Идол (СИ)
Дыхание спирает от возбуждения, мне хочется ее в своей кровати, а не снова в клубе в вульгарной обстановке, но Алиса не даст мне такой возможности. Подбираюсь к низу трусиков, отодвигаю их в сторону и уже поглаживаю горячие нежные складочки, целуя пульсирующую венку на ее шее.
— Не надо, пожалуйста, — уже жалобно стонет она, а сама откидывает голову мне на плечо.
— Я не сделаю ничего плохого, — дышу ей в шею, немного прикусывая кожу. — Маленькая моя, — вместе с шепотом обвожу клитор, ощущая, как Алиса содрогается. Ослабляю хватку, веду рукой по животу вверх, накрываю грудь, перекатывая пальцами соски и массируя клитор. Вдыхаю запах нежности, чувствую дрожь по ее телу и рваные выдохи. Девочка подавляет стоны, и я намеренно нажимаю на клитор, вырывая из нее звуки удовольствия.
— Я хотел бы тебе много чего сказать, маленькая, — шепчу ей на ушко, пока она такая податливая и раскрытая, — но слова ничего не значат, — целую ее в плечо и приглушенно стону, ощущая пальцами прилив ее влаги.
— Ах, — выдыхает Алиса, уже не сдерживая себя, когда я сжимаю сосочек.
— Позволь мне быть рядом, прикасаться к тебе, дарить наслаждение, оберегать, заботиться… — растираю клитор, ощущая, как трясутся ее ножки. Мне самому хочется выть, поскольку возбуждение зашкаливает. Тяжко чувствовать, какая она горячая, мокрая, тугая и покорная и не находиться глубоко внутри нее. — Брось все, маленькая, поехали ко мне, — нашептываю, продолжая играть с ее сосками и массировать клитор, который уже пульсирует. — Хочу ласкать тебя, целовать, попробовать каждый кусочек твоего тела и долго, мучительно тебя присваивать, — ускоряю движения пальцев, растирая плоть. — Хочу, чтобы ты кричала от удовольствия подо мной. Хочу тебя всю себе. Не просто хочу, а навсегда!
Алиса задыхается, уже несдержанно красиво стонет, пытаясь сжать ноги, но я не позволяю, немного грубо их раздвигая коленом. Мне самому не хватает кислорода от возбуждения и болезненного желания.
— Богдан, — рвано, глотая воздух, так сладко произносит она, содрогаясь, кончая в моих руках, теряя равновесие. Но я стискиваю ее, сильнее прижимая к себе, и проскальзываю мокрыми пальцами внутрь, чтобы ощутить, как сокращаются ее тугие мышцы.
Меня самого сносит от возбуждения и немного шатает, я впитываю ее эмоции и пьянею. Подхватываю мою сладкую девочку и сажаю на стол. Хватаю за подбородок, целую дрожащие губы, поглощая последние стоны, наклоняюсь, веду языком по бархатной коже шеи ниже к груди. Ловлю губами бусинку соска, играю языком, а потом сильно всасываю, чувствуя, как ее пальчики, поглаживают мои плечи. Во мне борются дикое возбуждение и нежелание трахать ее в вип-комнате клуба, чтобы наш второй раз не ассоциировался у нее с первым. Поднимаюсь, поправляю ее бюстгальтер и укладываю себе на грудь, пытаясь дышать глубже.
— Бл*ть! — ругаюсь сквозь зубы. — Поехали ко мне, маленькая.
Мне не нужен ответ, я просто заглядываю в ее пьяные глаза, спускаю со стола и тяну Алису за собой. Главное, чтобы она пришла в себя и не сопротивлялась. Нет у нас дороги назад. Сдавайся, моя хорошая, я все равно не отпущу.
Мы выходим из комнаты, и я крепко сжимаю ее маленькую ладонь.
— Алиса?! — позади нас раздается голос Германа, и я стискиваю челюсть. — Куда это вы собрались?! — голос строгий, словно я его подчинённый.
— Гера, не сейчас, — отмахиваюсь, но чувствую, как Алиса начинает приходить в себя и упирается.
— Алиса, ты на работе! — кидает он, выводя меня из себя.
— Она больше здесь не работает! — заявляю и стискиваю ладонь, которую Алиса пытается вырвать.
