Мэтт (ЛП)

◈ Переводчик: Denika
◈ Редактор: Иришка
◈ Обложка: Wolf A.
Глава 1
Дженна
После нескольких месяцев, проведённых в разъездах, я больше всего на свете мечтаю о домашней еде. Существует лишь ограниченное количество еды из «Макдоналдса» и жирных закусочных, которое может выдержать любая девушка. Приготовьте мне что-нибудь сытное и домашнее, приготовленное с любовью, и подайте на симпатичной тарелочке от «Корелла» со стаканом воды со льдом. После стольких недель, проведённых в разъездах с моей группой, это моё настоящее блаженство.
  
К счастью, мои бабушка и дедушка всегда готовы помочь.
— Дженна! — говорит бабушка Кэрри, открывая дверь. Она настойчиво притягивает меня к себе, и я таю в её знакомых объятиях. Бабушка и дедушка растили меня с четырехлетнего возраста, после того как мои родители погибли в автомобильной катастрофе. Я никогда не чувствовала себя так уютно, как в объятиях милой бабушки Кэрри.
— Привет, бабушка, — смеюсь я, когда мы отстраняемся друг от друга. Она улыбается мне, а затем хмурится и протягивает руку, чтобы коснуться моих волос до плеч.
— Еще один безумный цвет? — она вздыхает. — Но, Дженна, у тебя такие красивые светлые волосы!
Я не могу удержаться от улыбки.
— В основном, я всё ещё блондинка, — говорю я, хотя мой натуральный цвет стал платиновым. — И не волнуйтесь, розовая полоска всего лишь полупостоянна. Она не продержится вечно.
— Она продержится, пока ты не перекрасишь их в зеленый, фиолетовый или синий, — вздыхает бабушка с огоньком в глазах. — Но ты всегда будешь моей прекрасной сияющей звездой, несмотря ни на что, милая.
— О, бабушка! Ты заставляешь меня краснеть, а я ещё даже не переступил порог!
Мы вместе смеёмся, когда она провожает меня внутрь. Их дом в пригороде Нью-Джерси небольшой, но необычный, и является типичным жилищем для пожилых людей. Мебель, ковровое покрытие и обои устарели, и я помню их такими же, какими они были с детства. Многочисленные вязаные изделия бабушки служат украшением, как и дедушкина коллекция ложек и бейсбольных безделушек. И всё же, от этого знакомого зрелища у меня замирает сердце. Хорошо быть в доме моего детства.
— Наша девочка здесь?
Дедушка Питер выходит из кухни, вытирая руки кухонным полотенцем. Его борода такая же длинная и белая, какой я его помню, а живот выпирает из-под ремня. Я всегда считала, что мои бабушка и дедушка похожи на мистера и миссис Клаус, и чем старше они становятся, тем более точным становится их образ.
— Я здесь! — улыбаюсь и машу рукой. Он крепко сжимает меня в объятиях и целует в щеку.
— Скучал по тебе, милая, — говорит он. — Как прошли гастроли?
— Просто замечательно! — говорю я, улыбаясь. — Я расскажу тебе больше за ужином. Кстати, что у нас на ужин?
Мы вместе идем на кухню, болтая и смеясь. Бабушка Кэрри держит меня за руку и, кажется, не собирается её отпускать. Она знает, как важна для меня моя группа «Лолли Попз», и как важно для нас гастролировать, чтобы исполнять нашу музыку для других. И всё же, когда бы я ни приезжала в город, она хочет, чтобы я была с ней как можно дольше. Я знаю, что она всё ещё скучает по моей маме, и я выгляжу точно так же, как моя мама, хотя у меня больше краски в волосах и склонность носить много анималистических принтов.
Дедушка Питер, главный кулинар в семье, размешивает специи в кастрюле с томатным соусом. Оказывается, у нас на ужин его знаменитые спагетти с фрикадельками, большой объём зелёного салата и хрустящий хлеб. У меня слюнки текут от предвкушения, когда я вдыхаю чесночный аромат свежеиспеченного хлеба.
— Вы не представляете, как я этому рада, — сообщаю я своим бабушке и дедушке. — Я не помню, когда в последний раз ела овощи. Мы всегда ели бургеры и картошку фри в дороге, и, хотя я до сих пор ценю хорошую порцию. Кажется, у меня цинга. Не кажусь ли я вам оранжевой?
Дедушка Питер смеётся.
