далеко-далеко. Перенести меня в будущее, где мой самый большой страх — не влезть в свадебное платье. Моё воображение рисует, как я иду по дорожке к алтарю, готовясь связать жизнь с любимым человеком. А там уже стоит и ждёт меня Трей. Да, именно Трей. Только он.
Мои пальцы играют с волосками на его затылке.
— Я тоже, — отвечаю шёпотом.
Трей улыбается, глядя на дорогу.
— Мы говорим о том, о чём я думаю?
— Думаю, да.
У меня мурашки по коже.
— Ты выйдешь за меня? Когда-нибудь?
Я улыбаюсь так широко, что аж щёки болят.
— Да. Да!
Держа руль, Трей берёт свободной рукой мою ладонь, подносит к своим губам и целует с такой нежностью, что бабочки внутри меня приходят в восторг.
— Ты даже не представляешь, как я счастлив это слышать.
— Я люблю тебя.
— Не так сильно, как я тебя.
Возвращаюсь на своё сиденье и улыбаюсь ему.
— Что ж, придётся в этом вопросе остаться каждому при своём мнении.
* * *
Как только до лагеря остаётся меньше часа, Трей связывается с Пейдж по радио, чтобы предупредить её о нашем прибытии и чтобы не поднимали тревогу, заметив правительственную машину. Голос Пейдж звучит с помехами, но она явно нас услышала и поняла. Сказала что-то про то, что подготовит места для новых людей.
Доехав, мы останавливаем грузовик между двумя холмами. Зейн и Чез паркуют квадроцикл прямо за нами. Мы втроём стоим в стороне, пока Трей отпирает замок и открывает грузовой отсек.
Картина предстаёт душераздирающая. Босые мужчины, женщины и дети с круглыми от страха глазами жмутся друг к дружке. Их человек тридцать, не меньше. Женщины плачут, крепче прижимая детей к себе.
У меня сводит живот при мысли, что всех их собирались скинуть с дамбы. Я представляю, как они падают с огромной высоты, их тела разбиваются о бетон… Сжимаю кулаки, впиваясь ногтями в кожу, чтобы удержать самообладание.
Трей поднимает руки и подходит ближе.
— Всё хорошо. Я не причиню вам вреда. Вы уже в безопасности. — Никто не шевелится. Трей предпринимает новую попытку: — Мы спасли вас из больницы и привезли в место под названием лагерь оппозиционной группы «Зенит». Мы позаботимся о вас, обещаю.
Пожилой мужчина поднимается на ноги и неуклюже подходит к выходу из грузовика. Он обхватывает лицо Трея ладонями и с благодарностью целует в обе щеки.
— Спасибо, сынок. Спасибо!
Остальные следуют за ним, вставая один за другим и выбираясь из грузовика. Некоторые пожимают Трею руку, другие целуют в щёки или обнимают. Маленькие дети обхватывают руками его ноги.
Трей ведёт группу к лагерю. Я обгоняю всех, чтобы взять его за руку и крепко сжать.
— Ты настоящий герой, — шепчу я, глядя на него с восхищением.
— Как и ты.
Когда мы добираемся до лагеря, нас встречают как зенитовцы, так и граневцы. Среди них я замечаю маму и сестру. Крепко обнимаю их обеих, после чего мама спешит помочь только прибывшим женщинам обустроиться. Эмили приходит в восторг, когда видит Зейна. Он поднимает её и кружит в воздухе. Она радостно хохочет.
Как только он ставит её на землю, Эмили убегает к другим детям. Очевидно, она рада приезду тех, с кем можно будет играть. Пейдж приводит группу к столу с мясом и овощами. Как бы я ни хотела это признавать, но я впечатлена тем, что она смогла организовать всё это за столько короткий срок.
Когда все поели и обустроились, Трей устраивает внеплановое собрание у костра. Он приглашает узкий круг людей — Пейдж, Трину, Нэша, Грея, Чеза, Ашера, Зейна и меня. Сначала он рассказывает про новый указ, о котором в лагере уже слышали. Джаред и Трина оперативно проинформировали всех, как только вышла новость. Затем Трей описывает увиденное им в больнице.
