Ведьма и столичный инквизитор (СИ)

- Боль? – сквозь стиснутые зубы процедил Эшфорд, его голос был низким, напряженным, но полным привычной бравады. – После когтей той тварюги с мельницы? Это детские шалости. Не дрожи, травница.
Его взгляд был устремлен куда-то вдаль, на полку с сушеным бессмертником, но я видела, как напряглись мышцы челюсти, побелели костяшки на кулаке здоровой руки.
– Делай.
Это была его броня – шутки и бравада. Но я видела истинную цену этой бравады в напряжении каждого мускула.
  
Прикоснулась пропитанной настойкой тряпицей к краю самой глубокой борозды. Он резко втянул воздух со свистом. Видела, как сжался его кулак, как напряглась вся его мощная фигура.
Старалась быть быстрой и аккуратной, смывая грязь. Украдкой взглянула на его лицо.
Он смотрел на меня.
Не на рану. Не в сторону. На меня.
Серые глаза были темными, глубокими, как лесное озеро в час перед грозой. В них не было ни насмешки, ни подозрительности. Лишь… пристальное внимание. Сосредоточенность. И что-то еще. Тяжелое. Невысказанное. Взгляд, который пробирал до костей, от которого перехватывало дыхание, а в груди щипало сладкой, опасной тоской. Быстро опустила глаза, чувствуя, как кровь приливает к лицу, как дрожь пробегает по спине.
Закончила очищать рану – она выглядела чуть лучше, но все равно страшно воспаленной – и начала накладывать новую повязку, аккуратно пропитывая чистую ткань настойкой для заживления. Пространство между нами сжалось до предела.
Я стояла почти между его коленями, склонившись над мужским плечом. Чувствовала дыхание Эшфорда. Чувствовала запах кожи, речной воды, крови, пота и чего-то сугубо мужского, острого, первобытного. Мои пальцы завязывали узел бинта, стараясь не затягивать слишком туго. Подняла глаза.
Эшфорд все смотрел.
- Что? Добропорядочная Теяна уже ушла?
Он все понял. Его взгляд скользнул по моему лицу, остановился на губах. Задержался там.
Время замедлилось.
Воздух стал густым, сладким, как нагретый мед, тяжелым от невысказанного. Солнечный луч, падающий из окна, казалось, замер, освещая мельчайшие частицы пыли, танцующие между нами.
Мужчина ухватил меня за пояс платья и потянул меня на себя со словами:
- Тут тоже имеется ранение.
Его намерение было ясно, как этот луч света. Поцелуй.
Мое тело замерло от предвкушения. От этого сладкого, головокружительного притяжения, которое росло во мне. Его губы были так близко. Его рука на моей талии закрыла все пути к отступлению.
Я не отпрянула. Замерла, ожидая прикосновения, чувствуя, как все внутри сжимается в сладком, трепетном предвкушении. Его дыхание смешалось с моим…
И ощутила прикосновение мужских губ. Не такое как на берегу реки. Прикосновения были нежными, будто вопрошающими. Его губы были теплыми, чуть шероховатыми, они коснулись моих с невероятной, сдерживаемой нежностью. Электрический разряд прошел по всему телу, от макушки до кончиков пальцев ног.
Я ответила. Мир сузился до точки соприкосновения наших губ, до его руки в моих волосах, до бешеного стука наших сердец, слившихся в один ритм. Страх, стыд, ложь – все растворилось в этом огне. Осталась только жажда. Жажда этого прикосновения, этой близости.
Моя рука сама потянулась к Эшфорду, коснулась его обнаженной груди, почувствовала под пальцами горячую кожу, твердые мускулы, бешеный стук сердца.
Внезапно дверь с оглушительным грохотом распахнулась, ударившись о стену так, что задрожали склянки на полке.
  
