По следам исчезнувших

Лекси, уже поднявшая телефон повыше, чтобы снимать себя с более выгодного ракурса, обернулась и недоуменно посмотрела на него.
– Стрим хочу запилить. А что?
– Я же говорил, когда выезжали: пока мы здесь, никаких стримов, постов и даже просто фоток в соцсетях!
– Но снимать-то можно? – с вызовом спросил приятель Лекси. Стася не запомнила, как его зовут. – Вон она снимает.
  
И он кивнул на Стасю. Та испуганно посмотрел на Макса.
– Снимать можно. Вернемся – и можете постить, сколько угодно. Не забывайте нас тегнуть. Но пока мы здесь – тишина в эфире. Ясно?
– Я так понимаю, все это к тому же еще и незаконно, да? – хмуро уточнила Нина. – Стась, ты аккуратнее тогда. А то на срок себе и нам наснимаешь.
– На срок – едва ли, – успокоил Макс. – А вот если нас здесь прихватят, придется платить штраф. Так что кто будет нарушать правила, улетит в черный список и больше с нами никуда не поедет. Всем понятно?
– Да тут все равно интернет еле тянет, – заметил Андрей, пока Стася испуганно кивала. – Стрим точно не пойдет, фотка и та полдня грузиться будет.
Он убрал смартфон в карман куртки, а Макс улыбнулся:
– Вот и славно. Заходите. И наслаждайтесь моментом. Не каждый день в таких местах бываете.
Стася взяла Нину под руку и потянула вперед, поскольку та, как казалось, не собирается двигаться с места. Андрей побрел за ними, следом на территорию лагеря вошли Лекси с приятелем, а последними – Макс и Лера. Макс прикрыл ворота, но обматывать их снова цепью не стал, повесил ее на одну из створок.
Ближе всех к входу находилось вытянутое двухэтажное здание, вполне капитальное и к тому же кирпичное, в отличие от домиков, видневшихся дальше – сплошь деревянных. Плитка, которой были выложены дорожки между зданиями, конечно, давно потрескалась, швы проросли травой, но в целом территория выглядела если не ухоженной, то как минимум вполне обжитой. Немного блеска навести – и можно хоть завтра принимать гостей. Впрочем, возможно, внутри здания выглядели менее презентабельно и имели множество незаметных на первый взгляд проблем.
– Неплохо для заброшки, – заметил приятель Лекси, озвучивая мысли Стаси. – Когда это место последний раз использовалось по назначению? В девяностых?
– В девяностые это место, прямо скажем, уже не совсем по назначению использовалось, – поправил Макс. – Как лагерь оно проработало с шестьдесят пятого по восемьдесят шестой. Здесь все культурно выглядит только потому, что примерно год назад в лагере киношники работали. Они немного потратились и все здесь привели в более-менее божеский вид, особенно административное здание.
Он указал на вытянутый кирпичный дом, который они почти прошли, и остановился.
– Они здесь жили, пока снимали. Кстати, если кому-то нужно, тут есть туалет. Рабочий и достаточно чистый. Место, прямо скажем, не совсем заброшено. Просто по назначению давно не используется. А так-то здесь охрана время от времени все проверяет. И даже электричество есть, а в туалете есть вода.
– Я бы зашла, – объявила Лекси.
Нина и Стася были того же мнения, поэтому вся группа отправилась прежде в административное здание. В туалете оказалось всего две кабинки, одну из которых проворно заняла Лекси, а Стася великодушно пропустила Нину во вторую.
– А что снимали киношники? – поинтересовалась она у Макса и Леры, дожидаясь своей очереди.
– Да какой-то ужастик. Или триллер… – Лера неуверенно посмотрела на Макса. Тот лишь важно кивнул.
– Про те события? Из девяностых? – уточнил Андрей.
– Да нет, – презрительно отмахнулся Макс. – Что-то про кукол в заброшенном лагере, по какой-то дурацкой книге. Типа «Пробуждение куклы» или что-то вроде того.
– А зачем снимать вымышленную историю, когда тут реальная такая богатая? – подпирая плечом стенку, лениво поинтересовался приятель Лекси. – Люди ж любят ужастики, основанные на реальных событиях.
Макс и Лера переглянулись.
