Жестокая принцесса (ЛП)

— Не понимаю, какого хрена ты улыбаешься, придурок. Ты скоро встретишь своего создателя, — говорит один из мудаков.
— Я улыбаюсь, вспоминая, как киска твоей сестры сжимала мой член прошлой ночью. Ее тугой, маленькой, влажной дырочке нравилось, как ее трахали. Она умоляла меня об этом. — Я даже не знаю, есть ли у этого мудака сестра. Но я люблю блефовать, есть шанс, что у него найдется хотя бы одна, и удар по лицу подтверждает мою правоту.
— Отвали. Моя сестра и пальцем не прикоснется к мерзавцу Валентино.
— Ты уверен в этом? Потому что я могу поклясться, что цыпочка, которая прыгала на моем члене прошлой ночью, сказала мне, что ее брат — гребаный трусливый подражатель гангстера, а ты, бл*дь, как раз подходишь под это описание.
Он выходит из себя, нанося удар за ударом по моему лицу. Я сжимаю зубы и терплю, запоминая все места, куда он бьет, потому что каждое из них ему вернет мой нож. Закончив, он отступает назад, тяжело дыша.
— Это все, что ты можешь? — спрашиваю я.
— Даже близко нет, — отвечает мудак номер два, шагая вперед и вытаскивая складной нож. Да, это, вероятно, будет еще больнее. Но я, черт возьми, мастер скрывать свои эмоции. Скрывать свои мысли. Я позволяю людям видеть только то, что я хочу, чтобы они видели. — Ты расскажешь нам, куда, бл*дь, подевался твой босс и где прячется его горячая рыжая телка. Мне и моим парням обещали по кусочку этой киски, и мы здесь, чтобы получить свой приз.
Я смеюсь. Как будто, бл*дь, я когда-нибудь скажу им, где Ти. И уж точно не подпущу их к его гребаной жене. Эта девчонка — чистая, бл*дь, доброта. Все, чего нет в нашем мире.
— Ты можешь просто убить меня сейчас. Ты не хуже меня знаешь, что я ни хрена тебе не скажу. — Я ухмыляюсь.
— Все рано или поздно ломаются. — Он рвет мою рубашку спереди, проводя ножом по центру груди, при этом прилагая достаточно усилий, чтобы прорезать верхний слой кожи.
— Все, кроме меня, ублюдок. Давай, покажи, на что ты способен. Продолжай, — провоцирую я его. Где, бл*дь, все наши гребаные солдаты? И как, бл*дь, я позволил этим головорезам одержать надо мной верх?
Как раз в тот момент, когда я раздумываю над тем, чтобы ударить этого ублюдка головой, раздается выстрел, и мозги ублюдка разлетаются по моему торсу. Он падает на пол за несколько секунд до того, как его примеру следуют остальные трое. И тут, словно из ниоткуда, появляется мой босс, заместителем которого я являюсь.
— Какого хрена ты так долго? — ворчу я на своего лучшего друга. Я борюсь с веревками на запястьях.
— Что, бл*дь, с тобой случилось? Как ты позволил им усадить тебя на этот стул? — спрашивает Ти и берет нож с разделочной доски, чтобы освободить меня.
Я игнорирую его вопрос. Во-первых, потому что у меня нет на него ответа. А во-вторых, потому что у меня нет на него ответа.
— Где, бл*дь, твоя одежда? — спрашиваю я. Это очень не похоже на Тео — бродить по городу в одних драных трениках. Обычно он одет так, будто встречается с гребаным президентом. Только самые лучшие костюмы из самых дорогих тканей.
— Я был в ванной. Я провел Холли через туннель и оставил ее у Хелены, — отвечает он, и я с облегчением слышу, что ему удалось спасти свою жену.
— С ней все в порядке? С Холли? — спрашиваю я, вспоминая, что сказал этот мертвый ублюдок. Да, я не настолько глуп, чтобы повторять эти слова Ти. Я люблю свой город и не хочу, чтобы он сгорел дотла.
— С ней все в порядке. — Его явно нервирует, когда кто-то говорит о его жене, даже я. — Что, черт возьми, здесь произошло? — спрашивает он, меняя тему.
— Хороший вопрос. Как эти мудаки узнали об этом месте? — Я оглядываю трупы. Беспорядок. Здесь не обойтись парочкой уборщиков. Понадобится чертов бульдозер.