— Алиса? — Герман переводит взгляд на девочку, не веря моим словам, но я не позволяю ей говорить.
— Гера, просто не лезь! — пытаюсь говорить спокойнее. — Она уходит со мной.
— Да я не против, пусть уходит. Только почему ты говоришь за нее? — прищуриваясь, спрашивает Герман. — Алиса?!
— Да отпусти ты меня! — вдруг оживает девочка и вырывает свою руку. — Я никуда не ухожу! — заявляет она.
Гера победно усмехается, и меня накрывает неконтролируемой ревностью. Алиса идёт к нему, но я грубо хватаю ее за запястье и притягиваю к себе. Не самое хорошее решение, чтобы расположить к себе девочку, но я уже себя не контролирую.
— Ты идешь со мной!
Хватаю ее, закидываю на плечо, прижимаю за задницу к себе и, не обращая внимание на ее крики, несу вниз по лестнице.
— Богдан! — нагоняет меня Герман.
— От*ебись! — почти рычу сквозь зубы и быстро иду к черному выходу.
Я заберу отсюда свою девочку, запру в своей квартире и буду выяснять с ней отношения, пока она не сдастся.
ГЛАВА 20
Богдан
Всю дорогу Алиса со мной не разговаривала, не сопротивлялась и не пыталась сбежать. И это настораживало. Тихая и покорная Алиса только в моих руках. Похоже, она что-то задумала. Я утащил ее из клуба без верхней одежды, и девочка обнимает себя руками, хотя в машине не холодно. Скорее всего, она закрывается от меня. А я хочу знать, что сейчас творится в ее голове.
Паркуюсь на стоянке возле своего дома, достаю из сумки на заднем сиденье свою толстовку и протягиваю Алисе. Не берет, продолжая смотреть в окно, будто меня нет.
— Ну, если ты хочешь опять идти на моем плече в одном бюстгальтере и с задранной юбкой, то я не против. Шокируем консьержа и соседей, — усмехаюсь я, и Алиса выхватывает у меня толстовку и надевает ее.
— А есть хоть один шанс, что ты отвезешь меня домой?
— Не сегодня, — качаю головой, выхожу из машины, открываю дверь для Алисы и подаю ей руку.
Она долго медлит, оглядывается по сторонам, словно ищет помощи, а потом устало вздыхает и подает мне руку. У нее очень горячая ладошка, хотя всю дорогу складывалось ощущение, что девочке холодно. Мы молча поднимаемся в мою квартиру.
— Чего ты хочешь от меня? — тихо спрашивает, скидывает туфли и идёт в гостиную, садится на диван и закрывает лицо руками.
— Я хочу тебя… — сажусь рядом с ней и чувствую, как ее немного потряхивает. — Тебя рядом со мной.
— Когда-то я об этом мечтала, — усмехается Алиса.
— А я не оценил… То сообщение отправила Юлиана. Я ничего не знал.
— Уже неважно. Ничего не вернёшь, — тихо отвечает Алиса.
Хочу ее обнять, беру за плечи, ощущаю дрожь, и мне это не нравится. Прикасаюсь тыльной стороной ладони к ее щекам и понимаю, что девочка горит.
— Солнце, у тебя температура?
— Не знаю, может быть. Отпусти меня домой, — устало просит она.
— Теперь точно нет. Раздевайся. — Встаю с дивана и нависаю над Алисой.
— Ты с ума сошел? — бормочет она.
— Ай-яй-яй, кто о чем думает, — усмехаюсь я, убирая волосы с ее лица. — Раздевайся — в смысле переоденешься в удобную одежду и ляжешь в кровать. Просто спать, если ты не поняла, — посмеиваюсь я.
— Я не хочу здесь спать, — пытается сопротивляться, но сил совсем нет.
— А я не спрашиваю, чего ты хочешь, — разворачиваюсь и в иду в спальню за футболкой.
Расправляю кровать, достаю из комода белую футболку и теплые носки. Иду в ванную открываю аптечку и беру градусник. Алиса уже лежит на диване, закрывая тыльной стороной ладони глаза, и меня, черт побери, это пугает. Уже не спрашиваю ее ни о чем. Просто подхожу, аккуратно сажаю и начинаю снимать одежду.