Муза (ЛП)

Я рассказываю ему о своем искусстве и о том, как мои родители никогда его не понимали. Никогда не ценили и не поощряли меня следовать за своими мечтами. Как они считают это отвлекающим фактором, а не будущим.
Тео внимательно слушает, не отрывая от меня взгляда. Его пальцы сжимают палочки, когда я подробно рассказываю о том, что говорили мне мама и папа. Наконец, он заговорил.
  
— Люди думают, что знают, что для тебя лучше... и когда ты не вписываешься в их рамки, они пытаются сломать тебя, чтобы ты вписалась в них.
Что-то в его голосе... он говорит из собственного опыта. Но я не хочу быть назойливой, поэтому не спрашиваю.
— Ты веришь, что люди могут измениться? — внезапно спрашиваю я, мой голос едва слышен.
Тео смотрит на меня, его профиль мягко освещен светом настольной лампы. Он не отвечает сразу.
— Да, — говорит он. — Но не ради кого-то другого. Только когда оставаться прежним становится слишком больно.
Я медленно киваю, обнимая себя за плечи.
— Раньше я думала, что если буду достаточно сильно любить кого-то, то смогу заставить его полюбить меня в ответ.
Это заставляет его взглянуть на меня.
— Ты больше в это не веришь?
— Я стараюсь не делать этого, — говорю я. — Но трудно отучиться от того, что вшито в твою кожу.
Мгновение он молчит. Затем слегка наклоняется вперед, опираясь локтями на стол между нами. Его голос тихий.
— Если это имеет значение... тебе не нужно заслуживать любовь, Софи. Те, кто тебя заслуживают, будут любить тебя безоговорочно.
У меня сжимается горло. Он говорит это искренне. Я чувствую это всем своим существом. Но несмотря на это, мне все равно трудно поверить.
Тем не менее, я говорю.
— Спасибо, — потому что это все, что могу ему ответить.
И, может быть, на данный момент этого достаточно.
Мы едим медленно, наслаждаясь каждым блюдом. Наслаждаясь каждым моментом, проведенным здесь, вместе. Я не хочу, чтобы этот вечер заканчивался. Я хочу окружить себя его словами, его присутствием и остаться здесь навсегда. Улыбка на его лице, такая искренняя, говорит мне, что он чувствует то же самое.
Он оплачивает счет, отказываясь принять мою карту, когда я пытаюсь оплатить свою порцию. Вот опять проявилась его джентльменская сторона. Когда мы выходим из ресторана, он внезапно останавливается. На его лице любопытное выражение.
— Иди за мной.
Я поднимаю бровь, но он уходит, не дожидаясь моего вопроса. Мы идем в противоположном от моей машины направлении, и я бегу, чтобы не отстать. Он идет целеустремленно, его шаг ни разу не замедляется. Когда мы подходим к высокому кирпичному зданию и обходим его сзади, я начинаю сомневаться в его здравомыслии. Он останавливается перед пожарной лестницей, и я наконец получаю возможность спросить его, что, черт возьми, мы делаем.
— Мы собираемся вломиться? Ты тайный преступник? — я смеюсь, но на самом деле действительно не знаю, что он затеял.
— Ты доверяешь мне? — он ухмыляется, как будто уже знает ответ.
Я колеблюсь, но только на мгновение.
— Да.
Я доверяю ему.
Он кивает, затем начинает подниматься, а я следую за ним по пятам. Когда мы добираемся до вершины, и он ведет меня к противоположному краю крыши, я задыхаюсь от восторга. Вид отсюда – самое невероятное, что я когда-либо видела. Атланта – красивый город, но отсюда он выглядит великолепно. Горизонт покрыт небоскребами, звезды в небе подмигивают нам, находящимся здесь вместе под ночным небом. Это захватывает дух, и тихий, прохладный воздух обволакивает нас, пока мы впитываем все это.
Я сажусь, низкий край крыши позволяет мне по-прежнему видеть потрясающую картину перед собой. К черту красивое платье. Он присоединяется ко мне, садясь так близко, что наши ноги слегка соприкасаются. Моя нога согревается в месте соприкосновения. Когда я дрожу, он пододвигается ближе, обнимает за плечи и потирает мою обнаженную руку.
— Тебе холодно? Прости, жаль, что я не взял куртку... Мы можем уйти, если ты хочешь.
— Нет, — быстро вырывается у меня, и мой голос выдает желание остаться. Я не готова уходить, возвращаться в реальный мир. Это, должно быть, сон, и я не готова к пробуждению. — Я в порядке.
Он слегка смеется, прижимая меня к себе поближе. Я расслабляюсь, прижимаясь к нему, впитывая его тепло, его прикосновения. Когда я наконец поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него, он смотрит на меня, а не на вид. Его темные глаза внимательные, выражение лица нечитаемое. И он прямо здесь, так близко, наши губы на расстоянии одного вздоха.
— Софи... — говорит он, выражение его лица меняется на тревожное, болезненное.
Меня пронзает дрожь, и я бросаю осторожность к черту. К черту все.
— Скажи мне, чтобы я остановилась, — мой голос звучит хрипло и тихо, когда я приближаю свое лицо к его.
Его челюсть напрягается.
Скажи мне, что это ошибка.
Но он не говорит.
Его другая рука скользит к моему лицу и ласкает щеку. Я вижу борьбу в его глазах, колебание даже сейчас. На мгновение.
А потом он прижимается губами к моим.
Сначала медленно и нежно. Мое сердце замирает, а тело жаждет прижаться к нему. Я издаю тихий стон, желая большего, и этого достаточно.
Его рука пробирается в мои волосы, наклоняя мою голову назад, давая ему лучший доступ к моим губам. Он прижимает мои губы к своим с большей силой, беря от меня больше. Беря все, что у меня есть и что я хочу дать. Поцелуй усиливается в десять раз, его язык выскальзывает, дразня меня. Его рука опускается с моего плеча на талию, когда он поворачивает свое тело ко мне.
Между нами летят искры, электричество. Мой разум переполняют эмоции, когда я получаю лучший поцелуй в своей жизни. Поцелуй, который я не хочу, чтобы когда-нибудь заканчивался. Мои руки жадно скользят по его рукам, спине, касаются его. Так, как я никогда не думала, что это возможно.
Когда мы наконец отрываемся друг от друга, чтобы вдохнуть воздух, прижавшись лбами, оба тяжело дыша... я знаю, что пути назад нет.
  