И тут я вижу ее. У меня в голове все переворачивается с ног на голову. Анжелика Донателло. Во плоти. В моем гребаном доме. Какого хрена она здесь делает? Я не успеваю задать ей этот вопрос, как она уходит.
Анжелика — сестра Ти. Ну, сводная сестра. Не думаю, что они когда-либо встречались раньше. А учитывая тот факт, что мой кузен только несколько недель назад узнал правду о том, кто его отец, я понимаю, что сейчас не время задавать вопросы. Поэтому я держу рот на замке. Я выясню, зачем она здесь, еще до конца дня.
 
— Давай оценим ущерб, а потом раскрасим этот гребаный город в красный, — говорит Ти с ухмылкой.
Наконец-то. Моя ночь становится лучше с каждой минутой. Это определенно то, на что я могу согласиться.
Глава вторая
Анжелика
Я нахожусь в Нью-Йорке уже почти неделю. По ночам я наблюдаю из тени, а днем прячусь у всех на виду. Я много раз видела, как Тео и его младший босс приходят и уходят из этого дома. Я до сих пор не встретила жену Тео, хотя видела множество ее фотографий. Я также видела, как мимо проезжают чертовы черные машины, полные головорезов, желающих осмотреть это место. Я заметила три другие семьи. Я знаю, что они готовятся к нападению. Иногда думаю, что мне стоит взять миску попкорна и понаблюдать за ходом их жалкой маленькой войны.
Я бы с удовольствием посмотрела, на что способен мой старший брат. Почему он заслужил такую репутацию. Я поспрашивала окружающих. Я слышала слухи. Шепот о Тео Валентино.
Но что меня беспокоит, так это то, что никто никогда не упоминает Нео. Того, кто всегда на два шага позади моего брата, куда бы он ни пошел. Когда я произношу его имя, все разбегаются, словно я спрашиваю о дьяволе. Их рты плотно закрываются, и они смотрят сквозь меня, как будто нашего разговора никогда не было.
Что, бл*дь, это значит? Мне нужно как можно скорее получить информацию об этом парне. Я знаю, что у моего брата внутри завелась крыса, и я планирую выяснить, кто это. Затем я намерена обеспечить ему билет в один конец на встречу с самим Люцифером.
Откуда я знаю, что есть крыса?
Все просто — когда идет война, всегда есть гребаная крыса.
А почему всегда есть крыса?
Потому что мафией управляют высокомерные, недальновидные самцы, которым нравится думать, что все их боятся настолько, что никогда не осмелятся напасть. Доны — самые тупые, бл*дь, интеллигентные люди, которых я когда-либо встречала. А встречала я их немало.
Дело в том, что деньги — мощный инструмент, и у каждого есть своя цена. Настоящая преданность? Такого дерьма не существует. По крайней мере, я так думала, пока не увидела, как Нео привязывают к стулу. На его лице не было ни капли предательства, хотя шансы складывались не в его пользу. Я видела это в его глазах. Он бы умер, прежде чем рассказал этим ублюдкам, где находятся мой брат и его жена. Не то чтобы я позволила этому зайти так далеко, но я была заинтригована. Хотела посмотреть, сколько он выдержит. Я наблюдала за тем, как он терпит побои, даже не поморщившись.
Что это за парень, мать его? Но еще больший вопрос: какого хрена меня это волнует?
Когда я пробралась в дом через заднюю дверь — а это было нелегко, заметьте, — я обнаружила Нео без сознания и привязанным к стулу. Как этот идиот вообще позволил себе оказаться в такой опасной ситуации, я понятия не имею.
Однако я была заинтригована тем, как он из нее выпутается. Я держалась в стороне и наблюдала. Когда он очнулся, а эти никчемные ублюдки пытались вытянуть из него информацию, меня охватило странное чувство. Я жаждала их крови. Я хотела выстроить их в ряд и прикончить всех. Но не потому, что это моя работа или мне приказали защитить кого-то. Нет, я хотела убить их, потому что они причиняли ему боль.
Я заставляла себя стоять на месте, наблюдать и не вмешиваться, но когда я решила, что с меня хватит, и была в десяти секундах от того, чтобы нажать на курок, в комнату вошел Тео и сделал это за меня. Я скользнула дальше в коридор. Они не знали, что я там. И все же, уходя, я почувствовала, как пара глаз впивается в мой затылок. Мне потребовалась вся моя выдержка, чтобы не обернуться.
Теперь, когда я знаю, что у них все под контролем, я приступаю к следующему этапу миссии моего отца. Узнай своего брата.