Жар твоих рук

— Конечно нет, — Арлисс снова изобразила на лице наивную улыбку. — Энди и Хитер помогут мне помыть посуду, а ты отведи Джека в гостиную и займи его беседой.
— Я уверена, что Джеку точно уже пора ехать.
— Честно говоря, времени у меня навалом, — нагло заявил Джек.
Мэри-Джо не помнила, как они оказались в гостиной. Из кухни раздавались звуки льющейся воды и детский смех.
Она не стала терять времени даром.
— Что вы здесь делаете, Джек?
Хотелось бы ему знать ответ на этот вопрос! Он и сам не понимал, что заставило его прийти сегодня в этот дом, если не считать смутного ощущения, что между ними должно что-то произойти.
Интуиция по-прежнему подсказывала Джеку, что Мэри-Джо не имеет никакого отношения к поджогу. Но разум возражал, что он думает так, потому что неравнодушен к этой женщине. Джек действительно был к ней неравнодушен и снова почувствовал это в тот самый момент, когда она подошла к входной двери, после того как дети впустили его в дом. При одной только мысли о том, что он может ошибаться и Мэри-Джо окажется виновной, Джека начинало подташнивать.
— Хороший вопрос, Мэри-Джо. Действительно, что это я тут делаю? Ах да, я ведь уже говорил, — произнес он. — Инспекция.
— Инспекция лишь предлог, и мы оба это понимаем.
— Тогда, может быть, вы сами скажете мне, зачем я пришел сюда?
— Чтобы сунуть везде свой длинный нос в поисках доказательств.
Это было довольно близко к истине, и Джек решил, что лучше держать рот на замке.
Глаза Мэри-Джо расширились.
— Так вы действительно думаете, что я подожгла магазин и украла часы?
— Я никогда этого не утверждал.
— Вам и не надо ничего утверждать. Иначе зачем вы здесь?
Джек пожал плечами.
— Может быть, потому, что вы так и не сказали мне, когда же начнется наш роман.
— Забудьте об этом, — процедила Мэри-Джо сквозь стиснутые зубы. — И убирайтесь из моего дома. Мне пришлось терпеть наше присутствие при детях и Арлисс. Возможно, я обязана отвечать на ваши вопросы по поводу пожара. Но, черт меня побери, я не собираюсь терпеть, чтобы вы высмеивали меня в собственном доме, пользуясь тем, что Энди и Хитер считают вас своим героем. Если хотите обыскать мой дом — давайте. Если нет — убирайтесь!
  
 Глава 4 
 
Главной достопримечательностью городской площади Ту-Оукса являлось новое здание окружного суда, занимавшее всю северную часть. Старое здание, построенное в тысяча восемьсот девяносто восьмом году, через шесть лет было снесено торнадо.
Новое здание заложили два года спустя, в тот год, когда умер Джек Лондон, был избран на второй срок Вудро Вильсон, Панчо Вилья пересек границу Нью-Мексико, Бостон выиграл у Бруклина 4: 1 в чемпионате мира, а Вернон Снид пробурил дюжину скважин на дальнем пастбище к западу от города.
Камень для здания суда добывали в местных каменоломнях, а мрамор для отделки привозили из Колорадо. Здание было закончено через год, когда родился Джон Кеннеди, умер Буффало Билл Коуди и была казнена Мата Хари. В тот же год Мэри Пикфорд снялась в «Маленькой принцессе», а старый Джордж Комсток, упокой Господи, его душу, повез свою жену в Остин, чтобы она могла посмотреть на это.
Вскоре после того как здание было закончено, в тысяча девятьсот семнадцатом году перед ним пришлось воздвигнуть монумент памяти павшим в Первой мировой войне. На монументе было высечено всего два имени: Гарольд Комсток, старший сын Джорджа, и Элиот Сализар, которого никто уже не помнил в наши дни.
Однако отцы города проявили удивительную прозорливость, велев оставить на монументе побольше места. Они как в воду глядели — прошло не так много времени, и грянула Вторая мировая война. Единственное, о чем не подумали отцы города, это о том, в скольких еще войнах предстоит участвовать их соотечественникам.
В понедельник, прежде чем отправиться в магазин, Мэри-Джо постояла перед монументом. Два имени — Первая мировая война, четыре — Вторая, два — Корея, три — Вьетнам, и всего одно — «Буря в пустыне». Только у Джеффа Келли, ее брата, хватило ума отправиться воевать за эту выжженную землю на Ближнем Востоке.
 
