Орден хрустального черепа (СИ)
– Чего не сделаешь ради настоящей любви, – легко улыбнулся он, словно речь шла вовсе не о его жизни и смерти. – Я должен тебе, Кира. За все те годы, что меня не было рядом. Считай это моим свадебным подарком.
Я молча затрясла головой не в силах справиться с подступившим к горлу комком.
– Ну-ну, моя хорошая, – Вирго подошел и неловко обнял меня за плечи. – Не жалей обо мне, как и я ни о чем не жалею. Выше нос, Кирсана Кирстон-Бейлор, ты дочь выдающихся родителей и способна справиться с любой бедой.
– Да… – всхлипнув протянула я, но звук был больше похож на жалобное «ква-а».
– Я устал от этого мира, – честно признался он мне на ухо. – И с нетерпением ожидаю встречи с твоей мамой. Будь счастлива, дочь моя. Прощай!
Он развернулся и бодрым шагом направился к ящеру, а стояла и молча смотрела ему в след, бессильная повлиять на что-либо. Наблюдала, как величественно он вскидывает руки и из его ладоней вырываются десятки черных упругих лент и опутывают мертвую тушу. Как вздуваются и наливаются тьмой вены на его теле, когда он пытается вырвать у смерти ее законную добычу. Как постепенно светлеет и исчезает его тело, когда он перекачивает свои силы в тело Стентона и тот понемногу оживает. Как почти растворившись в воздухе, он вдруг поворачивается ко мне и посылает прощальный воздушный поцелуй, и я в ответ шлю ему такой же. Как лукавая улыбка расплывается на его красивом уставшем лице. Как окончательно приходит в себя Стентон, а мой отец исчезает из этого мира навсегда.
На миг все замирает в немой тишине, а затем взрывается громким криком.
Не в силах справиться с горем, я падаю на колени.
Проходит некоторое время, прежде чем я успокаиваюсь и прихожу в себя. Тэтчерд собирается допросить Стентона и я хочу при этом присутствовать.
Скованный магическими путами, хитрый и некогда могущественный потомок знаменитого Балазара более не представлял угрозы для магического общества. Теперь до конца жизни ему предстоит находиться в отдалении от общества, у подножия Северных гор, регулярно сбрасывать излишки накопленной магии в специальный артефакт и вести дальнейшее существование под строгим надзором гвардейцев и паладинов. И пускай это не те страшные холодные казематы в которых сидели мы, но прожить остаток жизни не смея даже отлучиться по нужде без чужого разрешения…не думаю, что Стентон предпочел бы эту участь смерти.
Мы воспользовались служебным порталом и уже через какое-то мгновение оказались в месте заключения графа. Поначалу мне казались странными спокойствие и уверенность Рэда, когда он решал, где именно будет содержаться граф. Но все сразу же встало на свои места, стоило мне увидеть того, кто встречал нас около портала. Застава у подножия Северных гор находилась под командованием Габриэля Вирэ.
– Как же я рад вас видеть, – сердечно приветствовал он, обнимая нас и пожимая руки. – Похоже, что в этот раз я пропустил все веселье…
– Ничего, на твою долю его выпадет еще не мало, – хмыкнул Рэд. – Я слышал, что и у вас на границе было неспокойно.
– Верно. Участились набеги из соседнего государства, – подтвердил брат. – Похоже, тамошний король жаждет урвать наши земли.
– Не хотелось бы допустить войны, – задумчиво пробормотал Тэтчерд и приказал. – Отведи нас к Стентону.
– Да, сэр. В соответствии с вашими распоряжениями его еще не допрашивали, – без тени иронии по-военному четко отрапортовал Гэйб. Сейчас он отвечал не брату, но своему непосредственному командиру.
Обстановка в доме, где лорду Стентону предстояло провести остаток своей жизни, выглядела по-солдатски неприхотливо, но тем не менее здесь было все самое необходимое для жизни. Грубо сколоченная дубовая мебель, печка-каменка с набором медной посуды (граф теперь был вынужден готовить себе сам), небольшой камин в гостиной и единственная кровать рядом с медным умывальником в небольшой спаленке.
Сам он сидел за столом и смотрел в окно, где невдалеке раскинулся захватывающий пейзаж заснеженных гор. Когда мы зашли в дом, он лишь едва взглянул на нас и жестом пригласив сесть, снова отвернулся к окну.
