Идол (СИ)
— Что ты имеешь в виду? — не понимаю, о чем она говорит. Я не святой, но никогда не позволял ничего большего, чем просто секс. Все девки одноразовые, никаких повторных встреч, дабы избежать навязчивости.
— Не перебивай меня! Это не имеет значения!
— Продолжай, — театрально кланяюсь, вновь падая в кресло. Не могу принимать ее монолог всерьез. Но пусть выговорится, а потом скажу я.
— В общем, я устала быть никем! Я хочу получить статус твоей невесты, жены. Я не хочу, чтобы нашу пару обливали грязью. Мне плохо от этого! Я хочу заткнуть всем рты! Ты знаешь, сколько нервных срывов у меня было?! Нет? Да тебе же наплевать на мои чувства!
Ее голос срывается, пришло время финального аккорда развернувшейся драмы. Юлиана падает на диванные подушки и зарывается в них лицом. Допиваю ром, вдыхаю, смотря на Юлиану, и понимаю, что на этом стоит завершить.
— Посмотри на меня! — требую, но она не реагирует. Подхожу к девушке, хватаю ее за плечи и насильно поднимаю, зарываюсь в волосы, сжимаю их на затылке, фиксируя, чтобы смотрела мне в глаза. — У меня нет, не было и не будет к тебе никаких возвышенных чувств. Была похоть, и то со временем и она стала испаряться. Да и у тебя, дорогая моя, чувств тоже нет, задели твое самолюбие, и ты спешишь доказать всему свету, что Сотникова — королева положения. Вот что для тебя важно! А мне абсолютно плевать! Переживи это, пожалуйста, сама, не выплескивая на меня эту чушь. От тебя я хотел легкости и ни к чему не обязывающих отношений. Ты красива как сопровождение на разные встречи. Ты сексуальна и развязна в сексе. Ты не выносила мне мозг, и я мог с тобой расслабиться. Вот что меня устраивало, — понижаю тон, смотря ей в глаза.
— Но… я так понимаю, пришло время расстаться. Если тебе так будет легче и выгоднее, можешь назвать меня на всю страну козлом и обвинить в измене. Обелишь себя в глазах общественности.
Отпускаю девушку, слегка толкая на диван, и выхожу из гостиной. Вновь иду к бару и наливаю ещё спиртного. Меня начинает раздражать присутствие этой женщины. Юлиана соскакивает с дивана, всхлипывая, бежит в комнату и начинает собирать чемодан. Делает она это все громко, намеренно оставляя дверь широко открытой.
— Ты относишься ко мне как к вещи! И всегда относился! И я больше не намерена это терпеть!
— Браво! Наконец, до тебя дошло! — усмехаясь, кидаю я.
Все правильно, если женщина начинает требовать то, что ты не можешь ей дать, пришло время расстаться. Беру бокал и ухожу на веранду, сажусь в кресло и глубоко дышу морским бризом.
* * *Через час на мой телефон приходит сообщение от тренера: «У тебя бой через несколько дней. Срочно вылетай!»
Отдохнул, вашу мать! Хотя отдых был уже испорчен Юлианой. Форму я не потерял, но и не настраивался на бой. Ненавижу такие сюрпризы и спонтанные бои! И мне очень не нравится, когда такие решения принимаются без меня. Отставляю стакан со спиртным в сторону и просто дышу. Прикрываю глаза и выкидываю из головы Юлиану. Думаю лишь о том, что мне нужно в кратчайшие сроки прийти в форму. Как, бл*ть, тренер мог согласиться на бой в такие короткие сроки? На что он рассчитывал? Что я на отдыхе веду монашеский образ жизни?! Я бухал, валялся на пляже и трахал Юлиану. Не самые лучшие занятия за несколько дней до боя!
Я расстался с Юлиной — невелика потеря, но я чувствую себя опустошенным и разбитым.