– Те события теперь мало кто помнит, – тихо и как-то мрачно сообщила последняя.
– Их долго замалчивали, а то и вовсе отрицали, что нечто такое случилось. Вот и забылось.
– Или же просто кто-то придумал это все, чтобы тур лучше продавался, – хмуро заметила Нина, выходя их кабинки под аккомпанемент сливного бачка.
– Ну, можешь и так думать, если тебя это утешает, – усмехнулся Макс.
⁂
С полчаса поводив немногочисленную группу по территории под леденящие душу подробности, Макс дал всем еще полчаса на свободную прогулку и фотографирование, напомнил о запрете постить что-либо до отъезда и попросил не опаздывать.
– Нам обратно пилить те же пять часов, а темнеет сейчас рано. До того, как солнце сядет, надо бы добраться до шоссе, а то на проселочной дороге, как вы помните, фонарей нет.
– Полчаса не слишком мало? – с улыбкой поинтересовалась Лера, когда неформальные туристы разбрелись в разные стороны.
– Ты же знаешь, как это обычно происходит, – поморщился Макс, обнимая ее за плечи и подталкивая в сторону административного корпуса. – Хорошо, если минут через сорок они действительно начнут собираться. Но в любом случае раньше, чем через час, не тронемся.
Лера кивнула, а потом вдруг сбилась с шага и остановилась.
– В чем дело?
– Там кто-то есть, – сообщила она, напряженно глядя на здание, к которому они направлялись. – Кто-то мелькнул у входа.
– Да нет там никого, – пожал плечами Макс, проследив за ее взглядом.
– Сейчас нет, а только что кто-то был! – настойчиво возразила Лера. – Еще когда мы в туалет заходили, мне показалось, я что-то слышала. Как будто внутри кто-то находился вместе с нами.
– Что же ты ничего не сказала?
– Потому что, когда прислушалась, ничего не услышала, а мне не хотелось никого пугать. Кто это может быть?
– Может, Семеныч здесь? Других сторожей тут вроде нет. Но он знает, что мы приедем, и обычно не мельтешит здесь, только ворота без замка оставляет.
– А сегодня не оставил, – напомнила Лера. – Может, не его смена?
– Он бы предупредил. Сейчас наберу его, спрошу.
Макс достал смартфон, вызвал из памяти нужный номер. На том конце хоть и не сразу, но все-таки ответили.
– Привет, это я. А ты тут?.. Да просто нам показалось, что мы видели кого-то, думали, ты здесь. А кто-то еще здесь может быть из ваших?.. Ну, из сторожей. Просто понимаешь, какое дело, мы приехали, а на цепи замок… Чего-чего… Пришлось его срезать! Если не ты его повесил, значит, кто-то еще за лагерем следит?
Голос в трубке повторил ему то, что Макс и так знал: других сторожей нет. И одного-то много! Значит, Семеныч просто забыл снять замок или даже поленился приехать ради этого, и теперь делает вид, что не понимает, в чем проблема.
– Ладно, я понял! Раз не твой замок висел, значит, я тебе и не должен ничего. Логично? Вот и я так думаю. Я ворота цепью обмотаю, как обычно, а ты уж сам новый замок ищи.
На этом он сбросил звонок и снова потянул Леру к зданию.
– Нет тут никого. Идем. Я кофейку хочу выпить, пока эти гуляют.
– А дрипы взял? Я терпеть не могу ту растворимую бурду, которую Семеныч тут хранит. – Лера наморщила носик.
– Да взял я, взял, – хмыкнул Макс. – И себе дрип взял, и тебе. Тебе с французской ванилью, между прочим, как ты любишь.
– А?..
– И одноразовые картонные стаканчики тоже взял, и бутилированную воду. Все в машине лежит, сейчас принесу.
Он оставил Леру у входа в административное здание, предложив ей сразу идти на кухню, чтобы не мерзнуть лишнего. Помещения первого этажа пусть и слабенько, но все же отапливались.
– Лучше я тебя здесь подожду, у входа, – заявила в ответ Лера, слегка поежившись.
  
Однако, когда он вернулся от машины с пакетом в руках, у дверей ее не оказалось. Видимо, холод все же переборол страх перед померещившимся ей чужаком.
– Ну что, нет здесь никого? – весело поинтересовался Макс, стремительно влетая в кухню, где Лера по логике должна была его ждать.