– Мы пришли вас допросить, – проинформировал Рэд, усаживаясь напротив Стентона. – Нас интересует все, что связно с вашей деятельностью в рамках тайного ордена чернокнижников. Ваши планы, действия, имена всех известных сообщников и помощников.
Граф долго молчал, а затем не поворачивая головы вдруг спросил:
– Как вы поняли, что это был я?
– Я не… – начал было Азриэль, но Стентон его перебил.
– Я спросил не у вас, – и повернув голову уставился на меня.
– Мой отец – некромант, – призналась ему я. – Его кровь помогла мне увидеть сквозь морок.
– А-а-а, магия против магии, – протянул мужчина. Казалось, что мой ответ его разочаровал.
– Она лишь подтвердила то, о чем я догадалась раньше, – поспешила ответить ему. – Вспомнила как в одном из разговоров леди Трени упоминала, что вынуждена проводить время в вашем обществе и как ей это надоело. Однако к тому моменту вас уже продолжительное время никто не видел при дворе. А когда нить расследования привела нас к потомкам древних керубов, мы вначале принялись искать кого-то вроде василиска или виверны. И даже подозревали господина Лерана с его корнями аспидов. Но потом я вспомнила, что ящерицы являются прародителями всех змей. Они достаточно древние, чтобы ваш предок выбрал именно их в качестве второго облика.
– Да-да, все так, – воодушевленно закивал Стентон. – Я не надеялся, что кто-то поймет эту легенду правильно. Ведь она как раз о том, что хитрость побеждает силу. Балазар сумел сохранить бесценную реликвию. Череп Нериды передавался в нашей семье из поколения в поколение вместе с надеждой однажды заполнить его сильной магией, достойной древних богов. Поэтому, когда в поле моего зрения попался Айрон Бувье со своей идеей поиска редких видов магии и перераспределения магического мира, я счет это знаком свыше. Указал путь к бесценной реликвии, даже предоставил свой дом в пользование для его сессий. Он решил назвать свой культ Орденом хрустального черепа. Я же подкинул ему идею о том, чтобы никто из адептов не знал друг друга в лицо. Так было легче соблюсти тайность. Дождавшись, когда череп Нериды наполнится до краев, я просто отравил всех в очередную из встреч и забрал его себе. Это была вынужденная мера и я пошел на нее.
– Похоже, вы не в курсе, – вмешалась я. – Леди Трени оставила потайную дверь открытой, так что большинство адептов выжило.
Мужчина удивленно воззрился на меня, а затем безразлично хмыкнул:
– Следовало отравить ее тогда вместе со всеми. Полагаю, что наличие некой слабости к лорду Бувье, не позволило довести задуманное до конца. Беспросветная глупость с ее стороны.
– Айрон Бувье умер, – поведал Рэд.
– Тем лучше. Туда ему и дорога, – сухо отреагировал Стентон. – Итак, еще вопросы?
– Каким был ваш конечный план? – выпалила я и покраснела, когда все взгляды обратились ко мне. – В смысле, я хочу сказать, вы же не рассчитывали прожить под личиной герцога Вирэ до конца жизни?
– Конечно же нет, – снисходительно улыбнулся граф. – Это была лишь временная маска. В надлежащий час первый паладин его покойного величества должен был получить смертельное ранение и погибнуть смертью храбрых на поле боя. Но перед тем, он должен был официально передать корону доблестному графу Стентону, потомку великого Балазара, героически проявившему себя в бою. Законная передача власти от уполномоченного лица и корона моя по праву.
– Зачем так сложно? – все еще недоумевала я.
– Мало получить власть, гораздо сложнее удержать ее в руках, – отозвался мужчина. – И для этого необходимо, чтобы народ (и в особенности армия) поддерживали и шли за тобой добровольно. А для этого требовалось получить корону из рук того, кому доверяют все.
– Разумно и дальновидно, – вынужденно признал Тэтчерд. – Но о каком поле боя идет речь? Мы ведь не находимся ни с кем в состоянии войны.
– О, разве набеги из северных земель вам ни о чем не сказали? – изумился Стентон. – Неужели вы думаете, что я затеял бы подобное только ради одного королевства? Они нужны были мне все.