В оковах Судьбы II (СИ)

Первым на очереди в потенциальный клинок-проводник был квилон. Этот образчик средневекового оружия появился, приблизительно, в тринадцатом веке. Эфес кинжалов этого типа полностью повторял меч. Первые экземпляры напоминали уменьшенную копию меча. Название выводят из характерного перекрестья кинжала, перпендикулярно пересекающего рукоять.
Увы, но форма рукояти и соотношение её длинны с клинком не позволят разместить в этом кинжале палочку-проводник. А без этого подобное оружие можно создавать исключительно в ритуальных или боевых целях.
  
Вторым был базелард в его первоначальной форме. Эта разновидность кинжалов появилась несколько позже квилона, уже на границе тринадцатого и четырнадцатого веков. Его название соотносят с швейцарским топонимом — город Базель. Откуда он якобы происходит. Подтверждений этой версии в учебниках не было, но имелись упоминания дикой популярности швейцарских кинжалов более позднего времени — середины пятнадцатого века. К тому времени швейцарские образцы холодного оружия уже имели узнаваемую форму и порой являлись отличительным знаком благосостояния их владельца, поскольку стоили баснословно дорого.
Ранний базелард имеет рукоять, напоминающую латинскую литеру «I». Клинок ромбовидного сечения с двумя долами. Деревянные детали рукоятки, в классической его средневековой версии, закреплены сквозными бронзовыми трубочками вместо обычных заклёпок, активно использовавшихся в тот исторический период.
Увы, но и такой вид кинжала мне не подходил. Его конструкция тоже не позволяла поместить внутрь палочку-проводник. К тому же, в классическом виде соотношение длинны рукояти с длинной и шириной клинка могло оказаться чреватым. Не с моими нынешними габаритами и возможностями размахивать таким оружием вместо палочки-артефакта.
Более поздняя версия базеларда, носящая уже другое имя — гольбейн, была явно лучше. Фактически, это всё тот же швейцарский кинжал, но с центральным выступающим ребром на рукояти, которое начали добавлять в пятнадцатом веке. Более того, существовали даже длинные версии сего оружия, по своим габаритам близкие к мечам. Они возникли в попытке рядовых граждан, коим запрещалось иметь оружие благородных людей, обойти этот запрет.
Обдумав конструкцию гольбейна, я тоже от него отказался. Навершие имело такую форму, что совершать необходимые для выполнения заклинаний и чар движения будет попросту невозможно.
Затем мы перешли к изучению баллока, на котором Дадли и принялся выдавать весьма занятные мысли и высказывания, заставившие меня окончательно убедиться в том, что порнуху он таки смотрел.
Данный образец средневекового оружия появился в первой трети четырнадцатого века и являлся универсальным, а не сугубо боевым клинков. Своё звучное название получил из-за фаллической формы рукояти. Нужно сказать, что отношение к эротическим символам в средние века было сильно попроще современного. Даже откровенная порнография на вроде «Летучего Голландца» не вызывала отторжения. Это было молодёжно.
Носить такие кинжалы напротив «причинных мест» у юношей было в порядке вещей и считалось уместным. Некоторые особо упоротые историки викторианской эпохи попробовали переименовать эту «срамоту» в «почечный» кинжал, но успеха не добились. Впрочем, даже в тот период данный клинок имел и «народное название» — кинжал с яйцами. Причина тому — форма рукояти и гарды.
Можно сказать, что баллок являлся самым популярным и долгоживущим кинжалом средних веков. Им пользовались все слои населения с четырнадцатого по шестнадцатый век. Местами он дожил до семнадцатого века, например в Шотландии.
Это оружие, в силу своей формы, как у рукояти, так и у клинка, уже куда лучше походило на роль «удлинителя» для палочки-проводника, но, подумав, я решил продолжить изучение средневековых образцов оружия, надеясь найти нечто более подходящее — всё же, для того, чтобы баллок стал «чехлом» и вместил в себя творение Оливандера, придется изменить конфигурацию — увеличить длину клинка и сделать его в центре толстым, дабы обеспечить закрытую полость.