Дышу глубже, погружаясь в себя, перед глазами проносятся мысли о тренировках, отдыхе, суете, последнем бое, истерике Юлианы и… синих невинных глазах. Цепляюсь за них, останавливая хаотичные картинки. Красивые бездонные глаза, нереальные, они поглощают меня, и я поддаюсь. А потом картинка меняется — те же глаза, только полные боли и слез, и это тоже чертовски красиво. Мне часто видятся эти глаза, они приходят из ниоткуда и так же уходят в никуда. Я помню маленькую невинную Алису. Нет, я не хочу ее вернуть, но забыть не могу. Иногда мне даже нравится зависать, вспоминая эти глаза. Такое маленькое приятное воспоминание, не более. Меня ещё никогда так не цепляли глаза, губы, запах и даже слезы…
На мои плечи ложатся женские руки, опускаются на грудь, царапая ногтями, окутывает цветочно-кокосовый запах, и синие глаза рассеиваются, как туман — Юлиана прогнала мое видение. Ее губы скользят по виску, щеке, скулам, а пальцы комкают футболку. Перехватываю ее руки и откидываю от себя. Встаю с кресла и иду в бунгало, слыша, как Юлиана идёт за мной.
— Повернись. Посмотри на меня, — просит томный голос.
Оборачиваюсь и вижу Юлиану в прозрачном белье. Резкая перемена настроения от «Я не намерена это терпеть» до «Посмотри на меня» даже не удивляет. Девушка поняла, что я не буду ее останавливать и мне плевать на ее истерики.
— Красиво, но совершенно бесполезно, — говорю и иду в комнату собирать чемодан.
— Ну, прости, не знаю, что на меня нашло. Ты прав, нам намного комфортнее в свободном формате. Давай забудем все, что мы друг другу наговорили и… — Юлиана заводит руки за спину и расстёгивает бюстгальтер.
— Ты бы лучше не тратила силы и по-настоящему собрала чемоданы, мы улетаем, у меня бой.
— Это значит, я прощена, и между нами все хорошо?!
— Это значит, что мы летим домой. У меня бой. А нам нужна пауза.
Возможно — затяжная, а может, мы вообще из нее не выйдем.
ГЛАВА 11
Богдан
От боя отказываться нельзя… И он будет! Слишком много заинтересованных. В аэропорту нас встречает всё тот же Жорик. Мужик суетится, что-то бормоча себе под нос, хватает сумку Юлианы и спешит к машине. По дороге он рассказывает мне о деталях боя и то, что он состоится через четыре дня.
— Ох*еть!? А что не прямо сейчас?! — сквозь зубы цежу я. — Я, бл*ть, почти две недели бухал, жрал и трахался!
— Богдан! — возмущается на заднем сиденье Юлиана.
Поворачиваюсь к ней и, видимо, мой взгляд заставляет ее замолчать. Девушка утыкается в свой телефон и, надувая губы, что-то пишет.
— С тренером говори, это его решение. Соперник не очень опытный, думаю, за три дня мы приведем тебя в форму. Сейчас сразу в зал, уже все собрались, только тебя ждут.
— Юлиана, тебя домой? — на автомате спрашиваю, обдумывая бой.
— Нет, можно меня к родителям отвезти?
— Нет. Это далеко. Времени нет! — кидаю, не слушая ее недовольное сопение.
В зале меня ждут наверняка те, кто вложил деньги в этот безумный марафон под названием «бои без правил». И если тренер согласился, значит, деньги немаленькие. И всем наплевать, готов я или нет, все считают только прибыль. Бои — это тоже бизнес, который приносит реальные деньги всем участникам. А я — выгодный товар. Пока на пьедестале, я востребован. Как только меня с него сместят, моя цена значительно упадет.
Прохожу в зал и замечаю тренера и двух незнакомых мужиков. Все оборачиваются ко мне и осматривают оценивающими взглядами, а я в ответ сканирую их. Брендовые костюмы, дорогие часы, запонки из белого золота — понятно, что музыку заказывают именно они. Тренер соскакивает с места и идет ко мне, но не успевает и рта открыть, как один из мужиков его пренебрежительно перебивает:
— О, это, я так понимаю, наш чемпион? — из него так и сочится ехидство.
Будто он не знает, кто я такой. Если они уже запланировали бой и готовы вложить деньги, то явно знают обо мне больше, чем я сам. Ухмыляюсь, беру стул, двигаю его ближе к мужикам, намеренно скрипя ножками, и вальяжно сажусь, взмахивая рукой и призывая их продолжать. Тренер стреляет в меня недовольным взглядом. А мне глубоко плевать, какой статус у этих мужиков, пресмыкаться я не собираюсь. Ненавижу такой тип людей, которые не умеют «выключать боссов». Если он управляет тысячью людьми и перед ним все кланяются, то это не значит, что я должен делать то же самое. Мое будущее не зависит от них. У нас взаимовыгодная сделка, и как раз их доход зависит от меня, от боя, который я должен выиграть, так что пусть молятся на меня.