В оковах Судьбы II (СИ)

— А ты…
— У меня на родине в магии был иной подход, — оборвал я вопрос Честера, — У нас больше внимания уделялось работе с собственным телом и владению… назовем это, разновидностью энергетических мечей. Алхимия и зелья, ритуалы и различные артефакты, чаще всего, служили той же цели. Заклинаний в нашей… школе, практически не было. Ряд других организаций занимался некромантией, как одни ведьмы. Правда, там не только покойников поднимали… — припомнил я Силовые Стрелы и более чем интересные методики датомирских ведьм, — Но с теми дамочками у меня тоже общение не заладилось.
  
— Не везет с женщинами? — усмехнулся Джим.
— Они мужиков воспринимают рабами, — покосился я на него, — Или сырьем для жертвоприношений.
Усмешка с лица наемника вновь исчезла, уступив место задумчивости.
— Ты сказал, что у вас там энергетические мечи…
— Это другая галактика, — усмехнулся я, — И там межзвездные перелёты достигли уровня здешних междугородних поездок, если уж подбирать аналогию.
— Космические корабли, магия… Наверняка ещё и воевать умудрялись? Как у маггловских фантастов — флотили в космосе и десанты с орбиты?
— Примерно так, — кивнул я, не вдаваясь в подробности.
— А почему ты не хочешь попытаться что-то из ваших разработок тут внедрить? Запатентовать и…
— Слишком большая разница в уровне технологий, — пожал я плечами, — Здесь ещё очень не скоро дойдут до производства подавляющей части элементной базы, которая нужна для технологий моей родины. А когда дойдут… Размер будет впечатлять, как мне кажется.
Говорить Честеру о том, что юристы Вернона заняты вопросом потентования некоторых вещей из Республики в мои планы не входило. Тем более, что на этом дело не заканчивалось. Помимо патентования тербовалось ещё и удачно внедрить всё то, что я дал Дурслю. Этот процесс обещал быть тяжелым и сложным.
— А нынешние разработки? — не унимался наёмник, продолжая донимать меня вопросами.
— Всё то, что сейчас использует человечество — тупик. Он лишь трамплин к освоению других направлений, но сами по себе нынешние технологии очень быстро достигнут своего потолка, а дальше придется искать новые пути развития.
— Ладно… сколько ты нам оставишь этих…
— Почти всё, — повернулся я к Джиму, — Послушай, ты предлагал мне честность? Тогда давай будем честны. Я не знаю как именно тебе удалось меня просчитать, но твоя версия с отпечатками пальцев критики не выдерживает. Как и мутная история про артефакты, которых в дверном косяке и стенах кабинета попросту нет. Я больше поверю в наличие у тебя провидца или пророка, чем во все эти побасенки… Потому прекращай делать глупости и скажи честно — ты хочешь получить информацию о новых заклинаниях, зельях и артефактах, так?
— Так, — не стал отводить взгляд Честер, — Ты прав.
Впрочем, реакция на мои слова о пророках и целителях явно попали в точку. Джим на мгновение перестал дышать, а его зрачки немного расширились. Неплохо он умеет лицо держать. Не будь я внимательным и не обладай опытом общения с господами сенаторами из Республики, так и не заметил бы этого.
— А что ты можешь мне за это дать? — посмотрел я в глаза мужчины.
— Тебе мало защиты и тренировок? — поинтересовался Честер.
— Это — контракт и наша договоренность… А знания стоят больше, чем артефакты и зелья — они сами по себе являются силой.
— Мне надо подумать, — после паузы произнёс Джим.
На следующий день я перебрался из поместья на базу ЧВК, где за меня взялись инструктора наёмников. Шесть следующих суток больше походили на ад, но даже предложения магов передохнуть, что занимались моей подготовкой, отвергались на корню. Пока алхимические препараты действуют максимально эффективно и ещё не несут организму вреда, следовало выжать максимум из полученной возможности. Чем я и занимался, уговорив инструкторов на круглосуточные тренировки с перерывами на еду и часовые восстановительные медитации, заменяющие мне сон.
