Линия времени (СИ)
Я для себя решила, пока есть возможность, буду помогать коллегам, даже в других странах. Тем более списки — это не так сложно. А ведьмы у них там и так есть. Правда, белых магов практически нет.
До следующей поездки к врачу как раз сделала первый список для соседней страны. Пока составила, кто пиявки и все их данные. Ещё нужно составить список со всеми живыми, кого они наживили, и в первую очередь меня попросили сделать список с беременными. Пришлось максимально приглушить свою эмоциональность. Сейчас, будучи беременной, я стала куда чувствительнее. Получилось один список за один вечер. Последний список, который я делала, это жертвы пиявок, те кто умер. После него поревела на плече у Анхеля.
— Пусть твои сестры этим занимаются, — прорычал он тихо. — Ты сейчас такая ранимая. Тебе вообще нельзя расстраиваться.
— Хочешь порадоваться? — спросил Антей. Я кивнула ему. — Тройняшки уже на права сдали.
— Когда они успели?!
— О, они достали парочку ребят и научились водить меньше чем за месяц. Притом так лихо водят, хоть в гонщики их отправляй. По правилам их Себастьян с Дином погоняли. А потом только экзамены и сдавали. Уже получили свои пластики.
— И на днях будут покупать свою первую машину.
— Она у них одна будет?
— Мы вот подумываем купить новую большую семиместную машину. А то у нас только три детских кресла будет в машине, а еще нам троим куда-то нужно садиться. Мы вот думаем, какую машину из наших двух продать?
— Но если будет большая, я её смогу водить?
— Научишься.
После поездки к врачу занялись выбором новой большой семейной машины. Мужья решили продать свою, а на работу будут ездить на большой, пока я не рожу. А потом — на маленькой, что для меня покупали. Новую машину обкатывала для начала на парковке и полигоне, на котором все водить учатся. А только потом мне разрешили проехать по городу. Притом мои любимые сейчас слишком сильно пытались меня опекать. По их мнению, я даже в академию уже не должна ходить, а только лежать и отдыхать. Смотреть что-то по уходу за детьми и выбирать одежду. Но как по мне, мы втроём уже на год вперёд накупили вещей. Благо додумались узнать, какой размер на какой возраст. И пришлось учесть, что наши малыши родятся меньше обычных детей. Но врач, измеряя их на последнем приёме, заявила, что они длинные.
Про то, как проходят зачистки в других районных клиниках, Анхель с Антеем мне больше не говорили. А я, сделав для соседей списки, погрузилась в учёбу. Хотелось идти с опережением, потому что потом я не смогу посвятить себя учёбе, будет, мягко говоря, не до неё. Преподаватели моё рвение поддержали и помогали идти с опережением, так что к предполагаемой дате родов-операции я почти полностью освоила четвёртый курс.
— Как ты ещё ходишь? — удивилась Лена, увидев меня на парах. — За парту ты уже не влезаешь…
— Тс, — махнула я, придерживая живот двумя руками. Даже бандаж не помогал. Живот был огромный, и ходить реально тяжело. Я положила его на парту и посмотрела на ведьмочек. Они поняли меня без слов и отодвинули соседнюю парту вперед, так чтобы я влезла.
— О, ты ещё пришли, — удивилась куратор. — В больнице была?
— Была, поцапалась с врачом. Еда до удара её едва не довела, — показала на свои белые волосы. — Пришла-то я к ней с крашенными волосами. А когда она начала мне высказывать, — сжала руки в кулаки, — мол, нужно было одного ребенка убить. У меня волосы стали белыми в одно мгновение. Она едва в обморок при этом не грохнулась. Думала, довела меня до приступа, что я поседела. Но она меня довела только до состояния, когда я хотела треснуть.
— И что дальше было? — спросила за спиной староста.
— Что-то пришлось успокоить, что это мой натуральный цвет. А от злости магическая покраска сошла. Посоветовала ей думать, что говорит, а то мало ли я не сдержусь. В общем, мы ещё немного поцапались. Она хотела меня уже на операцию отправить, мол, уже выживут. А у меня только тридцатая неделя началась! Рано ещё! В общем, я написала отказ от госпитализации. Она подтвердила, что я и дети чувствуем себя хорошо. И если я не хочу операцию, то под свою ответственность валю домой. В общем, мне объяснили, как отслеживать состояние мальчишек и когда брать манатки и документы и бегом в больницу. Ещё минимум месяц я мозолю вам глаза.
