Январский гром (СИ)
Всего за десять недель сотворили, по сути, станковый пулемет с ленточным питанием, немного переделав имеющийся образец — немыслимо короткий срок для оружейников срок. Пусть даже работали круглосуточно, не уделяя времени на сон — все равно невероятно быстро.
— Что-то здесь не так, — пробормотал Дегтярев, внимательно рассматривая свой пулемет с установленным «модулем». Причем, это он отметил сразу, возможность использовать дисковый магазин была сохранена.
— Нет, за десять недель такое сделать невозможно — тут каждая деталь на своем месте, все там, где надо, продумано до мелочи. Такое быстро не выдумать, несколько месяцев уйдет, а то и год, пока схему представишь. Тут знать надобно, и представлять, чего ты хочешь. Ощущение, что ленинградцы получили готовые чертежи, или, по крайней мере, им толково объяснили или даже показали, что конкретно нужно сделать. Тогда да, за десять недель внести все эти новшества возможно, но не придумать. Ведь что получается — вначале модернизировать пулемет, потом на его основе сделать ленточное питание, создав «модуль». А тут все сразу, похоже, одновременно делали, вот в чем загвоздка. А так не бывает…
Василий Алексеевич покачал головой — он начал свой путь оружейника именно на Сестрорецком заводе, работая вместе с генералом Федоровым. И «отлаженную» конструкцию узнавал сразу, они еще с Владимиром Григорьевичем на эту тему часто говорили. И тут не «изобретение», тут четкая и многократно выверенная и доведенная почти до совершенства конструкция, которую просто так с «чистого листа», как говориться не создашь за столь короткий срок, немыслимый, можно даже так отметить.
— Выходит, что над моим «дягтярем» кто-то очень долго работал, и плодотворно, раз такое отличное оружие вышло вместо хорошего. Интересно, кто это мог быть? Или Судаев настолько гениален? Тогда этот пулемет впору назвать ДС, вместо моего неудачного «детища». Был ДШК, почему мы не появится ДС-41? Вполне подходит…
Положив пулемет на стол, Василий Алексеевич задумался. Он перебрал множество оружейников и конструкторов, двое или трое могли так «отладить» ДП, но за год-полтора, не меньше. Но тогда зачем они скрывались, и почему дав чертежи, сами не обозначили проведенные работы, ведь «стреляющие» образцы у них имелись. Или это на самом деле сотворил Судаев, причем работая, скорее всего после «зимней войны».
— В любом случае надо ехать в Ленинград, посмотрю на «Красный инструментальщик» — можно ли там наладить выпуск этого «чуда», или нет…
«Дегтярев пехотный» и его модернизированный вариант — как говорится найдите три отличия, что сразу бросятся в глаза…
Глава 6
— Но ваш самолет Су-2, Павел Осипович, все же необходим, что бы не говорили о «летающем танке», — Кулик успел заметить странный взгляд Сухого, когда упомянул про Ил-2, видимо у авиаконструктора на этот счет имелось свое особое мнение, но предпочел не высказывать его маршалу.
— И этот самолет очень нужен в войсках, особенно на северных направлениях действующих — тут войсковая авиация должна иметь большую дальность полета. Да и обогрев в кабине очень даже кстати для тех, кому приходится подниматься в небо в Заполярье, где постоянно две зимы — одна долгая и белая, а другая короткая и зеленая.
Шутка не удалась, все только чуть улыбнулись, демонстрируя, что оценили слова маршала, но и только. Прекрасно понимали конструкторы, что если прелюдия начинается именно с юмора, то тот может в любую минуту стать для них самих «черным», со всеми вытекающими отсюда последствиями, особенно в присутствии секретаря ЦК, «всесильного» товарища Жданова, «выдернувшего» их в Ленинград, будто морковку из грядки.
— Самолет нужен в первую очередь для корректировки артиллерийского огня, и этому не придается должного значения, а жаль. Но мы постараемся убедить товарищей из ГАУ, что такое положение дел нестерпимо, и стрельбу из тяжелых орудий требуется постоянно корректировать, чтобы не растрачивать впустую снаряды. А теперь второй момент…
Кулик сознательно сделал паузу, растягивая момент — зато внимание к нему неимоверно возросло, что должно сыграть свою роль.
