Принёсшая клятву (ЛП)

Неужели можно равнодушно взирать на чужую смерть — пусть даже такого человека, как этот маг?
Вот проживёшь на свете столько, сколько прожил я, тогда и поговорим.
А как долго живут драконы? И куда подевался Гектор? В чёрном клубке бросившихся к нему защитников мага не было видно.
— Пригнись, — глухо простонал Ленг.
Я оторвалась от созерцания кучи малы в тот момент, когда Раолкан ухватился за край отверстия и одним мощным рывком подпрыгнул, залетая внутрь. Mоя голова закружилась от неожиданности, и я ойкнула. Раолкан невозмутимо прошествовал в альков. В помещении насчитывалось шесть таких альковов, обступавших большую круглую дыру в полу посередине. Стоявший около отверстия мальчишка чуть постарше меня тут же захлопнул люк, а всадницы спешились. Они отошли, и я заметила, что комнатa, располагавшаяся в самых недрах города, сужалась по краям. Это было сделано явно для того, чтобы посторонние не смогли разглядеть её снизу. Наверное, подобные убежища имеются у всех жителей и они вызывают удивление только у пришельцев вроде меня.
  
Сомневаюсь. Драконы гордятся этими пристройками. Сделано весьма умно.
Я спустилась первой и, опершись на Раолкана, помогла слезть Саветт. Дракастра располагала всем, что могло понадобиться драконам; рядом с люком высилась лестница, a по стенам были развешены полки, заваленные припасами. Второй стеллаж хранил самые разнообразные виды оружия.
Небесная всадница, представившаяся Эфретти, взяла с полки боевой посох и направилась обратно к нам. Она что, собиралась с его помощью расправиться с нами? Я гордо задрала подбородок. Если это входило в её планы, изменить их я не могла, поэтому придётся сосредоточиться на том, что у меня получается лучше всего. Я протянула руку Ленгу, чтобы помочь ему спешиться. Он покачал головой и слез сам, но его движения были скованными и болезненными; тяжело дыша, Ленг ухватился за бок моего друга, чтобы не свалиться.
— Тебе следует научиться принимать помощь от других, — прошептала я.
— Не сейчас. — Он перевёл взгляд на Эфретти. — Нас никто не собирается подслушивать?
Эфретти с сестрой поравнялись с нами.
— Беседы лучше вести наверху.
— Почему вы не пришли? — спросил Ленг, выступая вперёд.
— Мы понятия не имели, куда ты подевался! Умчался как полоумный, даже не позвал никого. — Она положила руку на бедро и нахмурилась, отчего со стороны казалось, будто старшая сестра отчитывает младшего брата. Эфретти была старше его лет на десять. — Хватит пока об этом. Тебе явно удалось найти ту, кого ты искал, но откуда взялась вторая спутница?
— Это Амель Лифброт, — ответил Ленг. — Из Принятых. Она спасла нас.
— Она? — потрясённо переспросила та всадница, что летела на белом драконе.
Саветт наклонилась ко мне и прошептала:
— Сёстры Эфретти и Дашира — могущественные всадницы, их знает вся община. В их власти заставить Ленга прислушаться — возможно, даже подчиниться приказу.
А я думала, что приказать небесному всаднику может разве что только Доминар.
Мы все находимся под чьей-то властью. Даже если не признаём этого.
Ленг выпрямился.
— И нам следует радоваться, что у неё это получилось, иначе мы с Саветт пали бы жертвой Сумеречного завета.
Эфретти смачно выругалась, но её сестра вскинула руку.
— Почему ты отправился туда один? Нарочно искал неприятности подобно медвежонку, полезшему в пчелиное гнездо, или ты в самом деле такой глупый? — Она цокнула языком. — Не утруждай себя ответом, мы зря потеряем время. Надо обработать твои раны. Теперь вы в наших руках, хотите вы того или нет.
Что она имеет в виду? Мне совсем не нравилось, когда кто-то ещё заявлял о своих правах на Ленга. Особенно такая красивая и властная женщина, как Дашира.
A ты считала его безумцем, когда он пытался уберечь тебя. Ревность никого не красит.
— Собиралась пустить в ход боевой посох? — поинтересовался Ленг.
— Только если бы ты заявил, что они представляют угрозу. — Дашира кинула ему посох, и Ленг словил его на лету. — Ты не настолько развалился, чтобы ходить с костылём, если он, конечно, именно для этого тебе понадобился.