Парни, к слову, лишь крутили пальцем у виска и пытались спорить, но получив от Джима профилактических «мотиваций», высказанных в далеко не самой культурной форме, свою затею оставили и занялись делом уже по полной программе, гоняя меня по всему помещению как заклинаниями, так и кулаками.
Одними тумаками и перебрасыванием условно боевыми заклятиями, которые использовались в процессе тренировки, дело не ограничивалось. Инструктора щедро поделились «заначками» ЧВК, научив меня довольно интересным вещам. Например, достаточно сильному, но редко применяемому приёму — Эфирная Стрела.
Проблемность этой техники заключалась в том, что она требовательна к навыкам контроля и концентрации, из-за чего в бою её применяют не часто, предпочитая использовать палочки-концентраторы, существенно сокращающие расход энергии и облегчающие сам процесс сотворения заклинаний.
Новая же для меня техника основывалась на негативных эмоциях — ненависти и жажде убийства, чем была близка к привычным Молниям Силы. Причем, механизм формирования и реализации у них имел много общего, но подразумевал именно концентрацию агрессии не в виде потока, а в качестве одного снаряда. Черно-сиреневый вытянутый, близкий по форме стрелу, плотный сгусток, окутанный серой дымкой, действительно очень напоминал техники датомирских ведьм, но не требовал каких-то артефактов.
Кроме того, меня обучили целому ряду других подобных техник, в какой-то мере, основанных на схожем эффекте — Эфирному Щиту и Валу Гнева. Впрочем, первый создавался более легко и мог быть сотворён уже с помощью палочки-проводника, а вот второй… Эта техника почти полностью аналогична Молниям Силы, но реализовывалась плотным потоком разрушительных энергий, похожим на черно-фиолетовый туман. Незащищенные противники, попав под его действие, умрут сразу, а вот любые щиты начнут быстро разрушаться.
Увы, но моя нынешняя магическая слабость поставила крест на эффективном применении Вала Гнева. Имеющихся сил хватало на то, чтобы создать небольшое разряженное облако, не способное причинить ощутимый вред артефактным щитам тренировочных манекенов. Зато мой резерв показал своё дно почти мгновенно и одним рывком, вызвав физическую слабость и головокружение.
Собственно, именно этот фактор, в виде громадного расхода сил, сделал Вал Гнева редко применяемой техникой. Зато, наемники использовали её для раскачки собственной энергетики, устраивая тренировки на износ. Видимо, я последую их примеру, поскольку даже беглая оценка бойцов Честера говорило о том, что они на голову выше увиденных мною раньше оперативников Аврората и следователей ДМП.
Эфирный Щит, к слову, был постоянной частью арсенала «Гренадеров», поскольку имел крайне полезную особенность — разрушал практически всё заклятия, попадающие в него. Исключением были только Непростительные, но и они серьезно ослаблялись. Например, та же Авада, выпущенная по цели одним и тем же волшебником в обычных условиях гарантированно убивала жертву, а вот тех, кто был под Эфирным Щитов далеко не всегда. Чаще всего, у жертвы опустошался резерв, травмировались тонкие тела, но он оставался жив. Степень же повреждений во многом зависила от личной силы атакуемого волшебника.
Занятия именно на территории наёмников были вынужденной мерой. Мой стационарный артефакт, как оказалось, даже после усиления Источника за счет начинки кинжала Флитвика, всё ещё не обладал достаточной мощностью и не мог полностью закрыть поместье и скрыть магическую активность в нём. К тому же, как выяснилось, металл, который я использовал при его создании, оказался не самым лучшим выбором и начинал раскаляться, когда внутри защитного периметра кто-нибудь начинал использовать серьёзную магию. По этой причине я обдумывал вариант создания аналога моего творения, но уже из алхимического сплава, используемого здешними артефакторами. Правда, для этого требовалось серьёзно подумать и найти информацию о более совершенных способах обороны домов. То, с какой легкостью были вскрыты щиты на доме Дурслей, меня, откровенно говоря, напрягло. Получалось, что все мои старания были пустой тратой времени, сил и ресурсов.