Однако, ни рондели, ни даги, ни чинкуэдэа не подходили в принципе, как и совсем уж экзотические вещи как ушастые кинжалы и им подобные извращения.
— Если ты решишь сделать баллок, то я буду тебя называть Гарри-яйценос, — вырвал меня из раздумий голос Дадли, смотрящего на изображение искомого кинжала.
Впрочем, стоило мне посмотреть в глаза мальчику, прикидывая способы наказать его за столь длинный язык, как тот мгновенно понял, что ляпнул лишнего:
— Я пошутил, кузен! Ты чего сразу кричать?
Выпроводив Дадли из подвала, я больше получаса потратил на то, чтобы изменить со всех сторон свою палочку-проводник. Учитывая мою задумку, точно будет наиболее важной составляющей успеха. Можно было бы и сформировать кинжал вокруг самой палочки, используя для этого силовую ковку, но риск повреждения проводника перевешивал любые возможные выгоды. А искать новый, оставаясь с минимумом возможностей… Так себе идея.
Усевшись в медитативную позу, я загнал себя в состояние транса и принялся за дело, превращая брусок инструментальной стали в несколько изменённую версию баллока. Ножны к нему сделаю позже, предварительно обдумав как материал, из которого они будут изготовлены, так и их магическую начинку.
Итогом моих мучений стал изрядно увеличившийся и мутировавший в не понятно во что баллок. Из-за необходимости наличия в клинке полости под палочку, пришлось сделать его длинным — от навершия до кончика лезвия получилось тридцать два дюйма. В центральной части появилось ребро. Из-за него, если смотреть клинок на срезе, вместо условно плоского, лезвие стало ромбовидным. Рукоять, оказавшись массивнее классической, тоже имела подобное ребро и была длиннее типовых для данного оружия пропорций. Навершие я сделал съёмным, но крепящимся достаточно жестко, методом вкручивания. Для его фиксации сделал утопленную в рукояти миниатюрную щеколду. Собственно, палочку-проводник в кинжал можно было вставить просто скрутив навершие, после чего зафиксировать её внутри им же. Никаких накладок изготавливать не стал, просто сделав металл рифленым. Брать в руки это оружие голыми руками можно, но не особенно желательно. На морозе могут возникнуть изрядные проблемы. Позже, когда позволит время, и если возникнет такое желание, что-нибудь придумаю, вроде обмотки из кожаных лент или чего-то аналогичного.
На одной стороне клинка, подумав, выполнил всё той же силовой ковкой герб Поттеров. В случае, если это оружие кто-то найдет, то ряд вопросов отпадет сам, а со стороны закона я буду более-менее защищен — хранить семейные артефакты не запрещено, как и носить при себе… Если они не относятся к списку подлежащих изъятию и уничтожению. К счастью, таковых не так уж много и моё творение в сей список не входит точно.
Ножны, сделал из того же сплава — простыми и без украшений. Смысла в красивостях на этом этапе не было никакого, а вот носить сие оружие без риска получить травму надо. Из этих же соображений использовал всё ту же инструментальную сталь, делая цепочки для ножен. А вот карабины, с помощью которых они будут крепиться на поясе, взял обычные, использовав для перехода на них кольца бОльшего диаметра.
— Всё извращаешься? — поинтересовался Вернон, спустившись в подвал и оценив плоды моей работы.
— Уже закончил, — покачал я головой, пробуя выполнить получившимся мутантом баллока с палочкой внутри движения простейших заклинаний.
Выходило… Отвратно. Инерция оружия, чья масса заведомо больше, чем у деревянной палочки, тянула руку, плечо и торс. Мышцы довольно быстро устали, а суставы начали ныть. К тому же, точность выполняемых движений сильно хромала, из-за чего заклинания получались через раз. Впрочем, Ступерфай, отправленный в стену, несмотря на довольно размытое движение, оказался вполне себе нормальным. Боевые заклятия этого мира, имели простейшие движения и не требовали идеально точного выполнения всех элементов. Зато они были требовательны к силе воли, навыкам концентрации волшебников и личной силе.