Спросите у бабушки Сидзуки

– В какой позе лежал убитый?
– Он лежал лицом вниз, оба колена были согнуты. Я видел только фотографии, но было примерно так…
Кацураги, воскресив в памяти снимок, попытался изобразить позу жертвы и лег на землю. Подумав о том, что это место впитало в себя человеческую кровь, он на секунду засомневался, но не смог выдать себя перед Мадокой. Острый гравий больно впился в его ладони и щеку.
  
Подняв глаза, Кацураги еще раз удивился.
Мадока пристально смотрела на него, даже не моргая. Она ни на миллиметр не сводила с него взгляд. Возникло ощущение, что она пытается запечатлеть в своих глазах каждую мелочь вплоть до направления света и потоков воздуха.
– Если обратить внимание на место сгиба коленей, то можно подумать, что жертву посадили на землю и потом выстрелили ей в грудь сверху по диагонали. Тот факт, что угол выстрела тридцать градусов, это подтверждает.
– Нет ли вероятности, что в него могли стрелять откуда-то издалека сверху, когда он просто шел по дороге?
– Результаты экспертизы такую вероятность отрицают. Я всего лишь повторяю информацию из заключения, но дальность выстрела и сила удара пули обратно пропорциональны, и расстояние от места выстрела можно определить по следам на теле, то есть по тому, насколько сильно повреждены кожные покровы. В данном случае также проводили экспертизу остатков пороха рядом с телом и определили, что выстрел был совершен с близкого расстояния.
– А зачем его посадили? Если преступник находился близко, думаю, резко выстрелить было бы быстрее.
– Во-первых, чтобы ограничить свободу жертвы. Если человек упадет на колени или наклонится, еще останется какой-то шанс, но вот если посадить его, то так просто он точно не убежит.
– Насколько сильным может быть выстрел с близкого расстояния?
– Хм, я не слышал о подобных экспериментах, но, раз таким выстрелом можно пробить ребро, полагаю, что мощь у него внушительная.
– А звук в момент выстрела громкий?
– Ах, думаю, не настолько громкий, как ты себе представляешь. В закрытом помещении из-за эха он может быть громким, но в таком месте, как это, звук будет довольно глухой. Что-то вроде хлопка из выхлопной трубы машины. Но почему ты спрашиваешь?
– В этого человека стреляли в промежуток с десяти вечера до двенадцати ночи, так? Я вот думаю: ведь в такое время на улице еще должны быть люди, почему же никто не проходил мимо и не услышал звук выстрела?
Кацураги хотел было ответить, но в этот момент за его спиной послышалось гневное «эй!».
Медленно обернувшись, он увидел прямоугольное лицо и выпученные глаза Татэиси.
– Опять ты!
В его голосе была злость, а на лице – только изумление.
– Тебе же запретили сюда приезжать! Я был уверен, что ты усвоил урок, а ты теперь приперся на место преступления, да еще и девчонку с собой притащил! Что это значит?
Мадока спряталась за спиной Кацураги.
– Не-не, не переживай. Он хоть и выглядит так, но он тоже полицейский.
– Что значит «выглядит так»?!
– Не злитесь, пожалуйста. Сегодня мы здесь не ради расследования. Мы просто приехали в Йокогаму, узнав, что это идеальное место для свидания.
– Глухой переулок в противоположном направлении от склада красного кирпича – где тут место для свидания?
Татэиси расстроился и будто ослабил хватку.
– Хватит уже! Не оправдывайся! Когда тебя слушаю, я как-то перестаю злиться. Как будто еще раз ощущаю, что ты и правда бывший подчиненный Цубакиямы-сана. От него устаешь, но как-то по-особому.
– А вы, Татэиси-сан? Что здесь делает следователь отдела по борьбе с организованной преступностью?
Получив ответным ударом такой вопрос, Татэиси не стал скрывать свое недовольство:
– Заткнись! Это привычное для нашего отдела место! Не мешай мне!
– Привычное место?
– А! Ты, похоже, еще ни от кого не слышал. Район контейнерного терминала – это место, которое «Корю-кай» использует для проведения своих сделок. Передача наркотиков, переговоры, место встреч. Раньше и перестрелки здесь случались. Поэтому с наступлением сумерек местные тут особо не ходят.