— Хорошо, — улыбнулась куратор.
Машину водить я уже не рисковала, и домой меня отвозил кто-то из мужей. Иногда заезжала на работу и помогала парням со сложными делами. Они, когда меня видели, улыбались и подбадривали. Иногда меня тройняшки подвозили на своей машине до работы мужей. Они хорошо водили, и когда я садилась к ним, ни разу не лихачили и везли меня очень осторожно. Их так умилило, что у меня будет трое мальчишек.
— Что у вас громыхает в багажнике? — спросила я, пока мы ехали в участок.
— Дополнили коллекцию чем сковывать и связывать бандитов. Что вам подарить?
— Время.
— В смысле?! — от всех троих.
— Будете приходить нянчить карапузов, а я буду отсыпаться, пока вы будете гулять.
— О, это мы можем. Как раз каждому по ребенку в руки.
— Договорились! — улыбнулась я. — Няньки нам очень понадобятся. Хотя бы просто друзья, которые помогут нам иногда отдохнуть. Давайте заедем перекусим, — просила я друзей, мой живот жалобно заурчал.
— Конечно!
25.3
Отписалась мужьям, где я задерживаюсь, и они оба подошли в кафе. Тоже заказали себе обед.
— Классная у вас тачка! — сказал с восторгом Антей.
— Да, монстр такой, — подтвердил Анхель.
— О чём спросить хотели? — спросила я у тройняшек. — По глазам вижу.
— Как думаешь, мы можем самостоятельно втроём победить отступника?
— Вы же не обидитесь на правду?
— Нет, конечно! — сразу ответили все трое.
— Когда вы это проговорили, дар показал, что один из вас может очень сильно пострадать. И вы потом сами же скажете, что это того не стоило. Поговорите с Дэйлоном, он согласится помочь. Отец сестер, — улыбнулась я, прикрыв глаза, — он стал меценатом детского дома. Он очень изменился. Полностью ремонт закончили, и детвора стала похожа на обычных детей, а не оборванцев. Анна там пока бывает периодически, но уже внесла свою лепту. Даже мою бабку отчитала и взялась за её перевоспитание. Бедная старушка, не сладко ей придётся.
— Нашла кого жалеть, — зло сказал Эмиль. — После того, что она с тобой сделала, пусть скажет спасибо, что жива.
— Хорошо, что отец вас не пустил мстить.
— Он нас высек за попытку, — пожаловался Эдик. — Мы просто заикнулись о таком, а он так поколотил, что сидеть долго не могли и ходили с трудом.
— Правильно сделал, — сказал тихо Анхель. — Одно дело ловить преступников, и совершенно другое — осознанное целенаправленное убийство или членовредительство. Думаю, вы уже изучали, сколько бы вы схлопотали?
— Да, мы уже осознали. Но она так злит!
— Поверьте, ребята, такой человек будет не один в вашей жизни, — усмехнулся Анхель.
— Потому он регулярно крушит мебель, — подколол брата Антей, — и порой мелкую компьютерную технику.
— Уже гораздо меньше! — попытался возразить он, а потом заметил, как мы добродушно улыбаемся.
Чем ближе был срок родов, тем сложнее было спать. Я сама даже перевернуться не могла. Мужья несколько раз за ночь осторожно переворачивали меня и чуть ли не по десять раз на ночь сопровождали в ванну.
— Видок у вас, конечно, — подколола любимых, — что печально, вам последние месяцы даже секса не хочется…
— Оно-то может и хочется, но, смотря на огромный живот, нам страшно к тебе лишний раз прикасаться. Мы очень боимся навредить. Тебе лишний стресс точно не нужен.
— Я вас сейчас побью обоих! Я тут не знаю, как намекнуть про новые позы для интима, а они меня избегают…
— Прости-прости! — сразу подскочил Антей. — Мы исправимся! Правда, брат?!
— Да, ты только скажи, как?!
— Я тебе в картинках покажу?! Всё банально — наша любимая поза! Только под это подушечку положим. Да, без резких движений и более медленно, чем я люблю. Но я вас сама придушу пузом, если вы ещё раз пропустите… Я уже забыла, когда у нас последний раз было!