— Очень необходим самолет поля боя с несколько иными, чем у штурмовика Ил-2 задачами. Я говорю о варианте, который нужен для действий против таких целей как корабли и катера противника. А здесь главное точность бомбометания, способность уложить 250 кг бомбу точно в цель, в том числе и с пикирования. Кроме того, есть другие способы борьбы — вы ведь «блинчики» камнями по пруду делали в детстве?
Ответа на вопрос не требовалось — авиаконструкторы только кивнули, но продолжали молчать, видимо не до конца понимая, куда завернет мысль маршала. А потому старались все выяснить по максимуму.
— Топ-мачтовое бомбометание та же штука — а небольшой одномоторный самолет для таких атак подходит гораздо лучше, чем двухмоторный, да и неизбежные потери обходятся таким образом «дешевле», а это тоже нужно учитывать. Дальность полета у вашего Су-2 больше, чем у Ил-2, что для полетов над карельской тайгой или Балтийским морем немаловажно, особенно если действовать с аэродромов Ленинградского узла или Моонзунда. А бронирование пригодное против пуль винтовочного калибра не играет роли, когда противник «садит» по вам с 20 мм «эрликонов» или 40 мм «бофорсов», а только напрасно утяжеляет самолет. Так что для северного направления Су-2 и нужен — как легкий бомбардировщик, с функциями штурмовика и пикировщика в зависимости от модификации, и корректировщика. Простота управления делает его доступным для новичков, тем более с дублированным управлением. Для этого именно в Ленинград и перевезли харьковский завод №135 — цеха с оборудованием для него есть, берите любой из двух пустующих заводов, не говорю про ГАЗ-23 — этот потребуется для вашего истребителя И-185, Николай Николаевич.
— На мой истребитель нет в достаточном количестве моторов М-71, товарищ маршал, их еще не выпускают, — негромко произнес Поликарпов, внимательно смотря почему-то на маршальские петлицы.
— Есть М-82, двигатели доставят из Молотова, их сделали около сотни. Мотор уже в серии, его будут доводить, причем быстро. Вначале сделают систему непосредственного впрыска топлива в цилиндры, затем подвергнут мотор форсированию, доведя в течение года мощность до тысячи семисот лошадиных сил, что будет вполне приемлемо не только для утяжеленной модификации «сушки», но и вашего истребителя. Нельзя ждать когда поставят на серийное производство мощный мотор, которому требуется как минимум годичная доводка. Самолеты требуются немедленно, под них имеются моторы, только ящики разобрать. Есть станки, есть люди, есть заводы. И есть готовые самолеты, что уже испытаны именно с этим мотором. Су-2 делать немедленно, подготовительные работы проводятся вот уже месяц. Делать, и делать — они очень нужны стране. И уже состоят на вооружении!
— Павел Осипович, прошу вас немедленно заняться заводом №135 лично, вы в прошлом году там были главным конструктором, вам окажут любое содействие. Подчеркиваю — любое содействие. Ваши самолеты нужно выпускать, мотор под них имеется, все материалы то же. Более того, привезли из Харькова весь оставшийся там задел по Су-2, из которого можно начать собирать шесть десятков самолетов, но уже с моторами М-82, под который ваш самолет прошел все испытания. И есть постановление ГКО на этот счет — бомбардировщик Су-2 нужен фронту.
В кабинетной тишине негромко заговорил Жданов, и стало понятно, что от желания Сухого теперь уже ничего не зависит, решение принято за него. И все правильно — есть все, надо приниматься за дело, в противном случае уже «вырисовывается» саботаж. А теперь настал момент для «надавливания» на Поликарпова, чем воспользовался маршал.
— Да, ваш истребитель с мотором М-82 не показал заявленных характеристик, да и не мог показать. Но то, что даже с таким мотором он не хуже самолетов Лавочкина и Яковлева — это не только мое мнение. К тому же после необходимых работ по форсировке добавятся четыре сотни «лошадок» — этот «табун» точно будет, из мотора выжмут все возможное. К этому времени самолет будет летать, и воевать как надо, многие проблемы в его производстве будут решены наилучшим образом. Думаю, Андрей Александрович, — Кулик повернулся к Жданову, что вошел в «игру» главной фигурой, и теперь от секретаря ЦК зависело многое.