— Его буду использовать не я, — ответил Ленг и передал посох мне. Он не заменит того чудесного костыля, который Ленг вырезал для меня, но выбирать не приходится.
— Хватит рассусоливать, — заметила Дашира. — Следуйте за мной.
Я почувствовала, как вспыхнуло моё лицо. Опираться на посох было нелегко, особой пользы от него, в отличие от нормального костыля, не было, и я едва поспевала за остальными. Шествие возглавляли Эфретти и Дашира, далее шёл Ленг, a я тащилась в хвосте. Закрывший люк мальчишка, замыкал нашу процессию; парень задул пламя, горевшее в синем фонаре, который он нёс. Кто это? Можно ли ему доверить Раолкана?
Я сам могу о себе позаботиться.
Наверху послышалось бормотание — похоже, Дашира расспрашивала Ленга. Секунду спустя раздалось её восклицание; я подивилась и продолжила борьбу со ступеньками.
— Что она сделала? Да ладно? Нет, понимаю.
Когда я наконец преодолела лестницу и оказалась наверху, то обнаружила, что взгляды всех присутствующих были направлены на меня.
Глава третья
— Что ж, теперь понятно, почему Тена и Джавин сбежали сегодня с нашего совета, — сказала мне Эфретти. Они привели нас в небольшую комнатку с очагом, в котором ревел огонь. На полу лежала шкура огромного медведя, вокруг которой были в беспорядке расставлены стулья, a вдоль стен примостились маленькие столики. На одной стороне комнаты находилось широкое окно, задёрнутое тяжелыми синими шторами, a на другой располагались две закрытые двери. Стену украшал странный гобелен, изображавший мужчину, летевшего на драконе, который пикировал на свору собак. Вот именно так и должно, на мой взгляд, выглядеть убежище.
Мне оставалось преодолеть последнюю ступень, чтобы присоединиться к собравшимся, но Эфретти c мрачным видом перегородила дорогу, уперев руки в бока. Дашира потащила Ленга к одному из столов, за которым стояли два стула, уже ощупывая его опалённую руку. Он морщился от боли, но продолжал смотреть на меня, взгляд же Саветт был прикован к огню. Она быстро прошла к очагу и опустилась подле него на пол, завернувшись в мой плащ. Это о ней нужно позаботиться, а не обо мне.
— Moей подруге нужна одежда, — сказала я, кивая в сторону Саветт.
Эфретти удивилась.
— Но ты же одна из тех Принятых, которых они нашли разгуливающими по улицам Ваники, правда ведь?
Я кивнула. Эфретти улыбнулась.
— Вот видишь, Дашира, я же говорила, что она одна из них.
Она широким шагом пересекла комнату, распахнула шкаф и принялась рыться внутри. Найдя искомое, Эфретти подошла к Саветт.
— Держи, милая. Можешь одеться в комнате за той дверью. Не задерживайся, а то мы будем волноваться. — Она повернулась ко мне. — A ты давай уже поднимайся и закрывай за собой дверь, чего застыла-то?
Вздрогнув, я поспешила подчиниться, заметив, что командирский голос Эфретти подействовал и на Саветт. Тут всем рулила явно она.
— Как его рука? — спросила она сестру. Ленг откинулся на спинку стула, морщась от боли, отдававшейся в руке, которую осматривала Дашира. Тон Эфретти был резким, но лицо выражало сочувствие. Она заботилась о Ленге. В груди что-то больно кольнуло. — Так тебе и надо, Ленг, не будешь в следующий раз геройствовать в одиночку. Мы бы нашли твой труп.
— Если бы вы откликнулись сразу же и не стали ждать чужого одобрения, всё кончилось бы не так плохо, — cварливо отозвался он.
  
— В следующий раз, когда обратишься к нам за помощью, сумей хотя бы дождаться её! — Раскрасневшаяся Эфретти скрестила руки на груди, но что-то подсказывало мне, что прения на эту тему случались и раньше, судя по тому, как спокойно Ленг реагировал на устроенный ему нагоняй.
— Хватит ругаться, — тоном, не терпящим возражений, заявила Дашира, как будто она уже привыкла ставить точку в спорах. — Мы все действовали из добрых побуждений. Сейчас надо сосредоточиться на насущных проблемах: Ленг ранен и нужно его вылечить. Рана была нанесена магией, Ленг?