— Оранжевая кожа — это признак цинги? Нет, милая, ты выглядишь прекрасно. Мы позаботимся о том, чтобы сегодня вечером ты получала полезные вещества, Дженна.
— Ты принимаешь витамины, которые я велела тебе взять с собой? — обеспокоенно спрашивает бабушка Кэрри. — Цинга — это реальность, милая. В наши дни люди редко болеют ею, но я беспокоюсь о тебе. Только представь! Группа девушек путешествует по всей стране в одиночку!
Я улыбаюсь, потому что во времена моих бабушки и дедушки дамы были в постели ещё до захода солнца. Но времена изменились, и я музыкант, стремящийся донести свои мелодии до широких масс.
— Не волнуйся, я определённо принимаю витамины, — говорю я, успокаивающе сжимая её руку. Конечно, это враньё, но небольшая ложь во спасение не повредит, и бабушка Кэрри выглядит умиротворенной.
— О, хорошо, — отвечает она. — Мы просто хотим, чтобы ты была здорова и счастлива, Дженна.
Я улыбаюсь и помогаю сервировать стол знакомыми бело-голубыми тарелками, полосатыми салфетками и прочными пластиковыми стаканчиками, которыми они всегда пользовались. Дедушка и бабушка всегда сидят с одной стороны, а я — напротив них. Моё сердце до сих пор трепещет, когда я вижу, как они сидят бок о бок, держась за руки и улыбаясь мне. Они женаты уже почти пятьдесят лет, и это зрелище мне никогда не надоест.
Мы произносим молитву, и после этого я сразу же посыпаю салат и пасту свеженатертым сыром пармезан. Боже, есть ли на свете что-нибудь вкуснее сыра? Возможно, я ем его немного больше, чем следовало бы, но, по-моему, он только подчеркивает мои привлекательные формы. Я всегда была крупной девушкой и горжусь этим. Я считаю, что каждая женщина должна любить своё тело, несмотря ни на что, и я, безусловно, люблю своё — с сыром или без сыра.
— Под этой горой сыра и заправки ещё осталась зелень? — поддразнивает меня дедушка, и я показываю ему язык, как ребёнок. Он смеётся.
— Ешь, что хочешь и как хочешь, — говорит он мне, обслуживая себя и мою бабушку. — Мы просто рады, что ты здесь.
— Я тоже рада, — честно говорю я. — На самом деле я скучала по вам, ребята. — Мои бабушка и дедушка улыбаются мне.
— О, это так мило, дорогая, но теперь ты дома. Итак, расскажи нам подробнее о туре, — предлагает бабушка Кэрри после того, как мы съедаем первые кусочки ужина. — Как всё прошло? Тебе и другим девочкам из «Лолли Попз» было весело?
Я вытираю рот салфеткой.
— Это было действительно здорово, — говорю я. — За несколько недель мы побывали в шести разных штатах. Большинство мест были довольно милыми, а публика — потрясающей!
— Было ли много зрителей на концертах? — спрашивает мой дедушка, и я киваю.
— В ближайшее время мы не попадем в «Биллбоард 200», — говорю я с улыбкой, — но дела у нас идут чертовски — извините, за чертовски — хорошо. Я действительно горжусь нами.
Как солистка и соучредительница «Лолли Попс», я чувствую себя в значительной степени ответственной за наш успех. Если мы потерпим неудачу, я считаю, что это моя вина. Я действительно хотела бы, чтобы мы добились большей известности, и я действительно чувствую себя немного разбитой после этого тура, но я всё равно горжусь успехом, которого мы добились за шесть лет.
— Мы гордимся тобой, — говорит дедушка Питер. Я улыбаюсь, и так благодарна им за поддержку.
— Так что же будет дальше с «Лолли Попз»? — спрашивает бабушка Кэрри. — Ты снова отправишься в путь?
Я пожимаю плечами.
— Понятия не имею, — честно отвечаю я.
Бабушка и дедушка обмениваются взглядами, и я замечаю это, поднимая брови.
— Что? — спрашиваю я.
— Что ж, — произносит бабушка, обмениваясь ещё одним взглядом с моим дедушкой, — мы просто немного беспокоимся о тебе, Дженна, вот и всё. Ты знаешь, как сильно мы поддерживаем твои мечты, но меня немного беспокоит, что тебе двадцать пять, а ты всё ещё мотаешься по миру. Разве ты не хочешь остепениться?
— Последнее, чего я хочу, — это остепениться, — отвечаю я, смеясь. — Моя свобода слишком важна для меня.