Глава 20
 
Тео
Ее темные глаза затягивают меня, и я с удовольствием тону в них. Мои руки по-прежнему обнимают ее талию, не желая отпускать, как будто это разрушит хрупкий момент, в котором мы оказались. Как, черт возьми, я здесь оказался? Как этот безумный поворот судьбы привел меня к этому?
Сюда, к ней. К ученице. Запретной во всех смыслах. И все же я не откажусь от нее. Ни за что.
Ее губы прижимаются к моим, мягкие и теплые, со вкусом сладких ягод. Я мог бы съесть ее. Я углубляю поцелуй, и из моего горла вырывается стон, когда жар опускается по моему животу. Мои руки скользят по изгибу ее позвоночника, но мой мозг знает, что я не должен этого делать. Этот момент мимолетен, он не может длиться вечно.
Мысли, проносящиеся в моей голове, далеки от чистоты, и боль между ног выдаёт их направление. Я ничего не могу с этим поделать. Ее тело под моими руками, теплое и мягкое, может стать моей гибелью.
Я давно не чувствовал себя таким живым. Не смеялся так, как сегодня, уже больше, чем могу вспомнить. Наша совместная ночь в баре занимает второе место. Она не просто красива... Она умна, остроумна и это невозможно игнорировать.
Идеальна.
И я не хочу ничего больше, чем просто потерять себя в ней. Отвести ее домой, снять с нее шелковое платье и поклоняться ей так, как она того заслуживает.
Но я должен остановиться. Мне нужен холодный душ и суровая доза реальности. Я должен напомнить себе, что поцелуй – это одно, а пересечь последнюю черту – совсем другое. И как бы я ни хотел ее, как бы ни хотел, чтобы наши обстоятельства были другими, я чертовски хорошо знаю, что это никогда не сработает.
  
Эта мысль бьет меня в живот. Я заставляю себя отстраниться, и между нами открывается пространство, как пропасть. Мое сердце разрывается на куски от взгляда в ее глазах. Она уже понимает, что я отстраняюсь, пытаясь восстановить стену между нами.