Вот почему здесь не оказалось очевидцев в момент убийства.
– Почему тот человек оказался в таком месте, где собираются якудза? – робко вставила Мадока.
Татэиси уставился на девушку, и в этот момент снова подал голос Кацураги:
– Ой, я тоже хотел об этом спросить. Не может же быть, чтобы суперинтендант об этом не знал?
– Наоборот! В полиции префектуры это всем известно, и он, конечно же, об этом тоже знал. Он прекрасно это знал, поэтому и пришел сюда.
Последнюю фразу он будто плюнул им в лицо. Но она многое объяснила.
– То есть он сам участвовал в незаконных переговорах и передачах?
– Не хотелось бы плохо говорить о мертвом, но ладно. Он, конечно, не был у них мальчиком на побегушках, но, похоже, всегда участвовал в сделках, где замешаны большие деньги. Говоря другими словами, в этих темных делишках он не доверял даже своим подчиненным. С моим-то ростом, я хорошо понимаю это недоверие к тем, кто ниже.
Глаза Татэиси, который говорил с самоиронией, были зловещими.
– О том, что суперинтендант частенько бывал в этом месте, знали все в полиции префектуры. И Цубакияма-сан не исключение. Не удивлюсь, если начальник, пытавшийся поймать Кудзэ-сана за хвост, следил за каждым его шагом. Именно поэтому в нашем отделении считают, что он сбежал из засады и совершил преступление.
– Но в таком случае у тех, с кем суперинтендант здесь встречался, было столько же… нет, еще больше шансов это сделать!
– Но у них не было ни мотива, ни способа. Это, конечно, полное дерьмо, но с той стороны – сплошь те, у кого смерть суперинтенданта вызвала только проблемы, а нам, наоборот, она была выгодна… Интересно, какой значок на нем висел, когда его убили?
Мотив, способ и возможность. Снова разговор пришел в эту точку.
– Ты предложил идею с самоубийством, и я тоже попытался поразмышлять в этом ключе. Но никак не сходится. Если это самоубийство, то мотив и возможность у него были. Но я никак не могу придумать, каким способом он это сделал. Методом исключения единственной теорией, которая соответствует всем трем условиям, является та, где преступник – Цубакияма-сан.
– Но какой мотив был у него совершать это убийство? – резко вклинилась в разговор Мадока.
В этот раз Татэиси и бровью не повел.
– Он много раз конфликтовал с убитым, но только по работе. Разве такая вражда может стать мотивом для убийства?
«Ах, я тоже думал об этом!» У Кацураги будто глаза открылись, он продолжал с жадностью слушать.
– Девочка, – продолжал Татэиси, разжевывая все, как ребенку, – для тебя это все, вероятно, еще слишком сложно, но взрослые люди иногда совершают преступления во имя справедливости.
– И людей убивают тоже?
– Даже войны затевают.
– Я… я так не думаю.
Мадока с уверенностью подняла глаза.
– Я считаю, что справедливость, ради которой убивают людей, – это абсолютная ложь.
Как хорошо сказала!
Нет, как хорошо разъяснила.
Кацураги стоял между Мадокой и Татэиси, едва сдерживая слезы. В этот момент он думал, что если не сможет стать щитом для этой девчонки, то и не было смысла рождаться мужчиной. Но Татэиси, от которого он ждал вспышки гнева, молча стоял с кислой физиономией.
* * *
Когда Мадока рассказала от начала до конца о том, что увидела и услышала в Йокогаме, Сидзука расхохоталась.
– Так ты хотела рассмотреть место преступления вблизи, да? Ну и что было потом?
– Татэиси-сан что-то пробурчал себе под нос и ушел.
– Хоть он и не может открыто спорить с коллегами, наверняка ему хочется верить в невиновность начальника.
  
– Наверное, он и по месту преступления бродил как раз потому, что сам хотел снять подозрения с Цубакиямы-сана.
– Судя по твоему рассказу, похоже, он харизматичный начальник. Татэиси-сан и Кацураги-сан – совсем разные люди, но двигаются в одном направлении. Перепрыгнув через забор из правил коллектива, они пытаются спасти своего начальника.