Принёсшая клятву (ЛП)

Доминар скрылся в глубинах люка в сопровождении двух доверенных лиц. Один из драгун с криком провалился в дыру в тот самый момент, когда баочанцы стали теснить оставшихся в живых воинов. Второй драгун захлопнул крышку лаза, и они встали на неё, ценой своей жизни давая братьям возможность спастись.
Колдовавший у входа маг завопил:
— Тёмный принц! Он нужен нам живым!
Они помчались к Рактарану, но их отделяло слишком большое расстояние. Второму телохранителю принца пробили грудь мечом, пригвоздив к стене, и взгляд его остекленел. Вокруг сражавшегося дуэта в беспорядочном порядке валялись горы трупов в шафрановых одеяниях. Щёку Рактарана пересекал страшный порез, а плечо мундира было закапано кровью. Взгляд его заметался и наткнулся на меня. С решительным видом принц поспешил к нам. Хубрик и Эфретти выступили вперёд, словно намереваясь отразить его атаку.
  
— Мира, мира! — призвал он. — Пожалуйста, Амель Лифброт, я прошу твой народ о мире!
Хубрик и Эфретти переглянулись.
— Почему мы должны тебе верить, Тёмный принц? — спросил Хубрик.
— Я тут ни при чём! Убив вашего Доминара, они убьют и меня!
Зелёная молния пронзила пространство зала, но промахнулась, не сумев дотянуться до него, топот клятвопреступников из Сумеречного завета приближался к нам. Последний драгун пал, со стоном опустившись на пол, и баочанцы отбросили его тело с крышки лаза, переговариваясь между собой на своём языке.
— Останови своих людей, если ты тут ни при чём, Рактаран, — сказала я.
— Это не мои люди, — ответил принц, — они всего лишь мои соотечественники. Я не в ответе за их действия.
Ещё одна молния прорезала воздух и ударила куда-то над нашими головами, один из предателей издевательски помахал Рактарану рукой и скрылся под полом. Mоё сердце колотилось как безумное, дыхание yчащалось. Я не сумею защититься от надвигающейся на нас орды.
— Потайной лаз! — воскликнула я. Mожет, нам тоже удастся вовремя улизнуть.
Нет! Окно. Мы летим.
Раолкан! Ты живой!
Оставайтесь около окна. Мы уже почти на месте!
Рактаран встал в одну линию вместе с Эфретти, Ленорой и Хубриком. От приспешников Сумеречного завета нас отделяло несколько шагов. Для молнии расстояние было совсем небольшим, иначе маг задел бы своих подельников, но это его не останавливало.
Огненный шар взмыл над их головами и, описав дугу, шмякнулся в стену неподалёку от меня. Я отодвинулась подальше от неутихающего пламени, чтобы не превратиться в факел.
Когда бежавшие впереди ряды Сумеречного завета наконец встретились с нашей пятёркой, мечи скрестились. Я удивилась, увидев, насколько хорошо Ленора управлялась со своим длинным ножом. Когда Рактаран шагнул вперёд, чтобы оттеснить врага, его сообщник попытался пролезть в образовавшуюся брешь между принцем и Эфретти. Ленора быстро всадила в мужчину кинжал и благоразумно отступила, выжидая следующего момента.
Не умирать, мы здесь!
Хубрик сражался, с лёгкостью находя слабые стороны противников. Когда они открывались, два его ножа тут же указывали им на это, не давая нападать в ответ. Oдин из нападавших в ливрее попытался подобраться к Леноре, но Эфретти ловко отразила удар, вогнав свой клинок ему между рёбер, и пинком отбросила его обратно в напиравшую на нас толпу. Она крутанулась и встала в защитную стойку, закрыв собой Ленору.
— Дерись с умом, ученица. Не позволяй им прорвать твою защиту!
Минуты тянулись долго — как будто временное пространство наполнилось тяжестью и уплотнилось, мы медленно отступали к окнам. Я безучастно наблюдала за происходящим и тревожилась, вздрагивая и ахая после каждого опасного момента.
Мечи бранились между собой, боевые кличи сменялись криками боли. Я отступила ещё на шаг, когда Хубрик стал наседать на меня, и почувствовала, как моя спина упёрлась в перила, окаймлявшие широкое арочное окно. Дальше отступать было некуда.
— Пропустите мага, посторонитесь! — Ряды наших врагов пришли в смятение, и они поспешно повиновались. Через сутолоку проталкивался маг. От нас останутся рожки да ножки, когда он выберется из этой своры.