Мэри-Джо коснулась пальцем высеченного имени Джеффа и прошептала слова молитвы. Ей по-прежнему не хватало старшего брата, даже спустя несколько лет после его гибели. Она по-прежнему ненавидела морской десант, сбивший Джеффа с толку своими лозунгами, сожалела о том, что он был таким хорошим летчиком и его просто не могли не включить в операцию.
— Черт побери, Джефф, — сказала она, глядя на мраморный монумент. — И зачем тебе понадобилось забираться так далеко, чтобы тебя там подстрелили.
Ответа, конечно, не последовало. Мэри-Джо засунула руки в карманы осенней куртки — погода по-прежнему стояла теплая — и пошла по дорожке, ведущей через сквер, который в прямом и переносном смысле являлся центром города. По обе стороны от дорожки виднелись аккуратно прикрытые на зиму клумбы, а над ними возвышались два дуба, в честь которых и был назван город, и ветви их сплетались над дорожкой, давая летом благословенную тень.
Мэри-Джо шла медленно, ей не очень хотелось возвращаться на место пожара. К тому же она всегда словно набиралась сил под сенью этих могучих дубов. В городе было много других деревьев. Но все они были посажены руками человека, а эти посадил сам Господь Бог.
Когда-то они стояли посреди широкой голой равнины, и путники ориентировались по ним и находили приют от непогоды и убежище от солнца в тени могучих ветвей. К моменту основания городка это были единственные деревья в округе. И много же им пришлось повидать с тех пор! Пикники, речи местных политиканов, танцы под открытым небом. Однажды — даже казнь через повешение, если верить фотографии в городской библиотеке.
Ну и настроение у тебя сегодня, Мэри-Джо.
Настроение у нее действительно было мрачное. Однако пора перестать обращать внимание на собственное состояние и возвращаться к делам. Пока не отремонтируют ювелирный магазин, она будет практически без работы. Мэри-Джо отправилась в магазин, чтобы посмотреть, не может ли она помочь с уборкой и ремонтом, а вместо этого тянула время, стоя тут, под дубами.
Ей страшно было возвращаться в магазин. Входная дверь оказалась распахнута, наверное, чтобы проветрить помещение, у тротуара стояла машина Боба. Как она посмотрит ему в глаза? Она не поджигала магазин и не крала часы, но ее ведь оставили за старшую. Это случилось, как сказал бы отец, во время ее вахты. И Мэри-Джо чувствовала себя ответственной за убытки, которые понес Боб.
Однако, стоя и переживая вот тут под дубами, делу не поможешь. Расправив плечи, Мэри-Джо решительно направилась к магазину. Вернее, к тому, что от него осталось.
Когда Мэри-Джо перешла через улицу, Джек как раз выходил из здания суда. Остановившись на ступеньках, он посмотрел ей вслед. Мэри-Джо долго стояла перед магазином, глядя на дверь. Потом вздрогнула, расправила плечи, набрала в легкие побольше воздуху.
Джек дорого бы дал, чтобы узнать, о чем она думала в этот момент. О том, что сейчас придется войти в здание, где она чуть не погибла несколько дней назад? Или о том, что сейчас она войдет в дом, который подожгла собственными руками?
Экспертиза вещественных доказательств была завершена. Далтон заснял на пленку место преступления. Боб Йейтс вызвал Честера Домингеса обследовать повреждения и составить смету на ремонт. По слухам, страхового инспектора ожидали сегодня вечером или завтра утром.
Джек желал Бобу удачи. Торговый зал почти не пострадал, а вот офис и кабинет выгорели полностью.
Интересно, что почувствует Мэри-Джо, когда увидит все это?
— Мэри-Джо, — Боб сжал ее руки, как только она переступила порог магазина. — Какое счастье, что с тобой все в порядке!
Слава Богу, подумала Мэри-Джо, что Боб находится в торговом зале, а не возле своего сгоревшего до тла кабинета. Мэри-Джо не была уверена, что хочет смотреть на следы чуть было не погубившего ее пожара.