— То есть я правильно понимаю, — говорит Пейдж, — что если бы вы не угнали этот грузовик, все эти люди были бы уже мертвы?
— Да. А там таких сотни.
— Мы должны это как-то остановить, — возмущается Грей.
— Рад слышать, что не я один этого хочу, — откликается Трей. — Думаю, нам стоит организовать небольшой отряд, который отправится обратно в Легас. Этому нужно положить конец.
Пейдж складывает руки на груди.
— Как ты себе это представляешь?
Вместо Трея ей отвечает Зейн:
— Уничтожив больницу и главное здание «Мэтч-360». Когда там никого не будет, разумеется.
— Зейн, — вмешиваюсь я, — ты уверен? Ты готов уничтожить всё, что создал твой отец?
— Знай он, как его труды используются правительством, он бы разозлился, — уверенно заявляет Зейн. — Он бы хотел, чтобы я это остановил.
— Я в деле, — сообщает Нэш.
— Я тоже, — присоединяется Трина.
— Если Трина идёт, то я тоже, — добавляет Грей. Трина посылает ему воздушный поцелуй.
— Пейдж? — спрашивает Трей.
— Кто-то должен остаться и помочь новоприбывшим. Мы с Ашером останемся в лагере.
— Это правильно. — Трей разворачивается ко мне. — Ты тоже останешься.
— Нет, я с вами.
Он не может просто бросить меня здесь!
Трей поднимает брови.
— Ладно. Но ты будешь слушаться меня.
В такие моменты он ведёт себя как глава лагеря, а не мой парень. Своему парню я бы ни за что не позволила так со мной разговаривать.
— Хорошо.
Трей разворачивается к Чезу.
— Я останусь, — говорит тот. — Мне норм.
— Прости, дружище, но ты нужнее там. Ты один у нас такой с экстраординарными хакерскими навыками.
Чез поникает.
— Но можно я буду оставаться всё время в машине?
— Да, конечно. — Трей хлопает Чеза по плечу, затем обращается к остальным: — Постарайтесь отдохнуть. Завтра выезжаем на рассвете.
Когда народ расходится, я отправляюсь на поиски мамы и Эмили.
Мама помогает рыжеволосой женщине поставить палатку.
— Сиенна, — обращается она, увидев меня, — это Зои.
Зои улыбается мне.
— Ты ведь одна из тех, кто нас спас, да? Не было возможности в полной мере поблагодарить вас всех. — Она берёт меня за руку и покачивает, нисколько не давя. — Спасибо.
— Не за что. Я рада, что мы вовремя там оказались.
— А мы-то как рады!
Зои снова начинает натягивать шкуру поверх брезента.
— Зои, — зову я, — вас можно кое о чём попросить?
Она выпрямляется.
— Да, конечно.
— Перед больницей был мужчина. Он всё кричал про свою пропавшую жену. Вы, случайно, его не знаете? Ну, в смысле вас не разлучали с семьёй?
Зои опускает уголки губ, её скорбь видна невооружённым глазом.
— Всех нас разлучили с семьёй, милая. Мы можем только надеяться, что нашим близким удалось сбежать.
— Скажите мне, кто у вас. Я их найду. Мы выезжаем утром.
Глаза Зои наполняются слезами.
— У меня муж и дочка. Ей всего десять.
— Как их зовут?
— Эзра и Энни.
— Как вас разлучили?
Зои вздыхает, её подбородок дрожит.
— Когда мы только приехали в больницу, нам дали форму для заполнения. У меня всегда были проблемы со здоровьем, так что они сразу, увидев мой лист, увели меня.
— А ваш муж?
— Эзру и Энни попросили посидеть в зале ожидания. Им сказали, что их ответы всё ещё обрабатываются.
— А потом что?
— Меня привели в большую палату, где стояло много кроватей. Сказали, что им нужно сделать несколько анализов, что это будет совсем не больно. Меня чем-то укололи, а дальше я ничего не помню. Очнулась уже в грузовике со всеми этими людьми, которых вы спасли. — Слёзы текут по её щекам. — Они собирались нас убить, да?