Глава 21
 
Теяна 
- Тея! Ты не поверишь, что я узнала про пастуха Ка… – голос Эльды, звонкий, переполненный новостями и возбуждением, оборвался на полуслове.
Мы с Эшфордом резко отпрянули друг от друга, как обожженные. Я чуть не упала, опершись о край стола, опрокинув пустую кружку. Блэкторн вскочил, его лицо мгновенно застыло в бесстрастной, холодной маске, лишь легкое пятно румянца высоко на скулах выдавало смущение и досаду.
Я же чувствовала, как горит все лицо, словно меня облили кипятком. Картина, открывшаяся Эльде, была вопиющей: я, склонившаяся перед сидящим Эшфордом, мои руки на его обнаженном теле, наши лица были опасно близки, а в воздухе висело напряжение, насыщенное невысказанной интимностью, настолько плотное, что его можно было резать ножом.
Подруга замерла на пороге, ее глаза – большие, круглые, как у испуганной совы – метались от меня к Эшфорду и обратно. На ее лице медленно, как восход солнца, расцвела восторженная, всепонимающая улыбка.
- Ох! – выдохнула она, прикладывая руку к груди с театральным жестом. – Простите! Я не знала, что у тебя… гость, Тея.
Она подчеркнула слово «гость», делая на нем неприличный, певучий акцент.
- И какой гость! Здравствуйте, господин инквизитор! - девушка кокетливо присела в реверансе, не сводя восхищенных, блестящих от любопытства глаз с Эшфорда. - Какая честь видеть вас здесь.
Инквизитор?
Слово ударило меня, как обухом по голове. Я замерла, не в силах пошевелиться, не в силах вдохнуть. Весь мир свернулся до этого одного слова, до этого человека, стоящего в моей комнате с обнаженным торсом и перевязанной рукой.
Инквизитор. Не просто загадочный незнакомец.
Не просто сильный, привлекательный мужчина.
Охотник. Тот, кто ищет таких, как я.
Ведьм.
Ледяная волна ужаса смыла все– и смущение, и благодарность, и то сладкое ощущение поцелуя, и трепет влечения. Остался только чистый, животный страх, сжимающий горло ледяным кольцом.
Эшфорд собрался мгновенно. Выпрямился во весь свой внушительный рост, осанка стала жесткой, военной. Лицо - официальным и холодным, как зимний день.
- Мадемуазель, – кивнул мужчина Эльде, его голос зазвучал властно, четко, без тени хрипоты или усталости. – Ваша подруга оказала мне любезность, обработав полученную рану. - Он показал на перевязанное плечо. - Я как раз ухожу.
- Медицинская помощь? Да уж, вижу! – девушка хихикнула, подмигивая мне.
Я стояла как истукан, не в силах двинуться, чувствуя, как леденящий холод страха распространяется изнутри..
– Тея, дурочка, почему ты мне не сказала, что уже познакомилась с нашим храбрым инквизитором? И уже в таких близких отношениях!
Она как бы специально подчеркнула слово «близких». Ее взгляд скользнул по моему лицу, и подруга, видимо, приняла страх за крайнее смущение.
- Это не так, – начала я, но голос предательски сорвался.
- Ах, не скромничай! – Эльда махнула рукой, подходя ближе к одевающемуся Эшфорду и изучая его так, словно он был диковинным зверем на ярмарке. – Теперь понятно, почему ты вся такая задумчивая ходила.
Подруга повернулась ко мне, ее лицо сияло простодушной радостью и восторгом.
- Я так рада за тебя, подружка! Наконец-то ты выбрала настоящего мужчину.
Я открыла рот, чтобы крикнуть, что это не так, что это ужасная ошибка. Но Эшфорд перебил меня. Его голос, как удар грома, глухой и непререкаемый, заглушил лепет Эльды.
- Прежде чем я уйду, дамы, – мужчина посмотрел на нас обеих. – Хочу попросить вас. Будьте предельно осторожны. В городе и в ближайшем лесу пропадают люди. Пропадают бесследно. А вас, госпожа травница попрошу проявить особую осторожность – его взгляд остановился на мне, тяжелый, проницательный, будто пытающийся разгадать мою внезапную бледность и дрожь, – Живете у самого леса. Не лучшее место для одинокой девушки. Я здесь по долгу службы. Если увидите или услышите что-то подозрительное, что угодно немедленно сообщите мне. Можете обратиться в замок жандармов, там подскажут, как меня найти. Я здесь, чтобы разобраться. С ведьмами. С чудовищами. Со всем, что угрожает спокойствию Эдернии.
  
Каждое слово было как нож, вонзающийся в самое сердце.
Этот человек охотился. На таких, как я. Наше мимолетное сближение, его поцелуй – все это было иллюзией, смертельно опасной игрой судьбы. Инквизитор был моим палачом по долгу службы. Тепло, только что разливавшееся внутри, сменилось ледяной пустотой.