Рактаран застонал, когда чужой клинок достал его, полоснув по боку. Он подался вперёд, отталкивая противника с грозным рыком. Маг наконец вылез из толчеи, между его поднятыми пальцами защёлкали молнии. У нас было два выбора: остаться в зале и погибнуть от рук чародея или выпрыгнуть из окна навстречу своей смерти.
Глава восемнадцатая
Прижмитесь к оконной раме! Все вы! Уйдите с дороги!
— Быстрее! — позвала я. — Встаньте с двух сторон! Не загораживайте окно!
Рактаран пришёл в замешательство, но, после того как Хубрик с авторитетным видом кивнул, Эфретти встала с одной стороны широкой арки, схватив Ленору за шкирку, и распласталась вместе с ней по стене, a Хубрик с Рактараном, которого мой учитель дёрнул к себе, — с другой. Я юркнула к двум мужчинам и кое-как втиснулась. В суматохе я услышала крик Леноры. Должно быть, её ранили, пока мы елозили. Где же ты, Раолкан? Мы не можем так долго ждать!
Но нам и не пришлось.
Белый луч, такой горячий и мощный, что я испугалась, как бы он не прожёг меня до костей, ударил в окно, сойдя с небес. Он сбил мага с ног, отбросив его назад, в самую гущу. Один энергичный вояка занял место чародея, намереваясь досадить Хубрику. Мужчину и четверых его сообщников, напиравших сзади, обдало огнём, отчего они почти мгновенно простились с жизнью, и тела их обуглились до неузнаваемости.
Я обернулась и увидела зависшего в воздухе Раолкана; на его спине сидела Саветт. Её глаза сияли белым светом так ярко, что на неё было невозможно смотреть. Руки моей подруги, похожие на два солнца-близнеца, тоже излучали ослепительный свет.
Я же говорил, что прилечу. У меня лучше получается заявляться в самый нужный момент, чем у тебя.
Я почувствовала укол вины. Я так и не пришла. Наверное, он очень расстроился.
Да шучу я. Успокойся. А теперь нам надо торопиться. Их очень много, а позиция у окна весьма уязвимая.
Мимо меня пронеслась вспышка пламени, и дракон сжёг ещё одну кучку преступников. Мои волосы! Он начисто спалил их кончики! Я ощутила запах гари и пригладила макушку, в ужасе смотря, как длинные пряди опадают на пол.
Раолкан шмыгнул назад, и один из драконов Эфретти подлетел как можно ближе к окну, так что я испугалась, как бы его крыло не смахнуло стоявшую на краю женщину. Зря волновалась. Эфретти закинула раненую Ленору ему на спину и села сама. Пока она проделывала нужные манипуляции, её дракон вместе с Раолканом отбивались от нападавших. Что заставляло их продолжать безумную атаку, невзирая на испепелённых товарищей?
— Амель, — позвал Хубрик, выдёргивая меня из мыслей, — не витай в облаках. Твой дружок везёт Саветт, так что мы полетим на Кировате. Он будет здесь с минуты на минуту.
— А как же Рактаран? — спросила я.
Лицо Рактарана было хмурым, как и лицо Хубрика. Хубрик собрался бросить его?
— А кто он нам? Враг. Предатель. Не более.
Я стиснула зубы.
— Мы должны взять его с собой. Он сражался бок о бок с нами!
— Чтобы спасти свою шкуру!
Кироват уже направлялся к нам, cверкая на солнце фиолетовой чешуёй; по прибытии он одарил нас с Раолканом убийственным взглядом. Я вспомнила чьё-то наблюдение о том, что фиолетовые драконы славятся вспыльчивым нравом. Конечно, к Раолкану данное утверждение не относится, но этот Кироват был готов, скорее, цапнуть меня, нежели позволить чужаку взгромоздиться на него.
  
Кто это сказал, что я не вспыльчивый?
Раолкан огрызнулся на Кировата, но больше для вида, тем не менее смысл жеста был понятен. Я принадлежала ему, и он хотел, чтобы Кироват принял это к сведению.
— Ладно. Разберёмся с Рактараном позже, — припечатал Хубрик. — Сначала мы усадим тебя, Амель.
Кироват придвинулся ближе, чтобы его спина оказалась прямо возле окна, и Хубрик помог мне перелезть через перила и сесть в седло. Мгновение спустя он прыгнул сзади, и, когда Кироватт отлетел, я увидела, что в глазах брошенного Рактарана застыл ужас.